Закури, дорогой,

[arbeka]

Закури, дорогой, закури (с)

В России, насильственное (?) введение курения, обычно приписывается Петру. Естественно, оно было публичным. Про курение в Англии вспоминается только то, что после обеда аристократы-мачо собирались в курительной комнате.
Дама запрещалось курить напрямую или мягко "не рекомендовалось"?
..........................
"Она зажгла сигарету. Ей всегда казалось чрезвычайно странным и забавным, что можно курить при всех: ей трудно было привыкнуть к мысли, что сейчас это практикуется повсеместно."

https://www.e-reading.club/chapter.php/1031998/2/Gari_-_Ledi_L..html

Comments

помогая ему пересилить естественную паузу

[belkafoto.livejournal.com]

"Кто такой Ник.(олай?) Зарудин? Сетевой поиск приносит несколько случайных ссылок: он жил какое-то время в доме "аргонавтов" на Арбате, он был расстрелян в 1937-м году, и его (по-видимому) стихи включены в евтушенковскую антологию поэзии 20-го века. Антологии у меня своей нету, так что посмотреть стихи не могу. Ещё кто-нибудь может знает чего о нём? (update: ещё вот эта страница утверждает, что в тексте этой повести было произведено много купюр).

В отрывке, приведенном ниже, происходит следующее: Николай Леонидович, учёный экономист, приехавший в какое-то глухое село вместе со своей женой Ольгой Васильевной, изменяет ей с местной девкой Зоей (тоже Васильевной, между прочим). Год на дворе 28-й.

Он нагнал её в орешнике, у куста, в жёлто-зелёном огне развесившего тенистый, лапчатый лист. Початки орехов в кудрявых штанишках там и сям оттягивали перепончатые навесы ветвей. Пятнисто лежало солнце в густой и яркой темноте у земли. Она стояла к нему спиной, нагибая лещину и обрывая мохнатые, ещё сочные связки плодов.

— Держите! — тихо сказала она не оборачиваясь, натыкаясь на него кулаком с орехами и ещё сильнее пригибая ветку. Он схватил её сзади, всю изогнувшуюся, чудовищно-явственную, от неё пахло речной сыростью. Она не выпускала куста, не говорила и глядела в небо. Потом, помогая ему пересилить естественную паузу, не сопротивляясь, тяжело дыша, сказала задумчиво: — Сильные грозы будут — орехов... ужасно много. — И вдруг, выпустив ветку, воровски оглянулась кругом, облизнула губы и бросила поспешно, как будто они давно знают друг друга: — Только бы папаша не узнал. Подожди, ты мне костюм порвал. Да не так! Ну вот, повесь его сюда.

И уже перекосило как-то её большой, свежий рот.

Дико заливались в потустороннем мире коршуны. Над ними роями кружились оводы, налетевшие отовсюду из затенённого распада трущоб. Когда они лежали, отдыхая, она дышала тяжело, почти равнодушная к нему, закрыв глаза. В лесу было тихо. "Вот ч-чорт!" — то-и-дело восклицал Николай Леонидович, ударяя себя по телу ладонями. Потом она снова укусила его в плечо... Гудели оводы. Она была — как этот летучий сонм, оголтело жужжащий в душном и гнилом застое чутьём горячей крови. Он изумился её требовательности, его изжалили проклятые насекомые, напрасно уже говорил он, что её могут хватиться родители.

Re: помогая ему пересилить естественную паузу

[belkafoto.livejournal.com]

Никола́й Никола́евич Зару́дин (1899—1937) — русский советский поэт и прозаик.

"Родился в семье российских немцев; отец — горный инженер Николай Эдуардович Эйхельман. В 1914 году отец сменил фамилию всей семьи по патриотическим мотивам. Учился в Нижегородской гимназии вместе с А. Н. Формозовым, будущим известным биологом и художником-анималистом. Они вместе издавали рукописный журнал, где публиковались их первые работы. У Зарудина это были пейзажные зарисовки, в которых проявились любовь и интерес к природе. Окончил гимназию весной 1917 года[1]. Во время Гражданской войны вступил добровольцем в Красную армию, был политкомиссаром, впоследствии оставался убеждённым троцкистом[2]; закончил войну на Западном фронте. Жил в Смоленске, публиковал корреспонденции и стихи в газете «Рабочий путь» и альманахе «Красная вязь», входил в литературную группу «Арена», под маркой которой в 1923 выпустил первый сборник стихов. В 1924—1932 председатель и один из основных прозаиков группы «Перевал». Самое значительное произведение Зарудина — роман в 8-ми повестях «Тридцать ночей на винограднике», наполненный «космическим» духом; писатель бросает взгляд в прошлое, на патриархальный образ жизни в родительском доме. Роман содержит множество политических намёков, скрытых за различными стилевыми ухищрениями.

Арестован 21 июня 1937 года. 13 августа 1937 года по обвинению в участии в антисоветской террористической организации приговорён Военной коллегией Верховного суда СССР к высшей мере наказания. В этот же день расстрелян.