радости победы

[arbeka]

радости победы и огорчения неудачи

Женская среда: культура публичных домов и проституции


"До 1905 года русская медицина редко соотносила лесбиянство с женской проституцией – в противоположность западной судебной медицине и криминальной антропологии, где эта связь уже установилась в качестве моралистического приема в медико-юридической литературе. В России после революции 1905 года ученые стали менять свои взгляды на проститутку как невинную жертву городской мужской развращенности, часто происходящую из крестьянской среды, и постепенно заняли позицию буржуазного дискурса о маргинализированной и маскулинизированной сексуально девиантной женщине[221]. Отрывочные свидетельства из медицинских историй болезни и протоколов уголовных судов до и после перелома 1905 года позволяют судить, что, какими бы ни были идеологические трансформации категории «проститутка как лесбиянка», в действительности некоторые женщины пользовались гомосоциальным пространством, которое было возможно в легальных публичных домах старого режима, чтобы развить однополые отношения[222].

Состоятельные женщины могли даже быть клиентками проституток. Так, в начале 1880-х годов преуспевающая помещица Юлия Островлева (в приведенном ниже фрагменте, принадлежащем ее психиатру, – г-жа N) после знакомства на улицах Санкт-Петербурга с проституткой стала практиковать «противуестественныя половыя отправления» с другими женщинами. Островлева утверждала, что в укромном уголке, коим являлся публичный дом, процветал мир женщин, любящих женщин. Ее психиатр, Владимир Федорович Чиж, писал:

Среди ея многих знакомых с извращенным половым чувством она жила самою разнообразною жизнию любви и половаго чувства: тут была и платоническая любовь, и ухаживание, и ревность, пресыщение, измены, связь с двумя женщинами одновременно, радости победы и огорчения неудачи, – одним словом, вся жизнь г-жи N была поглощена этой извращенной любовью. Она любила переодеваться в мужское платье, катала на тройке за кучера объектов своей любви, переодевшись в мужской костюм, ездила по публичным домам, тратила много денег на женщин. По ея уверениям, женщин с извращением половаго чувства далеко не так мало, как мы обыкновенно думаем, и при том оне занимают самое разнообразное общественное положение[223].

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

Растущая озабоченность государства порядком в обществе также нашла отражение во введении в 1843 году надзора за женской (гетеросексуальной) проституцией. Эта мера, которая в последующие десятилетия активно развивалась, подчинила медицинскую экспертизу полицейским функциям контроля. Проститутки с лицензиями («желтыми билетами») имели право практиковать свое ремесло только при условии регулярного осмотра врачами городских «врачебно-полицейских комитетов»[321]. Сосредотачивая внимание только на публичных женщинах, городские врачебно-полицейские комитеты под руководством Министерства внутренних дел вплоть до революции 1917 года осуществляли систематизированный надзор за девиантной сексуальностью в российском государстве. Медицинский подход к однополым эротическим отношениям в российской науке берет начало с момента, когда врачебно-полицейские функции распространились на более широкие области, чем контроль за проституцией.