хожу в фуфайке
Mar. 3rd, 2025 03:54 pmтеперь я хожу в фуфайке
((Пишет княжна.
И я несколько сомневаюсь, что под словом "фуфайка" она подразумевает то, в чем ходили советские зеки и работяги.
И даже, иногда, научные сотрудницы.))
..............
17 июля 1916.
Курзал.
Сегодня гадкая погода, поэтому я одна пришла в парк, а маму
лечка и Татьяна остались в комнате. У нас был доктор Верман,
и я только что после его визита пришла сюда слушать музыку. Вот
уже целая неделя, как я не беру ванн из-за моего того бока, который
так часто болел в Петрограде и на который я никогда не обращала
внимания. Теперь доктор сказал, что у меня зимой был маленький
плеврит (sic!), хотя у меня не было ни одного насморка. И вот
теперь я хожу в фуфайке, вечером меня трут мазью, и сплю я во
фланелевом жилете
((Пишет княжна.
И я несколько сомневаюсь, что под словом "фуфайка" она подразумевает то, в чем ходили советские зеки и работяги.
И даже, иногда, научные сотрудницы.))
..............
17 июля 1916.
Курзал.
Сегодня гадкая погода, поэтому я одна пришла в парк, а маму
лечка и Татьяна остались в комнате. У нас был доктор Верман,
и я только что после его визита пришла сюда слушать музыку. Вот
уже целая неделя, как я не беру ванн из-за моего того бока, который
так часто болел в Петрограде и на который я никогда не обращала
внимания. Теперь доктор сказал, что у меня зимой был маленький
плеврит (sic!), хотя у меня не было ни одного насморка. И вот
теперь я хожу в фуфайке, вечером меня трут мазью, и сплю я во
фланелевом жилете
no subject
Date: 2025-03-06 08:07 am (UTC)Пока с нетерпением ждут событий; крестьяне на всякий случай
переменили тактику. Сегодня приехал из Броницы Сиваченко и рас
сказал : все последнее время творилось что-то отвратительное, целые
дни продолжалась стрельба, грабили кто и кого могли; из дома
нельзя было выйти, чтобы не нарваться на грубость и оскорбления.
Теперь сразу все переменилось: мужичье попряталось и не показы
вается, или, если встретишь, вежливо кланяются. Правда, это еще
отвратительнее, чем то, что было раньше. Тогда, по-видимому, они
были в своем натуральном виде. Теперь у них совесть нечиста и они
боятся. Сиваченко рассказывает, что флигель в Бронице разнесли
тоже и окна верхнего этажа расстреляли из винтовок, потому что не
смогли туда добраться. Парк весь забросан трупами лошадей; даже
в ледник эти скоты бросили дохлую лошадь. Но сам парк пока цел,
а если и есть порчи, то очень небольшие.
Это более чем вероятно, что мы сможем вернуться в Броницу.
Я сейчас даже не знаю, радоваться ли этому? Несмотря на всю мою