Язык Третьего

[arbeka]

Язык Третьего рейха

записная
книжка
филолога
.....................
Моей жене
Еве Клемперер

Еще двадцать лет назад я посвятил
Тебе сборник, статей. О посвящении
в обычном смысле слова, как о приношении,
у нас с Тобой речь не шла: Ты совладелец
моих книг, рождавшихся из нашей духовной
общности. И до сих пор ничего
не изменилось.
Но на сей раз дело обстоит несколько
иначе, не так, как в случае моих прежних
публикаций. На этот раз я еще в меньшей
степени имею право на посвящение Тебе,
чем тогда, в те мирные времена, когда мы
занимались филологией. Ибо без Тебя этой
книги сегодня вообще не было бы, а ее
автора — и подавно. Если бы я захотел все
это подробно объяснить, потребовалось бы
написать сотни страниц, и среди них
множество интимных. Вместо этого прими
размышления филолога и педагога в начале
этих этюдов. Ты знаешь — и это
расслышит даже глухой, — о ком я думаю,
когда говорю моим слушателям
о героизме.
Дрезден, Рождество 1946
Виктор Клемперер
https://imwerden.de/pdf/klemperer_yazyk_tretjego_reicha_1998__ocr.pdf

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

Моим балансиром все эти годы был дневник, без которого
я сто раз мог бы рухнуть вниз. В минуты, когда меня охватывали
чувства безнадежности и омерзения, в бесконечной скуке меха
нической работы на фабрике, у постели больных и умирающих,
на кладбище, в собственной беде, в моменты унижения, во вре
мя сердечных приступов — мне всегда помогал приказ самому
себе: наблюдай, изучай, запоминай, что происходит, - завтра все
изменится, завтра все представится тебе в другом свете; зафик
сируй, как ты это сейчас видишь, как на тебя это действует. И
очень скоро этот призыв стать выше ситуации, сохранять внут
реннюю свободу отлился в четкую тайную формулу: LTI, LTI

[belkafoto.livejournal.com]

Страшные переживания связаны у меня с этим своеобраз
ным (в филологическом смысле) языком Третьего рейха.
Поначалу, когда я еще практически не знал преследова
ний, я старался как можно меньше слышать этот язык. Меня
тошнило от витрин, плакатов, коричневой униформы, знамен,
жестов нацистского приветствия, аккуратно подстриженных
усиков а-ля Гитлер. Я искал спасения в работе, с головой уходя
в нее, читал лекции, судорожно оглядывая пустеющие ряды пе
редо мной, напряженно трудился над исследованием дорогого
мне восемнадцатого столетия французской литературы. Зачем
еще больше отравлять себе жизнь чтением нацистской писани
ны, если и без того жизнь отравлена тем, что происходит вокруг.
Если случайно или по ошибке мне в руки попадала какая-
нибудь нацистская книжка, я отбрасывал ее в сторону после
первого же абзаца. Если на улице слышались истошные вопли
фюрера или его министра пропаганды, я делал большой крюк,
обходя репродуктор, а при чтении газет брезгливо выуживал го
лые факты (в своей наготе они уже были достаточно неутеши
тельными) из мерзкой баланды речей, комментариев и статей.
После чистки среди служащих и чиновников, в ходе которой ме
ня лишили кафедры, я всерьез решил оградить себя от действи
тельности. Моими любимцами по-прежнему оставались такие
несовременные и давно оплеванные всеми, кто о себе что-то
мнил, просветители — Вольтер, Монтескье и Дидро. Теперь я
все свое время и все силы мог посвятить моему опусу*, работа
над которым продвинулась уже далеко; что же касается восем
надцатого века, то я, можно сказать, как сыр в масле катался в

Все руководствовались одними и теми же клише.

[belkafoto.livejournal.com]

Я все внимательнее прислушивался, как разговаривали
рабочие на фабрике, как изъяснялись бестии из гестапо и как
выражались в нашем еврейском «зоопарке» обитатели его кле
ток. Большого различия заметить было нельзя, да его, пожалуй,
и не было. Все — и сторонники, и противники, и попутчики, из
влекающие пользу, и жертвы — безвольно руководствовались
одними и теми же клише.

[belkafoto.livejournal.com]

Тамбурмажор был моей первой встречей с национал-соци
ализмом, и эта встреча меня потрясла. Национал-социализм ка
зался мне тогда (несмотря на его повсеместное распростране
ние) ничтожным и преходящим заблуждением безответственных
людей, снедаемых недовольством. Здесь же я впервые столкнул
ся с фанатизмом в его специфической — национал-социалисти
ческой — форме; и впервые — через зрелище этой бессловесной
фигуры — в мое сознание вторгся язык Третьего рейха

[belkafoto.livejournal.com]

В конце 20-х годов я познакомился с одним молодым чело
веком, который только что подал документы на получение офи
церского звания в рейхсвере*. Его тетка, вдова моего коллеги по
университету, дама весьма левых убеждений и восторженная по
читательница Советской России, представила его мне. Мальчик
в самом деле очень хороший и добрый — говорила она, как бы из
виняясь, — свою профессию выбрал вполне с чистым сердцем,
никакого шовинизма и жажды крови здесь нет и в помине. В его
семье из поколения в поколения сыновья становились пасторами
или офицерами, покойник-отец был пастором, богословие изу
чал старший брат, значит Георгу сам Бог велел идти в рейхсвер,
тем более, что он отличный спортсмен, а вот в латыни не силен.
Ручаюсь, уверяла тетушка, что он будет хорошим начальником.
Потом мы часто встречались с Георгом М. и убеждались в
справедливости ее слов.
Да, в нем была какая-то добродушная и естественная по
рядочность, и это в то время, когда вокруг него порядочность
встречалась все реже и реже. Он ожидал лейтенантского чина в
штеттинском гарнизоне и часто навещал нас в Херингсдорфе,
хотя уже тогда национал-социалистические идеи получили
сильное распространение и дальновидные выпускники универ
ситетов и офицеры избегали общения с людьми, придерживав
шимися левых взглядов, и уж подавно — евреями.

патриот и педераст

[belkafoto.livejournal.com]

Но содержание книги, призванное дать представление о
рейхсвере, сильно подействовало на меня — и даже позднее я
часто вспоминал этот роман.
В центре произведения — дружба обер-лейтенанта Парте
нау и юнкера Кибольда. Обер-лейтенант - гений военного ис
кусства, твердолобый патриот и педераст. Юнкер хотел бы
стать его учеником, но не возлюбленным, и обер-лейтенант пу
скает себе пулю в лоб.
Задуман он как чисто трагический персонаж: сексуальное
отклонение подается в ореоле героики настоящей мужской
дружбы, а неудовлетворенное чувство любви к родине застав
ляет вспомнить, пожалуй, творчество Генриха фон Клейста*.
Весь роман выдержан в экспрессионистском, порой претен
циозно таинственном стиле, популярном в Первую мировую
войну и в начале периода Веймарской республики, что-то вро
де языка Фрица фон Унру**.

в битве за урожай

[belkafoto.livejournal.com]

А о чем свидетельствуют постоянно повторяющиеся ста
тьи (кстати, бесконечные повторы, видимо, следует считать
главным стилистическим средством их языка) о трудовых побе
дах в битве за урожай в Восточной Пруссии? Мало кто знает,
что тут копируют «battaglia del grano»* итальянских фашистов;
но то, что в аграрных районах во время сбора урожая мало без
работных и что из этого временного снижения безработицы
нельзя делать вывод о всеобщем и постоянном уменьшении
числа безработных, должно быть ясно последнему идиоту.

[belkafoto.livejournal.com]

ий дух», «ноябрюки» (т.е. революционеры 1918 г.).
23 октября. У меня из жалованья вычли сумму на «доб
ровольную зимнюю помощь»; перед этим никто не подумал
спросить меня о согласии. Речь идет о новом налоге, от упла
ты которого — как и любого другого — уклониться нельзя; до
бровольность заключается лишь в том, что человек имеет пра
во пожертвовать свыше установленной суммы, причем и это
«право» для многих означает практически нескрываемое при
нуждение. Но даже если отвлечься от фальшивого определе
ния, разве в самом определяемом слове нет замаскированного
принуждения, просьбы, обращения к чувствам? Помощь вме
сто налога — такое бывает в сфере народной общности. Жар
гон Третьего рейха эмоционализирует речь, а это всегда подо
зрительно.

[belkafoto.livejournal.com]

Утром мы посетили Dom-Kirche,
прекрасное старинное здание, и поездом
в 12.54 выехали в Санкт-Петербург (или
Петербург, как его, судя по всему, обычно
называют), куда и прибыли точно по
расписанию в пять тридцать вечера
следующего дня, проведя, таким образом,
в пути двадцать восемь с половиной часов!
К несчастью, места в том купе, в котором мы
ехали, позволяли лечь только четверым,
а поскольку вместе с нами ехали две дамы
и еще один господин, я спал на полу,
используя в качестве подушки саквояж и
пальто, и хотя особенно не роскошествовал,
однако устроился вполне удобно, чтобы
крепко проспать всю ночь. Оказалось, что
ехавший с нами господин — англичанин,
который живет в Петербурге уже пятнадцать
лет и возвращается туда после поездки
в Париж и Лондон. Он был весьма любезен
и ответил на наши вопросы, а также дал нам
огромное множество советов по поводу того,
что следует посмотреть в Петербурге. Он
поговорил по-русски, чтобы дать нам
представление о языке, однако обрисовал нам
весьма унылые перспективы, поскольку,
Èþëü
37

[nebotticelli-xl.livejournal.com]

В совке эта книга была не. слишком много очевидных параллелей.

слишком много очевидных параллелей

[belkafoto.livejournal.com]

Книжку бы слегка подсократить (оставив САМУЮ суть), да издать массовым тиражом для школьников...
Впрочем, кто сейчас читает??

Re: слишком много очевидных параллелей

[nebotticelli-xl.livejournal.com]

Для школьников РФ и сейчас вредное чтение. иноагенты = новые евреи, ненависть к англосаксам и т.д.

Для школьников РФ

[belkafoto.livejournal.com]

Короче, история вернулась во времена Анд ропова. С поправкой на интернет да изрядное количество сваливших за бугор.