Нанимали ваньку взад

[arbeka]

Нанимали ваньку взад

((естественно, было бы забавно узнать, когда "ванька" появился. Исчезать стал, вероятно, после октябрьского переворота.))

"истор. легковой извозчик на плохой лошади с бедной упряжью (обычно из крестьян, приехавших в город на заработки)

◆ Случается также, что нанимают ваньку взад и вперёд, с условием заехать в одно место на минуту; в простоте деревенского сердца, он и порядится по цене, сообразной времени, а на деле выйдет, что прождёт он добрый час, прибавки не получит ни гроша, и тогда смекнёт, что значит московская минутка. И. Т. Кокорев, «Извозчики-лихачи и ваньки», 1849 г. [НКРЯ]

◆ Смешная сцена! Ванька-дуралей, // Чтоб седока промыслить побогаче, // Украдкой чистит бляхи на своей // Ободранной и заморённой кляче. Н. А. Некрасов, «Ванька», 1862 г.

◆ Остановясь у угла собора, — ибо у врат стояло множество экипажей и даже жандармы, — дама соскочила с дрожек и подала ваньке четыре копейки серебром. Ф. М. Достоевский, «Бесы», 1872 г.

◆ «Около ресторана извозчики до́роги, — думал Котлов, — нужно отойти немного… Там дальше дешевле…». Около Кремля он нанял ночного ваньку. 〈…〉 Ванька, малый лет двадцати пяти, причмокнул губами и лениво передёрнул вожжами. 〈…〉 Ванька попался Котлову самый настоящий, типичный… Поглядишь на его … лицо — и сразу определишь в нём извозчика. 〈…〉 — Который теперь час будет? — спросил ванька. А. П. Чехов, «Ванька», 1884 г.

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

Невозможно представить старую Москву без лихих извозчиков, которые, как в песне Утесова, «мчались вдаль стрелой, искры сыпались с булыжной мостовой». Но позволить себе прокатиться на извозчике мог далеко не каждый москвич. Удовольствие было не из дешевых.

Автор: Владимир Рогоза
Источник: https://www.shkolazhizni.ru/culture/articles/13441/
© Shkolazhizni.ru

[belkafoto.livejournal.com]

Московские извозчики делились на несколько категорий. Самые дешевые экипажи были у «ванек», которые приезжали в Москву из деревень на своих лошадках, иногда брали лошадей у хозяев в аренду. «Ваньки» просили недорого, работали много, готовы были ехать, куда прикажут. Но не всякий москвич сядет в их колымаги. Небогатые мещане, мелкие чиновники, приказчики, простой люд, разжившийся лишней копейкой, — это клиенты «ванек».

Автор: Владимир Рогоза
Источник: https://www.shkolazhizni.ru/culture/articles/13441/
© Shkolazhizni.ru

[belkafoto.livejournal.com]

На другом полюсе извозчичьей иерархии находились «лихачи». У них были хорошие, ухоженные лошади, лакированные коляски, зачастую на шинах-дутиках. Лихачи, как правило, работали на себя, рассчитывая на богатых клиентов. На «лихачах» ездили офицеры, кавалеры с дамами, богатые купцы и т. д. Нанимали их и различные авантюристы и проходимцы, которым надо было «пустить пыль в глаза» или быстро откуда-нибудь уехать. «Лихачи» появлялись на улицах к обеду, но трудились всю ночь. Театры, рестораны, гостиницы — вот основные точки, где они ждали своих клиентов. За поездку «с ветерком» «лихач» просил не меньше 3 рублей, тогда как «ванька» брал за поездку 30−70 копеек.

Автор: Владимир Рогоза
Источник: https://www.shkolazhizni.ru/culture/articles/13441/
© Shkolazhizni.ru

[belkafoto.livejournal.com]

еще в середине XIX века писал в одном из своих очерков: «Потребностям московских пешеходов удовлетворяют почти одиннадцать тысяч извозчиков; из этого числа не более трех тысяч постоянно живут здесь, а прочие — все «ваньки». Извозчики в ожидании пассажиров у гостиницы "Дрезден" Стоит отметить, что власть за извозчиками следила. Даже проводила своеобразный техосмотр, за который отвечала городская управа. Каждый извозчик имел свой номер. Номерные знаки сначала крепили на спинах извозчиков, позже стали прибивать к облучку или на видном месте экипажа. Лошадь должна была быть «справной», а не костлявой доходягой. Извозчикам надлежало иметь специальную одежду: красный или синий (по разряду экипажа) кафтан с оборками сзади, перетянутый красивым поясом, на голове — низенький поярковый цилиндр с загнутыми полями и пряжкой спереди.

Автор: Владимир Рогоза
Источник: https://www.shkolazhizni.ru/culture/articles/13441/
© Shkolazhizni.ru

[belkafoto.livejournal.com]

Освѣженный своими путешествіями нравственно
II физически, вернувшись въ Семипалатинскъ, я на­
шелъ его еще непригляднѣе, а вѣчныя дрязги и пре­
реканія со всякимъ тогдашнимъ сибирскимъ чинов­
ничьимъ сбродомъ стали для меня рѣшительно не­
стерпимы. Съ одной стороны, меня боялись, какъ про­
курора, а также имѣющаго связи въ Петербургѣ, а
съ другой, ненавидѣли, старались всѣми способами
насолить мнѣ и подвести меня подъ судъ, разсчиты­
вая на мою молодость и неопытность.

https://fedordostoevsky.ru/pdf/vrangel.pdf

[belkafoto.livejournal.com]

Строили мы планы съ Ѳ. М. о будущтмъ — въ
томъ, что его ждетъ скорое помилованіе мы не сомнѣ­
вались, такъ утѣшительны были послѣднія получен­
ныя мною петербургскія извѣстія. Ужасно мнѣ было
жаль покинуть Ѳ. М., къ которому я такъ привя­
зался, а тутъ еще и мой романъ, занимавшій большое
мѣсто въ моемъ сердцѣ въ то время, крѣпко приковы­
валъ меня къ этимъ мѣстамъ. Пока что, надумали мы
съ Ѳ. М., что я устроюсь на службу въ Барнаулъ,
туда же мечталъ по своемъ освобожденіи перебраться
и Достоевскій,—«буду поближе къ мѣсту страданій
Маріи Дмитріевны, а вы къ вашей чадолюбивой X.»,
ШУТЛИВО и весело мечталъ Ѳ. М.

[belkafoto.livejournal.com]

Ъхалъ онъ съ секретнымъ порученіемъ прави­
тельства въ Ташкентъ и Коканъ, сопровождая торго­
вый караванъ. Между прочимъ, онъ разсказалъ намъ,
какъ, дабы удачнѣе исполнить правительственное
порученіе и не навлечь на себя вниманія туземцевъ,
чтобы скорѣе разузнать все, что ему требуется, онъ
въ обоихъ городахъ женился по киргизскому обряду.
Разсказалъ онъ намъ и цѣны, по которымъ можно
было пріобрѣтать невѣстъ. За самую знатную дѣвушку
ханскаго рода платили тогда калымъ по 9 головъ вся­
каго скота, т. е. 9 штукъ верблюдовъ, 9 лошадей, 9 ко­
ровъ и 9 овецъ. Валихановъ имѣлъ видъ вполнѣ
воспитаннаго, умнаго и образованнаго человѣка. Мнѣ
онъ очень понравился, и Достоевскій очень былъ радъ
повидать его. Впослѣдствіи я встрѣчалъ его въ Пе­
тербургѣ и Парижѣ. Какъ я узналъ, вскорѣ онъ по­
гибъ, бѣдняга, отъ чахотки—петербургскій климатъ
доканалъ его.

[belkafoto.livejournal.com]

А потому, когда инвалидъ сказалъ мнѣ, что аре­
стантка изъ мѣстныхъ и назвалъ ее Прасковья О....
мнѣ это показалось просто невѣроятнымъ недора­
зумѣніемъ. Прасковью О__ зналъ весь Семипа­
латинскъ. Она было дочь богатаго казака, краса­
вица, лѣтъ 18—19. Извѣстна была она строгостью
нравовъ; многіе преслѣдовали красавицу своими уха­
живаніями, но она была неприступна, даже шутокъ
и то не любила, пользовалась всеобщимъ уваженіемъ
и репутація ея была безупречна. И вдругъ Прасковья—
арестантка. Спрашиваю: «Да въ чемъ же ее обвиня­
ютъ?» «Да въ дѣтоубійствѣ, младенчика погубила
своего», говоритъ мнѣ старикъ. Ну, думаю, спятилъ
103
онъ, перепуталъ, что хотите, но, право, обвиненіе
невѣроятное.

[belkafoto.livejournal.com]

Немедленно приказалъ заложить лошадь и вмѣстѣ
съ смотрителемъ поѣхалъ на гауптвахту, гдѣ нахо­
дилась тюрьма. Прасковью засталъ одну; увидѣвъ
меня, она закрыла лицо обѣими руками и зарыдала.
Мнѣ стало жутко; думаю: напраслина, конечно, на­
праслина. Началъ я участливо ее разспрашивать,
старался заручиться ея довѣріемъ. Долго она упорно
молчала и, глядя въ сторону, нервно вздрагивала,—
наконецъ повѣдала свое горе. Несмотря на непри­
ступность, сердце ея все же заговорило; влюбилась,
забеременѣла, была брошена негодяемъ; стыдъ,
страхъ передъ родителями омрачили ея умъ и, желая
скрыть это несчастіе, въ минуту отчаянія, она дѣй­
ствительно убила ребенка. Ея удрученное состояніе
не поддается описанію,—она буквально потрясла
меня своимъ разсказомъ.

[belkafoto.livejournal.com]

По закону того времени за сознательное дѣто­
убійство полагалось наказаніе—кнутъ. Это нѣчто
лютое, жестокое. Слабыя натуры, особенно женщины,
зачастую погибали подъ этимъ чудовищнымъ ору­
діемъ. При этомъ, конечно, многое зависѣло отъ па­
лача, какъ нанести ударъ намѣченной жертвѣ. Лов­
кіе, набившіе себѣ въ этомъ дѣлѣ руку палачи
клали ударъ кнута на тѣло такъ, что виденъ былъ
только красный рубецъ; но бывало, что съ каждымъ
ударомъ вырывали клочки мяса; случалось, что и
убивали на мѣстѣ, кладя ударъ наискось спины
такъ, чтобы конецъ кнута, обогнувъ ребра, легъ на
полость сердца. Конечно, за это ихъ самихъ началь­
ство присуждало къ сотнѣ розогъ, но это не устра­
шало, конечно, подобныхъ звѣрообразныхъ людей.
Набирались палачи изъ самыхъ отчянныхъ каторж­
никовъ. Выступали они на этомъ поприщѣ по своему

желанію. Всѣ палачи, какъ говорили, вели торговлю
своимъ ремесломъ, и приговоренные къ наказанію пре­
ступники, ихъ родные и друзья, не жалѣя денегъ,
платили палачамъ, дабы облегчить страданія нака­
зуемаго. А тѣ несчастные, которые не имѣли ни ко­
пѣйки, чтобы заплатить, или сироты... ну, тѣ, для
устрашенія массъ, забивались на смерть.

[belkafoto.livejournal.com]

Предстояло опять новое такое зрѣлище, да еще
надъ женщиной, которую я зналъ и такъ долго счи­
талъ порядочной, преступленіе которой и теперь
казалось мнѣ какимъ-то умопомѣшательствомъ—
все это, вмѣстѣ взятое, заставило меня подумать,
какъ бы облегчить ей мѣру наказанія въ предѣлахъ
закона. Я сталъ въ разговорахъ съ ней наводить ее
на мысль, что, конечно, она совершила дѣло без­
сознательно, что ей такъ именно и слѣдуетъ показы­
вать слѣдователю, что она, совершивъ это въ порывѣ
отчаянія, не помнила себя. Но какъ я ни упиралъ на
это, какъ ни вліялъ на нее въ этомъ смыслѣ, она
твердо и упорно отвергала такую постановку вопроса
и только и твердила въ изступленіи: «убила ребенка

своего, убила нарочно,—все помню, хочу понести
кару Божію, хочу великимъ страданіемъ заслужить
Его прощеніе». При этомъ она судорожно и исте­
рично билась на моихъ глазахъ. Эти сцены рѣши­
тельно были превыше моихъ силъ.
Долго убѣждалъ я ее, что, конечно, грѣхъ ея
тяжекъ и она всю жизнь должна замаливать его, но
что подъ кнутомъ она можетъ погибнуть, не успѣвъ
искупить свой грѣхъ. Наконецъ увѣщанія мои, какъ
будто, успокоили ее.
Сдалась, наконецъ, на мои доводы Прасковья.
Я поспѣшилъ составить протоколъ допроса, под­
писалъ его,—она была неграмотная,—велѣлъ ей по­
ставить три креста, засвидѣтельствовалъ и немедленно
вручилъ засѣдателю. Сдѣлалъ все, казалось... только
забылъ римскую пословицу: «Dura Іех sed Іех».

[belkafoto.livejournal.com]

Вся стая крючкотворовъ-хищниковъ всполоши­
лась, все было пущено въ ходъ: пошли доносы ге­
нералъ-губернатору, чуть не министру юстиціи.
Палачъ, видя, что я попался въ просакъ и для
него, думалъ онъ, больше ужъ не страшенъ, также
донесъ, что я склонялъ его къ облегченію наказанія
преступницы. Однимъ словомъ, вышелъ громадный
скандалъ, и мнѣ грозила серьезная непріятность; но
въ это дѣло вступился милѣйшій губернаторъ П. М.
Спиридоновъ и самъ Гасфортъ, исторію эту какъ-то
замяли, и остался я, къ большому огорченію Мало-
сапожкова и К®, невредимъ. На экзекуціи Прасковьи
я не присутствовалъ, былъ въ то время въ отсутствіи
въ Барнаулѣ, но слышалъ, что она была наказана
легко и не кнутомъ,—дорого это обошлось ея род­
нымъ,—а плетью. Я въ это дѣло болѣе не вмѣшивался.
Удивительныя натуры попадались мнѣ между
преступниками-каторжанами. Для психолога или
медика—типы эти могли бы послужить интереснѣй­
шимъ предметомъ для наблюденія.

[belkafoto.livejournal.com]

а заодно попытаюсь изобразить
мало, вѣроятно, кому извѣстное, тогдашнее тюремное
положеніе въ Сибири. Начну съ Семипалатинска:
сидимъ мы какъ-то разъ утромъ съ Достоевскимъ;
входитъ Адамъ и докладываетъ, что явился городо­
вой изъ полицейскаго управленія, привелъ двухъ
мужиковъ, желаютъ меня видѣть. Выхожу—стоитъ
городовой, а съ нимъ два мужика: одинъ изъ нихъ
гигантъ,—въ плечахъ косая сажень, борода съ про­
сѣдью; другой—старикъ, сѣдой, тщедушный. Раз­
спрашиваю, что имъ нужно? Городовой сообщаетъ,
что прислалъ ихъ ко мнѣ полиціймейстеръ, что онъ
ихъ обоихъ знаетъ и что то, что они мнѣ заявятъ,—
сущая правда, и что проситъ эту просьбу исполнить.
А просьба этихъ субъектовъ была довольно необы­
чайная: явились они меня просить: приказать на­
дѣть имъ ручные и ножные кандалы и запереть на
время въ тюрьму, «пока лихорадка не пройдетъ»;
«чувствуемъ, что кровь прольемъ», говорили они,
«такъ и тянетъ насъ убить человѣка, нужно намъ ее
видѣть, кровь-то эту». «Сдѣлай Божескую милость—

прикажи заковать», умоляюще обращались они ко
мнѣ. Желаніе ихъ было исполнено, и дней черезъ
шесть является ко мнѣ унтеръ,—говоритъ, просятъ
тѣ молодцы расковать да выпустить, «лихорадка,
молъ, прошла».

[belkafoto.livejournal.com]

Слышимъ вдругъ скрипъ немазанныхъ колесъ. «Ну,
братцы», говорю, «ухо востро держи, новая пожива».
Притаились кто—гдѣ, видимъ, ѣдетъ телѣга, а ло­
шадью правитъ старикъ; подлѣ него молодуха съ
груднымъ младенцемъ. Надъ старикомъ недолго ра­
ботали, убили. Только какъ увидѣлъ я эту кровь»,—
воодушевляясь, продолжалъ свой разсказъ злодѣй,—
«съ водки, что-ль, будь она проклята, точно въ го­
лову что ударило, схватилъ я у матери ребеночка
за ножки и началъ имъ это я по воздуху размахи­
вать. Онъ, шельма, оретъ. Ну я, чтобъ долго съ нимъ
не валандаться, со всего размаха хвать его головою
объ колесо, ну вся голова и разлетѣлась и мозги
повыскакали, а меня-то горячей кровью такъ и об­
дало. Пока это мы тѣшились, да забавлялись, а
бабенка-то, чтобъ ей пусто было, прыгъ въ лѣсъ,
добѣжала до деревни, скликала народъ; прибѣжали
люди, да тутъ на мѣстѣ насъ и накрыли! Только
всего и дѣла-то было», цинично закончилъ свой
разсказъ звѣрь-человѣкъ.

[belkafoto.livejournal.com]

Читатель помнитъ, вѣроятно, выше описаннаго
мною каторжника Орлова.
Убійца-рецидивистъ, какихъ только злодѣйствъ
не было у него на душѣ. Между прочимъ, однажды
онъ попалъ въ тюрьму за растлѣніе своихъ мало­
лѣтнихъ дочерей, которыхъ онъ, къ довершенію, еще
и убилъ, чтобы скрыть преступленіе. Ну, послѣ дол­
гихъ своихъ похожденій онъ былъ наконецъ запря­
танъ въ секретное отдѣленіе тобольской тюрьмы,
гдѣ я его увидалъ прикованнымъ къ стѣнѣ казе­
мата. Что же узналъ я впослѣдствіи о немъ.

[belkafoto.livejournal.com]

Каково же было все­
общее удивленіе, когда въ одинъ прекрасный день
прискакалъ изъ Петербурга командированный кня­
земъ Орловымъ чиновникъ съ приказомъ немедленно
произвести слѣдствіе и ревизію.
Слѣдствіе открыло, что доносы эти, черезъ при­
слугу князя Орлова, дѣлалъ секретный преступникъ
120
Орловъ, имѣвшій въ Петербургѣ родственника.
Кромѣ того установленъ невѣроятный подкупъ над­
смотрщиковъ. Оказалось, что они приносили заклю­
ченнымъ водку, карты, водили къ нимъ женщинъ,
а самъ Орловъ оказался сожителемъ супруги одного
острожнаго чиновника и былъ отцомъ ея нѣсколь­
кихъ дѣтей. Ревизія эта вообще обнаружила много
вопіющаго, да толкъ-то отъ этого для пользы дѣла
получился нескоро.

[belkafoto.livejournal.com]

грабители, взломали желѣзный сундукъ съ деньгами
и захватили довольно большл^ю сумму денегъ. Аста­
шевъ былъ человѣкъ съ характеромъ, объявилъ, что
во что бы то ни стало откроетъ виновниковъ гра­
бежа и ихъ покровителей—ничего не пожалѣетъ.
Онъ пустилъ въ ходъ все свое вліяніе; нарядили
слѣдствіе,котороепоручилимоему честнѣйшему лицей­
скому товарищу барону А .Ѳ.Штакельбергу (умеръ бу­
дучи сенаторомъ), чиновнику особыхъ порученій при
В. А. Арцимовичѣ. Заѣхавъ въ Семипалатинскъ спеці­
ально повидать меня, вотъ что онъ разсказалъ: Послѣ
долгихъ усилій удалось Штакельбергу найти искусна­
го сыщика, кромѣ того унтеръ, надсмотрщикъ арестан­
товъ , помогалъ ему.Скоро открыли всѣхъ причастныхъ
къ этому дѣлу лицъ. Кромѣ того были собраны улики,
что двое полицейскихъ чиновниковъ были заодно
съ извѣстною въ то время грабительскою шайкою.
Несомнѣнно было установлено, что и самъ полицей­
мейстеръ, полковникъ Л-въ—во всѣхъ этихъ про­
исшествіяхъ не безъ грѣшка. Но вотъ въ самомъ раз­
гарѣ слѣдствія... сыщикъ пропадаетъ безслѣдно, а
унтера находятъ въ одно прекрасное утро повѣшен­
нымъ подъ окномъ Штакельберга.
Такъ слѣдствіе и пришлось прервать.

[belkafoto.livejournal.com]

Разбойничьи шайки въ мое время были дѣломъ
весьма обыкновеннымъ. Въ мое время существовала
въ городѣ Бійскѣ такса за совершеніе преступленія.
Коли потребуется убить кого—10 рублей, отравить—
15 рублей. Когда я выразилъ удивленіе такой раз­
ницѣ въ ихъ прейскурантѣ, то одинъ изъ засѣдате­
лей пояснилъ мнѣ, что объясненіе эти темные герои
даютъ по этому поводу такое: «Убьешь коли кого
въ лѣсу, аль что украдешь—возьмешь да въ укром­
номъ мѣстечкѣ и закопаешь! пойди, ищи!»
«А отравишь,— дѣло порискованнѣе: какъ подой­
детъ пропорція; еще съ зелья-то другой человѣкъ
только приболѣетъ! Запримѣтятъ, а тутъ еще «дох-
тура» начнутъ слѣдить; помретъ, вскрытіе не дай
Богъ сдѣлаютъ,—а потому дѣло-то это и приходится
варганить съ опаскою,—вотъ потому-то и цѣна ему
на 50 процентовъ дороже».
Отравленіе почему-то было особенной спеціаль­
ностью женщинъ-прест}шницъ.

[belkafoto.livejournal.com]

Помѣщаю его въ подлинникѣ:
Семипалатинскъ, 14 августа 1855 г.
«Съ перваго же слова прошу у васъ извиненія,
дорогой мой Александръ Егоровичъ, за будущій без­
порядокъ моего письма. Я уже увѣренъ, что оно
будетъ въ безпорядкѣ. Теперь два часа ночи, я на­
писалъ два письма. Голова у меня болитъ, спать
хочется и къ тому же я весь разстроенъ. Сегодня
утромъ получилъ изъ Кузнецка письмо. Бѣдный,
несчастный Александръ Ивановичъ Исаевъ скон­
чался. Вы не повѣрите, какъ мнѣ жаль его, какъ я
весь разстроенъ. Можетъ быть, я только одинъ изъ
здѣшнихъ и умѣлъ цѣнить его. Если были въ немъ
недостатки, наполовину виновата въ нихъ его чер­
ная судьба. Желалъ бы я видѣть, у кого бы хватило
терпѣнія при такихъ неудачахъ? Зато сколько до­
броты, сколько истиннаго благородства. Вы его мало
знали. Боюсь, не виноватъ ли я передъ нимъ, что под­
часъ, въ желчную минуту, передавалъ вамъ, и, мо­
жетъ быть, съ излишнимъ увлеченіемъ, однѣ только
дурныя его стороны. Онъ замеръ въ нестерпимыхъ
страданіяхъ, но прекрасно, какъ дай Богъ умереть и
намъ съ вами. И смерть красна на человѣкѣ. Онъ
умеръ твердо, благословляя жену и дѣтей и только

томясь объ ихъ участи. Несчастная Марья Дми­
тріевна сообщаетъ мнѣ о его смерти въ малѣйшихъ
подробностяхъ. Она пишетъ, что вспоминать эти
подробности—единственная отрада ея. Въ самыхъ
сильныхъ мученіяхъ (онъ мучился два дня) онъ при­
зывалъ ее, обнималъ и безпрерывно повторялъ: «Что
будетъ съ тобою, что будетъ съ тобою?» Въ мученіяхъ
о ней онъ забывалъ свои боли. Бѣдный! Она въ от­
чаяніи. Въ каждой строкѣ письма ея видна такая
грусть, что я не могъ безъ слезъ читать, да и вы,
чужой человѣкъ, но человѣкъ съ сердцемъ, заплакали
бы. Помните вы ихъ мальчика, Пашу? Онъ обезумѣлъ
отъ слезъ и отъ отчаянія. Среди ночи вскакиваетъ
съ постели, бѣжитъ къ образу, которымъ его благо­
словилъ отецъ за два часа до смерти, самъ становится
на колѣни и молится, съ ея словъ, за упокой души
отца.—Похоронили бѣдно, на чужія деньги (нашлись
добрые люди), она же была какъ безъ памяти. Пи­
шетъ, что чувствуетъ себя очень нехорошо здоровьемъ.

[belkafoto.livejournal.com]

Но вотъ 21 декабря 1856 года судьба, на­
конецъ, улыбнулась Ѳедору Михайловичу. Въ письмѣ
отъ 21 декабря 1856 г. Достоевскій пишетъ мнѣ:
«Если не помѣшаетъ одно обстоятельство, то я, до
масляницы, женюсь.—Вы знаете, на комъ. Она же
любитъ меня до сихъ поръ... Она сама сказала мнѣ:—
да. То, что я писалъ вамъ объ ней лѣтомъ, слишкомъ
мало имѣло вліянія на ея привязанность ко мнѣ.
Она меня любитъ. Это я знаю навѣрно. Я зналъ
это и тогда, когда писалъ вамъ лѣтомъ письмо
мое. Она скоро разувѣрилась въ своей новой привя­
занности... Еще лѣтомъ, по письмамъ ея, я зналъ
это. Мнѣ было все открыто. Она никогда не имѣла
тайнъ отъ меня. О! еслибъ вы знали, что такое эта
женщина»...

[belkafoto.livejournal.com]

Мои надежды, дорогой, безцѣнный и, можетъ
быть, единственный другъ мой, вы чистое, честное
139
сердце—мои надежды.—Выслушайте ихъ. Какъ ни
думаю, онѣ мнѣ кажутся довольно ясными. Во 1-хъ)
неужели не будетъ никакой милости нынѣшнимъ лѣ­
томъ, по заключеніи мира или при коронаціи? Вотъ
этого-то извѣстія я и ожидаю отъ васъ теперь съ судо­
рожнымъ нетерпѣніемъ. Во 2-хъ) положимъ то еще
въ области надеждъ; но неужели нельзя мнѣ перейти
изъ военной въ статск}^ю и перейти въ Барнаулъ,
если н и ч е г о не будетъ другаго по манифесту? Вѣдь
Дуровъ перешелъ же въ статскую. Въ 3-хъ) долго ли
я буду безъ чина? Какъ вы думаете? Неужели будетъ
заперта моя карьера? Такіе ли преступники, какъ
я, получали все? Не вѣрю я тому! Вѣрю, что черезъ
2 года, если даже теперь ничего не будетъ, я воро­
чусь въ Россію. Теперь самое важнѣйшее—деньги.
2 вещи, одна статья, другая—романъ будутъ готовы
къ сентябрю. Хочу формально просить печатать.
Если позволятъ, то я на всю жизнь съ хлѣбомъ.
Теперь не такъ, какъ прежде, столько обдѣланнаго,
столько обдуманнаго и такая энергія къ письму!
Надѣюсь написать романъ (къ сентябрю) получше
«Бѣдныхъ людей». Вѣдь если позволятъ печатать (а
я не вѣрю, слышите: не вѣрю, чтобъ этого нельзя
было выхлопотать), вѣдь это гулъ пойдетъ, книга
раскупится, доставитъ мнѣ деньги, значеніе, обратитъ
на меня вниманіе правительства, да и возвращеніе
придетъ скорѣй. А мнѣ что надобно: 2, 3 тысячи въ
годъ ассигнаціями.

https://fedordostoevsky.ru/pdf/vrangel.pdf