А вы умеете шалить?

[arbeka]

А вы умеете шалить?

"Дневники написаны моей сестрой — Кривулиной Юлией Александ­ровной, в девичестве Хордикайнен.

Наша семья: отец, Хордикайнен Александр Матвеевич (1899-1943),мама, Тихомирова Юлия Федоровна (1890-1979), и мы, четверо детей,сестры-близнецы Софья (Зося) и Юлия (Люся) родились 16 апреля 1928года, брат Андрей родился 10 апреля 1929 года, брат Матвей — 14 октяб­ря 1933 года, — жила до войны в городе Пушкине (Царское Село) наулице Колпинской, дом 5.Папа родился в Ц. Селе, мама — в Рыбинске. Родители по делу Цен­трального бюро краеведения — они работали в ЦБК — были арестованы17 июля 1930 года и сосланы в Сибирь. Вернулись в Пушкин осенью 1934года.Наш отец, инженер-экономист, до войны работал старшим экономи­стом в Гипролесхиме. Мама поступила на работу в сентябре 1938 годастаршим статистиком в Трикотажную артель им. 2-й пятилетки, котораяразмещалась рядом с Александровским дворцом.Мама окончила филологический факультет Петербургских Высшихженских курсов (Бестужевских) в 1914 году, но учительницей работалаочень недолго.

К писанию дневника нас подталкивало и одиночество, отъедннен-ность от других детей во дворе н в школе. Годы без родителей наложилигрустный отпечаток на наши души: мы были робкие, неслышные дети. Даи бабушка (Высоцкая Софья Спльвестровна (1866-1941)), мать нашегоотца, с которой мы, трое детей, жили во время их ссылки, нас стращала:“Вот приедут папа с мамой и...” Не уточнялось, что именно нас ждет, ночто какое-то особое наказание — непременно. Мы боялись возвращенияродителей. Когда однажды, во время их ссылки, нас навестила маминаприятельница по Бестужевским курсам Наталия Васильевна Педькова(она нам рассказывала это в поздние, студенческие годы), мы показалисьей тнхнмн-претпхпмп детьми.— А вы умеете шалить? — спросила она нас.— Нет, не умеем.— А хотите, я научу вас?Мы отказались.

https://imwerden.de/pdf/khordikajnen_zhizn_v_okkupatsii_1999__ocr.pdf

..........
После фабрикации органами ОГПУ в 1929 году так называемого «Академического дела» провинциальные отделения ЦБК были представлены как филиалы «монархической контрреволюционной организации». В 1929-30 годах прошли аресты краеведов по всей стране. В 1930 г. по «Делу о контрреволюционной группировке в ЦБК» были арестованы и осуждены Г. А. Штерн, Г. Э. Петри и др.

Формирование дела проводилось в два этапа. Первый был связан с провалом на выборах в члены Академии в январе 1929 года трёх кандидатов-коммунистов, избиравшихся в числе 42 новых академиков. В газетах появились требования реорганизовать Академию наук и политические характеристики академиков, указывавшие на их якобы контрреволюционное прошлое. Однако после избрания коммунистов А. М. Деборина, Н. М. Лукина и В. М. Фриче эта кампания прекратилась.

Следующий штурм Академии наук начался в августе 1929 года — для «чистки» Академии наук в Ленинград была направлена правительственная комиссия во главе с Ю. П. Фигатнером. В июне — декабре 1929 года по решению этой комиссии были уволены 128 штатных сотрудников (из 960) и 520 сверхштатных (из 830). Основной удар был направлен на учреждения, возглавлявшиеся С. Ф. Платоновым: Библиотеку Академии наук и Пушкинский дом.
...............
ФИГÁТНЕР, Юрий Петрович (наст. имя – Яков Исаакович) (1889 – 20.IX.1937) – сов. парт., гос. и профсоюзный деятель. Чл. Коммунистической партии с 1903. Род. в Одессе, в семье ремесленника; рабочий-токарь.

Реабилитирован посмертно.

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

Уезжали те, кто мог доказать свое немецкоепроисхождение. Их назвали “фолъксдойтчами ” (отнем. Volk — народ, deutsch — немецкий) — “народнемецкий ”.Жена Р.В., Варвара Николаевна Иванова, — урожденная Оттенберг, поэтому Р.В. и В.Н. уез­жали как фолъксдойтчи. Как фолъксдойтчи тогдаже уезжала Танечка Анциферова, дочь Н.П. Анци­ферова, со своей тетей Аней, сестрой жены Н.П.А.Н. Оберучева смогла удостоверить свои немецкиекорни.Думаю, что теперь, через 55 лет после собы­тия, можно, никому не повредив, сказать, что“уезжали ", а не “был выслан ”, “были угнаны ". Сей­час мы не в состоянии даже отдаленно представитьсебе трагизм этого выбора.О своей судьбе в Германии Р.В. Иванов-Разумнт пишет в предисловии к книге “Тюрьмы иссылки ‘‘Вместо концентрационных лагерей, войназанесла нас с женой за проволочные заграждениянемецких “беобахтунгслагер” в городках Конице ипрусском Штатгарте — на полтора года ”(журнал “М1)ра", СПб.: “Глаголъ", 1994. Ne 1.С. 149).