я упала в радостно потрескивающий огонь
Jun. 26th, 2019 05:40 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbeka"К счастью, кормилица была, видимо, славной женщиной. Ее ребенок умер, и ей оставалось любить меня одну. Только любила она, как любят обычно бедные люди — когда у них есть время.
Однажды муж ее заболел, и она пошла в поле собирать картошку; земля сильно намокла, и картошка начала подгнивать. Ждать было нельзя. Она оставила меня под присмотром мужа, лежавшего на узкой бретонской кушетке, острая боль в пояснице не давала ему шевельнуться. Добрая женщина усадила меня на высокий детский стульчик. Перед уходом она заботливо укрепила деревянный стерженек, поддерживавший узкую дощечку, на которой она разложила передо мной мелкие игрушки. Бросив в камин виноградную лозу, она сказала мне по-бретонски (до четырех лет я не понимала другого языка, кроме бретонского): «Будь умницей, моя Пеночка!» (Это было единственное имя, на которое я откликалась в то время.)
Славная женщина ушла, а я принялась вытаскивать деревянный стерженек, так заботливо укрепленный моей бедной кормилицей. Преуспев в этом, я оттолкнула ненадежную преграду, полагая, что соскользну на пол, — бедняжка, я упала в радостно потрескивающий огонь. Крики мужа моей кормилицы, который сам не мог шелохнуться, привлекли внимание соседей. Всю дымящуюся, меня бросили в большое ведро с молоком, которое только что надоили.
Узнав обо всем, тетушки предупредили маму. И в течение четырех дней покой этого тихого уголка нарушал шум следовавших один за другим дилижансов. Тетушки мои съехались отовсюду. Обезумевшая мама примчалась из Брюсселя вместе с бароном Ларреем и одним из его друзей, молодым врачом, входившим тогда в почет. А кроме того, барон Ларрей прихватил с собой медика-практиканта.
Потом уже мне рассказывали, что трудно было вообразить более горестную и очаровательную картину, чем отчаяние моей матери.
Врач одобрил масляную маску, которую мне накладывали каждый час.
Однажды муж ее заболел, и она пошла в поле собирать картошку; земля сильно намокла, и картошка начала подгнивать. Ждать было нельзя. Она оставила меня под присмотром мужа, лежавшего на узкой бретонской кушетке, острая боль в пояснице не давала ему шевельнуться. Добрая женщина усадила меня на высокий детский стульчик. Перед уходом она заботливо укрепила деревянный стерженек, поддерживавший узкую дощечку, на которой она разложила передо мной мелкие игрушки. Бросив в камин виноградную лозу, она сказала мне по-бретонски (до четырех лет я не понимала другого языка, кроме бретонского): «Будь умницей, моя Пеночка!» (Это было единственное имя, на которое я откликалась в то время.)
Славная женщина ушла, а я принялась вытаскивать деревянный стерженек, так заботливо укрепленный моей бедной кормилицей. Преуспев в этом, я оттолкнула ненадежную преграду, полагая, что соскользну на пол, — бедняжка, я упала в радостно потрескивающий огонь. Крики мужа моей кормилицы, который сам не мог шелохнуться, привлекли внимание соседей. Всю дымящуюся, меня бросили в большое ведро с молоком, которое только что надоили.
Узнав обо всем, тетушки предупредили маму. И в течение четырех дней покой этого тихого уголка нарушал шум следовавших один за другим дилижансов. Тетушки мои съехались отовсюду. Обезумевшая мама примчалась из Брюсселя вместе с бароном Ларреем и одним из его друзей, молодым врачом, входившим тогда в почет. А кроме того, барон Ларрей прихватил с собой медика-практиканта.
Потом уже мне рассказывали, что трудно было вообразить более горестную и очаровательную картину, чем отчаяние моей матери.
Врач одобрил масляную маску, которую мне накладывали каждый час.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
Сара Бернар Моя двойная жизнь
Date: 2019-06-26 03:41 pm (UTC)no subject
Date: 2019-06-26 03:43 pm (UTC)Он так очаровательно рассказывал мне о любви всех этих славных людей к «Пеночке» и не мог удержаться от смеха при воспоминаниях о таком количестве масла. Оно было всюду, рассказывал он: на кушетках, на шкафах, на стульях, на столах и даже висело в пузырях на гвоздях. Все соседи приносили масло для масок «Пеночке».
Мама, похожая на мадонну, невообразимо красивая[2], с золотистыми волосами и такими длинными ресницами, что, когда она закрывала глаза, тень от ресниц падала ей на щеки, раздавала золото всем вокруг. Она готова была отдать и свою золотую шевелюру, и свои белые, точеные пальчики, свои маленькие, как у ребенка, ножки и саму жизнь, только бы спасти эту девочку, о которой еще неделю назад почти не думала.
В своем отчаянии и в своей любви ко мне она была столь же искренна, как и в невольном забвении.
урожденная фон Хард
Date: 2019-06-26 03:45 pm (UTC)Henriette Rosine Bernard
Date: 2019-06-26 03:51 pm (UTC)Сара Бернар родилась 22 октября 1844 года в Париже[2]. Мать Сары — Юдифь (впоследствии Юлия) Бернар (1821, Амстердам — 1876, Париж) — происходила из еврейской семьи и была дочерью коммивояжёра Морица Баруха Бернардта и Сары Гирш (1797—1829)[3]. С 1835 года Юдифь, её четыре сестры и брат воспитывались мачехой Сарой Кинсберген (1809—1878).
Sarah Bernhardt was born Henriette-Rosine Bernard at 5 rue de L'École-de-Médicine in the Latin Quarter of Paris on 22 or 23 October 1844.[note 2] She was the illegitimate daughter of Judith Bernard (also known as Julie and in France as Youle), a Dutch Jewish courtesan,[3][4][5][6] a prostitute with a wealthy or upper-class clientele.
Sarah Bernhardt nació el 23 de octubre de 1844 en el número 5 de la calle de l'École-de-Médecine, en París. Su nombre real era Rosine Bernardt. Su madre era una mujer de religión judía de origen neerlandés llamada Judith-Julie Bernardt (1821-1876), alias Youle. Se ganaba la vida como cortesana junto con su hermana Rosine. Julie tuvo varias hijas más. En abril de 1843 tuvo dos niñas gemelas que fallecieron a las dos semanas. Tras Sarah, tuvo a Jeanne (fecha de nacimiento desconocida) y a Régine en 1855, que murió de tuberculosis en 1873. Todas fueron hijas de padres distintos y desconocidos. Sarah Bernhardt nunca supo quién era su padre biológico, aunque se cree que era el duque de Morny, medio hermano de Napoleón III.
no subject
Date: 2019-06-26 03:53 pm (UTC)Два года пролетели в этом маленьком садике в Нейи, где было полно ужасных георгинов с плотно сбитыми лепестками, похожих на разноцветные мотки шерсти. Тетушки мои совсем не приезжали. Мама присылала деньги, конфеты, игрушки.
Муж кормилицы умер. И моя кормилица вышла замуж за консьержа из дома № 65 по улице Прованс. Не зная, где найти маму, и не умея писать, кормилица, никого не предупредив, отвезла меня в свое новое жилище. Я была в восторге от переезда. Мне тогда было пять лет, но я прекрасно помню тот день, как будто все это случилось вчера.
Жилище моей кормилицы находилось как раз над самыми воротами; в тяжелые монументальные ворота было вделано слуховое окно. Снаружи мне показалось это очень красивым, и, очутившись перед огромными воротами, я даже захлопала в ладоши. Дело близилось к вечеру, ведь в ноябре около пяти часов уже начинает смеркаться.
Меня уложили в маленькую кроватку, и я, верно, тут же заснула, потому что ничего больше не помню.
Зато на другой день меня охватила страшная тоска: в комнатке, где я спала, не оказалось окна.
no subject
Date: 2019-06-26 03:55 pm (UTC)Бедная кормилица плакала; взяв меня на руки, она открыла окно со словами:
— Не горюй, Пеночка. Видишь свою красивую тетю? Она вернется. Ты уедешь вместе с ней.
По ее круглому, доброму лицу катились крупные слезы. Но я не видела ничего, кроме черной дыры за спиной. И в порыве отчаяния ринулась к тете, собиравшейся сесть в коляску; и все… дальше тьма… тьма… далекий гомон далеких голосов… очень далеких…
Я вырвалась из рук няни и шлепнулась на мостовую прямо к ногам тети. В двух местах я сломала себе руку и разбила на левой ноге коленную чашечку.
Очнулась я через несколько часов в огромной и очень красивой кровати, которая стояла посреди большой комнаты и благоухала, в комнате было два великолепных окна, от которых веяло радостью, потому что в них «видно было уличный потолок». Срочно вызвали мою мать, и она приехала ухаживать за мной.
Тогда-то я и познакомилась со своими родными, со всеми тетями и кузинами.
Своим крохотным умишком я никак не могла взять в толк, почему сразу так много людей любят меня, ведь столько дней и ночей меня любило одно-единственное существо.
Понадобилось два года, чтобы я пришла в себя после этого страшного падения: здоровье у меня было слабое, а кости тонкие и хрупкие. Меня почти все время носили на руках.
Я опускаю эти два года своей жизни, которые оставили во мне смутные воспоминания о ласках и сонном оцепенении.
no subject
Date: 2019-06-26 04:04 pm (UTC)Ах, эти удары линейкой мадемуазель Каролины! Я не преминула упрекнуть ее за это, когда увиделась с ней через тридцать пять лет. Она заставляла нас прижимать все пальцы к большому, причем руку надо было вытягивать и держать совсем близко от нее, — и бац!.. и бац!.. Линейкой из черного дерева она наносила жестокий удар, сильный и резкий, словом, ужасный удар, от которого слезы катились из глаз.
Я невзлюбила мадемуазель Каролину. А между тем она была красивой, но красота ее наводила на меня тоску. Лицо чересчур белое, волосы чересчур черные, украшенные кружевными лентами.
Много времени спустя я снова увиделась с ней, ее привела ко мне одна родственница.
— Пари держу, что вы не узнаете эту женщину! — сказала она. — А между тем вы ее прекрасно знали.
Я стояла, прислонясь к большому камину в зале, и смотрела, как из глубины первой гостиной появилась эта высокая особа несколько провинциального вида, но еще довольно красивая. Когда она спустилась по трем ведущим в зал ступеням, свет упал на ее выпуклый лоб, увитый лентами.
— Мадемуазель Каролина! — воскликнула я и незаметным движением спрятала обе руки за спиной.
no subject
Date: 2019-06-26 04:07 pm (UTC)И вот, в один прекрасный день является вдруг тетя Розина, чтобы забрать меня из пансиона и, согласно предписанию отца, доставить в указанное им место. Предписание было категорично Моя мать, находившаяся в это время в отъезде, обратилась с просьбой к тете, которая, улучив минутку между двумя вальсами, тут же примчалась. Мысль о том, что снова, не спросив ни о чем меня, собираются пренебречь моими вкусами и привычками, привела меня в неописуемую ярость. Я каталась по полу; кричала истошным голосом; осыпала упреками маму, своих тетушек, наконец, госпожу Фрессар, не сумевшую уберечь меня.
В течение двух часов я сопротивлялась всеми силами, дважды вырываясь из рук, пытавшихся одеть меня, и убегая в сад, где я карабкалась на деревья, бросалась в маленький водоем, в котором было больше тины, чем воды, пока наконец, измученную, усмиренную, рыдающую, меня не отнесли в тетину коляску.
Три дня меня трясло как в лихорадке, потом начался такой жар, что опасались за мою жизнь. Тогда к тете Розине, жившей в то время в доме № 6 на улице Шоссе-дʼАнтен, приехал мой отец. Он был близок с Россини, который жил на той же улице в доме № 4.
no subject
Date: 2019-06-26 04:12 pm (UTC)— Вы покушали, мадемуазель?
— Да, тетя.
— Вы не голодны?
— Нет, тетя.
— Перепишите три раза «Отче наш» и «Верую», маленькая язычница. — (Тогда я была еще некрещеная.)
no subject
Date: 2019-06-26 04:15 pm (UTC)И мы двинулись в путь: я — держа за руки отца и мать святую Софью, а за нами две монахини — мать Префет, высокая, чопорная женщина с поджатыми губами, и сестра Серафима, бледная и слабенькая, похожая на колеблемый ветром стебелек ландыша.
Сначала мы посетили само здание, рабочий зал, в котором по четвергам все ученицы собирались на беседу, как правило, ее вела мать святая Софья; весь день ученицы занимались какой-нибудь работой: одни шили, другие вышивали, кое-кто увлекался переводными картинками и так далее.
Зал был огромным. Там обычно танцевали в день святой Екатерины, а иногда и по какому-нибудь другому поводу.
Кроме того, в этом зале раз в год мать-настоятельница вручала каждой из сестер по одному су, это был их годовой заработок.
no subject
Date: 2019-06-26 04:20 pm (UTC)— Нечего мешкать, — сказала она и, всадив гребенку в мою гриву, вырвала прядь волос.
Боль и ярость, охватившая меня от такого скверного обращения, вызвали один из тех приступов гнева, которые наводили ужас на всех, кому случалось при этом присутствовать.
Я набросилась на несчастную сестру и ногами, зубами, руками, локтями, головой, всем своим жалким и худеньким тельцем колотила и била ее с дикими воплями.
Ученицы, сестры сбежались все разом. Дети кричали: «На помощь!» Сестры крестились, не решаясь приблизиться. Мать Префет окатила меня святой водой, пытаясь привести в чувство.
Наконец подоспела мать-настоятельница святая Софья.
Отец говорил ей о приступах дикого гнева, моем единственном настоящем недостатке, которым я была обязана как состоянию своего здоровья, так и врожденному буйству характера.
Она подошла к нам. Я все еще не отпускала сестру Марию, но чувствовала себя обессиленной борьбой с несчастной женщиной, такой большой и сильной, но даже и не пытавшейся защищаться, она старалась только уклониться от моих ударов, держа меня то за ноги, то за руки попеременно.
Голос матери святой Софьи заставил меня поднять голову.
Глаза мои, залитые слезами, остановились на ее ласковом, исполненном жалости лице, и я затихла на мгновенье, но не отпустила добычу; пристыженная, трепещущая, я торопливо заговорила:
— Это она начала! Она гадкая, отняла у меня гребенку да еще вырвала волосы! Она толкнула меня! Сделала мне больно! Такая гадкая!
no subject
Date: 2019-06-26 04:22 pm (UTC)Я обожала ее, как обожают в детстве существо, полностью завладевшее всеми вашими помыслами, не ведая как, не зная за что, даже не отдавая себе в этом отчета, просто поддавшись непобедимым чарам.
Только потом я сумела понять ее и не уставала восхищаться ею. Я разгадала неповторимую, излучающую свет душу этой святой женщины, скрытую под оболочкой смеющейся коротышки.
Я полюбила ее за все, что она сумела пробудить во мне благородного. Полюбила ее за письма, которые она мне писала и которые я часто перечитываю. Полюбила потому, мне кажется, что, несмотря на все свои недостатки, я была бы еще во сто крат хуже, если бы мне не довелось узнать и полюбить это чистейшее создание.
Один-единственный раз я заметила ее суровость и внезапно почувствовала обуревавший ее гнев в маленькой комнатке, расположенной у входа в ее келью и служившей гостиной, висел портрет молодого человека, на прекрасном челе которого лежала печать некоего благородства.
— Это император? — спросила я.
— Нет, — молвила она, с живостью обернувшись. — Это король! Генрих V.
Лишь много позже я поняла причину ее волнения. Монастырь был роялистский. А Генрих V — признанным монархом[7].
Зато к Наполеону III там испытывали глубочайшее презрение, а посему в день крещения наследного принца нам не дали положенных конфет да к тому же еще лишили свободного дня, объявленного во всех пансионах, лицеях и монастырях.
Я политикой совсем не интересовалась и была счастлива в монастыре благодаря матери святой Софье.
К тому же меня так полюбили мои подружки, что нередко писали за меня сочинения.
no subject
Date: 2019-06-26 04:23 pm (UTC)В ту пору соорудить манто из горностая с палантином и муфтой мне ничего не стоило. И это вызывало восхищение всех моих подружек. За свое приданое, в зависимости от его ценности, я брала плату: два карандаша, пять перьев или два листка белой бумаги.
Словом, теперь я стала личностью, и это тешило мое детское самолюбие.
no subject
Date: 2019-06-26 04:35 pm (UTC)Но совсем ничего не помню.
Date: 2019-06-26 06:10 pm (UTC)no subject
Date: 2019-06-26 06:14 pm (UTC)— Пожалуй, это лучше, чем быть монахиней! — сказала мама. — Мы поговорим об этом после!
no subject
Date: 2019-06-26 06:15 pm (UTC)— Ты с ума сошла! Семь коз в поезде, в коляске — где ты их собираешься разместить? Нет! И речи быть не может!
И все-таки я добилась разрешения взять с собой двух козочек и дрозда, которого подарил мне один горец.
И вот мы снова в монастыре.
Меня встретили с такой искренней радостью, что я сразу же снова почувствовала себя счастливой. Двух моих козочек оставили. Мне позволили приводить их во время перемен, и мы забавлялись как могли: то влезали на них, то катились с них кубарем… Сколько было смеха, сколько самых неожиданных забавных прыжков, безумного веселья… А между тем мне шел четырнадцатый год. Но я была тщедушной и крайне инфантильной.
no subject
Date: 2019-07-27 05:33 am (UTC)no subject
Date: 2019-07-27 05:35 am (UTC)no subject
Date: 2019-07-27 05:44 am (UTC)На торрент-трекерах очень много такого, что нигде не купишь. Какая-нибудь запись с телевизора редкого фильма, к которому сделали субтитры энтузиасты.
no subject
Date: 2019-07-27 05:50 am (UTC)Суть дела. Ассортимент сети магазинов "Розовый кролик" составляли (цитирую по судебному акту): "кляпы, маски, наручники, ошейники, плети, кнуты, сбруи, анальные пробки, вибраторы с камерой, маски с кольцом и кляпом, кляпы с зажимами на соски, распорки для рук и ног, поводок, сбруи на фаллос и мошонку, сбруи на пенис, зажимы для сосков, стимуляторы леденец, катетеры и т.д."
Господин Лапин (владелец бизнеса) решил расширить ассортимент товарами для маленьких детей: соски, ползунки, игрушки. Он позиционирует бизнес как "магазины для укрепления семьи" за счет улучшения совместной близости супругов. Это вызвало озабоченность общественного уполномоченного по правам ребенка по Санкт-Петербургу Ольги Баранец и ряда СМИ, которые опубликовали ее статью, что Лапин — «одуревший от безнаказанности торговец приспособлениями для проституток и педерастов», его деятельность — «по сути, работа в интересах педофилов» и т.д.
Предприниматель не согласился, потребовал опровержения и материального возмещения. Суд отказал. Аргумент судьи, насколько знаю, впервые применяется в делах о защите деловой репутации:
"Распространение информации о данной продукции, предназначенной для половых извращений, никак не может подрывать честь, достоинство и деловую репутацию истца, по сути, являющейся заведомо порочной.
Распространение негативных сведений об интимной продукции сети магазинов «Розовый кролик», для индивидуализации которой истцом был зарегистрирован товарный знак "Всё для укрепления семьи", само по себе не влечет нарушение прав истца на защиту его нематериальных благ, поскольку касается репутации, созданной в иной культурологической среде, не принимающей систему ценностей, несвойственных культурно-духовным традициям России, имеющие глубокие исторические корни и передающиеся из поколения в поколение, составляющие основы цивилизационной самобытности российского государства, к которым, в частности, относится: приоритет духовного над материальным, семья, нормы морали и нравственности.
Закон не создает репутацию, а охраняет право на нее в позитивном смысле этого слова, поэтому создание репутации, основанной на деятельности, противоречащей нормам общественной морали и нравственности, традиционным, духовным и семейным ценностям, исторически сложившимся в российском обществе, не может быть положено в основу защиты прав носителя данной репутации, тогда как правовая защита репутации как нематериального блага, осуществляется в случае нарушения или причинения вреда именно положительной репутации."
Поскольку истец проиграл, с него ответчики взыскали юридические расходы (в пользу ООО «Реалист» судебные издержки в сумме 133 000 руб., в пользу Уполномоченной по правам ребенка Баранец Ольги Николаевны 87 000 рублей).
Текст изначальной статьи Уполномоченного по правам ребенка по Санкт-Петербургу Ольги Баранец:
no subject
Date: 2019-07-27 05:54 am (UTC)Мы публикуем полную стенограмму лекции адъюнкт-профессора Нью-Йоркского университета (японское искусство), сотрудника института Синергийной антропологии при ГУ-ВШЭ (С.С. Хоружий и др.) Евгения Штейнера, прочитанной 12 января 2006 года в клубе – литературном кафе Bilingua в рамках проекта «Публичные лекции «Полит.ру».
Неожиданно получилось, что первая лекция нового года и первая лекция по возвращении в восстановленную после пожарища «Билингву» оказалась не столько про Японию, сколько про русскую интеллигенцию. История побега в самую что ни на есть внутреннюю эмиграцию, описанную шутливым лозунгом «Дао и Дзен полезны всем», побега от профессиональной и социальной практики. А близкий, по мнению лектора, конец традиции русской интеллигенции знаменуется упаковкой «Японии» уже в рыночные продукты – от тренингов до сырой рыбы.
Впрочем, как мы уже потом припомнили, мы должны были знать, что в открытом обсуждении такие темы всегда оборачиваются на себя и на Россию. Нам об этом почти полтора года назад рассказал продюсер Сергей Сельянов. Мы долго выпытывали у него причины успехов таких фильмов, как «Брат» и «Брат-2», и в конце концов он ответил: «интересно этническое многообразие мира», без которого (продолжаем мы) в России почему-то трудно найти опору, увидеть существо своей традиции.
https://polit.ru/article/2006/01/18/schteiner/
no subject
Date: 2019-07-27 05:55 am (UTC)Должен заметить, что я не сам придумал это выражение, оно принадлежало известному остроумцу и когда-то моему доброму знакомцу Е.В. Маевскому, который нынче заведует кафедрой японской филологии МГУ. Но выражение это я принял на вооружение. И прошло, как пишут в романах, много лет. Сейчас мы знаем, что масло и джем полезны далеко не всем, на Западе масло вообще никто не ест. И пришло время задуматься: а как насчет Дао и Дзэн, так ли уж они полезны всем?
no subject
Date: 2019-07-27 05:57 am (UTC)Начать я бы хотел с краткого исторического обзора. Влияние Японии на Западный мир, в который мы (конечно, с определенными оговорками) включаем и Россию, началось по большому счету около 150 лет назад, во второй половине XIX в. И с тех пор оно идет по ровной нарастающей. Это влияние можно проследить решительно во всех сферах: духовной, культурной, а в последствии - и техническо-технологической стороне жизни (в последнем я не очень силен).
Краткие вехи, чтобы освежить память и лучше представить, о чем я говорю. Разумеется, все это началось с живописи. Можно вспомнить импрессионистов, которые все как один обожали японские картины и использовали в своих работах формальные приемы японской гравюры на дереве, а также живописи. Примеры общеизвестны, имена я не называю.
Разумеется, это литература, которая повлияла на западную литературу, где уже много лет пишут на самых разных языках стихи в японском стиле и жанрах: танка и хайку. Как я недавно с восхищением узнал, это также популярно в России, даже издается весьма достопочтенный альманах «Хайкумена».
Цветная гравюра на дереве укиё-э
Date: 2019-07-27 06:00 am (UTC)Один достаточно яркий пример. Цветная гравюра на дереве укиё-э, все про нее знают, - Хокусай, Утамаро – их красавицы. Кто знает, кем были эти красавицы и для какой цели делались эти гравюры? Я знаю. Но знали это далеко не все на Западе - и в свое время, когда началась мода, и по сей день. А делались эти картинки исключительно с прикладными целями: служить каталогом девиц в «веселых» домах, обычно указывалась цена каждой девицы рядом с картинкой. А также эти пособия служили... я затрудняюсь изъяснить это по-русски… по-английски это называется masturbation aid, «пособие для мастурбации».
И в японских книжках той поры, а также в самой гравюре есть интереснейшие примеры того, как это использовалось, – как какой-нибудь одинокий самурай, имея перед собой картинку красавицы, любит сам себя. Это распространялось не только на мужчин. Известны картинки с изображением буддийской монахини, легко идентифицируемой по синей бритой голове (часто трудно определить, кто там, мужчина или женщина, вот если голова голая и синяя – это, значит, монахиня). Так вот эта самая монахиня, имея перед собой картинку этакого удальца-самурая, опять же любит сама себя. Ой, там не только голая голова видна, так что не ошибешься, кто есть кто.
no subject
Date: 2019-07-27 06:01 am (UTC)Капитан Головнин писал (я пересказываю своими словами), что однажды, когда он сидел в своем узилище с товарищами и скучал, к нему пришел их японский тюремщик, офицер японской стражи, который к узникам был доброжелательно настроен, знал, что никакие они не шпионы, что так случилось, что то, что они попали в Японию, – неблагоприятное стечение обстоятельств, и пытался, чем мог, им помочь. И этот тюремщик принес им картинки «ярко одетых женщин» (я пытаюсь вспомнить слово капитана Головнина) и знаками показал, что приглашает нас полюбоваться. Мы же, посмотрев, хотели отдать ему обратно, он же настоял на том, чтобы мы их у себя оставили. «Но зачем?» - спросили мы. Замявшись, тюремщик сказал, что иногда от скуки вы могли бы с ними забавляться». «Но не в таком мы положении, - возразил капитан Головнин, - чтобы любоваться этими красотками, которые к тому же так дурно намалеваны, что могут вызвать исключительно смех и отвращение, по крайней мере, в европейцах».
Вот, что писал образованный европеец (а был он человек европейски образованным) где-то около середины 10-х гг. XIX в. В то время любовь ко всему японскому еще не пришла, и европейская парадигма, видимо, еще не дозрела до восприятия этих явно чужеродных особенностей японской культуры, по крайней мере, живописной японской традиции. А то, что с помощью этих картинок можно как-либо удовлетворять свои физиологические потребности, просвещенному европейцу и в голову не пришло.