Деды и внуки

[arbeka]

(Деды разрушали церкви, чтоб внукам работку подбросить.)

Вале́рия Алексе́евна Голубцо́ва (1901, Нижний Новгород — Москва) — организатор науки, директор (ректор) Московского энергетического института с 1943 по 1952 год. Жена Георгия Максимилиановича Маленкова.
..............
Валерия Алексеевна в 1917 году окончила в Нижнем Новгороде гимназию и затем библиотечные курсы. С 1920 года, во время Гражданской войны, работала библиотекарем на Туркестанском фронте, в агитпоезде кавалерийской бригады, комиссаром которой был Г. М. Маленков. В 1920 году вышла за него замуж (без официальной регистрации до конца жизни и с сохранением девичьей фамилии)
................
После переезда в Москву в 1921 году Валерия Голубцова устраивается на работу в Орготдел ЦК и получает отдельную комнату в бывшей Лоскутной гостинице на Тверской улице — центре обитания московской коммунистической богемы[2]. Муж поступил в МВТУ им. Баумана (супруги решили поочередно закончить институт). С 1928 по 1930 год работала нормировщицей на Московском заводе металлоламп.
.........................
Внуки:

Дарья Андреевна Маленкова — директор по маркетингу в фирме, связанной с продуктами питания.
Егор Андреевич Маленков — столяр-реставратор, занимается восстановлением внутреннего убранства церквей. С его участием восстановлены 10 храмов.
Дмитрий Андреевич Маленков — обучается в ординатуре центра сердечно-сосудистой хирургии им. Бакулева.
Анастасия Андреевна Маленкова — учится в аспирантуре института стран Азии и Африки.

Comments

Родился в семье служащего

[belkafoto.livejournal.com]

Гео́ргий Максимилиа́нович Маленков (23 ноября [6 декабря] 1901)[1], Оренбург, Российская империя — 14 января 1988, Москва, СССР)

Родился в семье служащего на железной дороге, коллежского регистратора[1], потомка выходцев из Македонии дворянина Максимилиана Маленкова (потомка известного рода охридских священников Мале́нковых) и мещанки, дочери кузнеца Анастасии Шемякиной[2][3]. По отцу дед был полковником, брат деда — контр-адмиралом[уточнить].

Прах их тайно захоронили

[belkafoto.livejournal.com]

Ленинградское дело и Дело ЕАК

Маленков сыграл одну из главных ролей в «Ленинградском деле» (выступил против героев блокады, лично устроил погром в Музее истории блокады Ленинграда и др.) и разгроме ЕАК в 1949—1952 гг.

21 февраля 1949 года секретарь ЦК ВКП(б) Маленков прибыл из Москвы в Ленинград на литерном поезде во главе вооруженного отряда МГБ который организовал оцепление Смольного для закрытого заседания Ленинградского обкома и горкома. Маленков с помощью угроз добивался от секретарей обкома и горкома признания в том, что в Ленинграде существовала враждебная антипартийная группировка. С подачи Сталина было дано указание об арестах руководителей Ленинграда, которые начались с июля 1949 года.[23]. Информация о снятии с работы, привлечению к партийной и уголовной ответственности, о судебных процессах в прессе не публиковалась. Именно ради «ленинградцев», уже в ходе следствия по ленинградскому делу, 12 января 1950 года, в СССР вновь вводится смертная казнь «по отношению к изменникам Родины, шпионам и подрывникам-диверсантам» (до этого, в 1947 году, Указом Президиума Верховного Совета СССР смертная казнь была отменёна). Несмотря на то, что в данном случае не действует правило «закон обратной силы не имеет», введение смертной казни происходит за три дня до Постановления политбюро ЦК ВКП(б) «Об антипартийных действиях…», и потому связь между двумя фактами просматривается.[23].

В результате «Ленинградского дела» были приговорёны к расстрелу: председатель Госплана СССР Н. А. Вознесенский, председатель Совета министров РСФСР М. И. Родионов, секретарь ЦК ВКП(б) А. А. Кузнецов, первый секретарь Ленинградского обкома и горкома П. С. Попков, второй секретарь Ленинградского горкома ВКП(б) Я. Ф. Капустин, председатель Ленгорисполкома П. Г. Лазутин. 1 октября 1950 года в 2:00, спустя час после оглашения, приговор был приведён в исполнение. Прах их тайно захоронили на Левашовской пустоши под Ленинградом. И. М. Турко, Т. В. Закржевская и Ф. Е. Михеев осуждёны на длительное тюремное заключение.

прекратить политику культа личности

[belkafoto.livejournal.com]

После смерти Сталина 5 марта 1953 года Маленков стал председателем Совета Министров СССР. Уже в марте 1953 года на первом же закрытом заседании Президиума ЦК он заявил о необходимости «прекратить политику культа личности и перейти к коллективному руководству страной»[28][29], напоминая членам ЦК, как Сталин сам сильно критиковал их за насаждаемый вокруг него культ. Однако какой-либо существенной реакции на предложение Маленкова не последовало.

не был восстановлен

[belkafoto.livejournal.com]

На Пленуме ЦК в июне 1957 года, рассматривавшем дело об «Антипартийной группе», Маленков был выведен из состава ЦК, переведён на должность директора электростанции в Усть-Каменогорске, затем — теплоэлектростанции в Экибастузе, а в ноябре 1961 исключён из КПСС (в отличие от Молотова, не был восстановлен) и в том же году отправлен на пенсию[8].

Кремле не был больше ни разу

[belkafoto.livejournal.com]

Молотову и Кагановичу потом пенсии повышали, а Маленков не просил ни о пенсии, ни о прикреплении к кремлёвской столовой. Мы помогали ему с квартирой, с путёвками в санаторий. Но встречаться нам не приходилось. Его заявления с просьбами привозили или жена, или дочь Воля. Сам он в Кремле не был больше ни разу. Маленков то ли опасался напоминать новому руководству страны о своём существовании, то ли не хотел напоминать самому себе о том, что он имел и потерял.
— из воспоминаний Михаила Смиртюкова,

Он обратился к православной вере

[belkafoto.livejournal.com]

Журнал Der Spiegel писал о последних годах жизни Маленкова в своём некрологе[40]:

Он жил со своей женой Валерией на Фрунзенской, отоваривался в спецмагазине для функционеров и ездил электричкой на свою дачу в Кратово. Там его видели в деревенской церкви. Он обратился к православной вере — им овладело раскаяние.

с сыном от первого брака

[belkafoto.livejournal.com]

После смерти первого отчима вместе с матерью перебрались в Моздок, где вырос и жил до 1932 года. Окончил семилетнюю школу. Член ВЛКСМ с 1930 года. С августа по декабрь 1930 года Юрий Андропов работал сначала рабочим на телеграфе, а с декабря 1930 года по апрель 1932 года — учеником и помощником киномеханика в Клубе железнодорожников на станции Моздок. В 1932 году поступил в Рыбинский речной техникум[29], который окончил в 1936 году, после чего работал комсоргом на Рыбинской судоверфи им. Володарского. В 1935 году женился на дочери управляющего Череповецким отделением Госбанка Нине Ивановне Енгалычевой, которая училась в том же техникуме на электротехническом факультете, а впоследствии работала в Ярославском архиве НКВД. У них было двое детей — Евгения и Владимир.

Мало кто знает о его проблемах с первой женой, с сыном от первого брака и вообще, как он появился в Политбюро. Рассказывают, он становился белым как бумага, когда его спрашивали про первую супругу или про автобиографию периода 1933—1935 годов.

„Не хочешь ли повоевать?“

[belkafoto.livejournal.com]

В 1940 году Андропов познакомился в Петрозаводске с Татьяной Филипповной Лебедевой, на которой женился в начале войны. В августе 1941 года родился сын[36].

«Юрий Владимирович сам не просился послать его на войну, в подполье или партизаны, как настойчиво просились многие работники старше его по возрасту. Больше того, он часто жаловался на больные почки. И вообще на слабое здоровье. Был у него и ещё один довод для отказа отправить его в подполье или в партизанский отряд: в Беломорске у него жила жена, она только что родила ребёнка. А его первая жена, жившая в Ярославле, забрасывала нас письмами с жалобой на то, что он мало помогает их детям, что они голодают и ходят без обуви, оборвались (и мы заставили Юрия Владимировича помогать своим детям от первой жены). …Всё это, вместе взятое, не давало мне морального права… послать Ю. В. Андропова в партизаны, руководствуясь партийной дисциплиной. Как-то неудобно было сказать: „Не хочешь ли повоевать?“ Человек прячется за свою номенклатурную бронь, за свою болезнь, за жену и ребёнка» (из неопубликованной рукописи Г. Н. Куприянова «Партизанская война на Севере»)

ни за кого из работавших в подполье ручаться не могу

[belkafoto.livejournal.com]

«В июле 1949 года, когда руководящие работники Ленинграда были уже арестованы (см. Ленинградское дело — Прим.), Маленков начал присылать к нам в Петрозаводск комиссию за комиссией, чтобы подбирать материал для ареста меня и других товарищей, ранее работавших в Ленинграде. Нас обвиняли в следующем: мы — работники ЦК КП Куприянов и Власов, политически близорукие люди, носимся с подпольщиками и превозносим их работу, просим наградить их орденами. А на самом деле каждого из тех, кто работал в тылу врага, надо тщательно проверять и ни в коем случае не допускать на руководящую работу. Кое-кого и арестовать! Я сказал, что у меня нет никаких оснований не доверять людям, что все они честные и преданные партии, что свою преданность Родине они доказали на деле, работая в тяжёлых условиях, рискуя жизнью. Весь этот разговор происходил в ЦК партии Карелии, присутствовали все секретари. Я сказал, ища поддержки у своих товарищей, что вот Юрий Владимирович Андропов, мой первый заместитель, хорошо знает всех этих людей, так как принимал участие в подборе, обучении и отправке их в тыл врага, когда работал первым секретарем ЦК комсомола, и может подтвердить правоту моих слов. И вот, к моему великому изумлению, Юрий Владимирович встал и заявил: „Никакого участия в организации подпольной работы я не принимал. Ничего о работе подпольщиков не знаю. И ни за кого из работавших в подполье ручаться не могу“»[37][38][40].

тайное решение было тайно

[belkafoto.livejournal.com]

было принято решение выселить представителей всех финно-угорских народов и из Ленинградской области, и из Карело-финской ССР как якобы «местных крымских татар», и оно даже было оформлено решением Правительства Карело-Финской ССР, стараниями и Г. Н. Куприянова, и Андропова тайное решение было тайно же и отменено.