Я воспитался не для бури...

[arbeka]

Я воспитался не для бури...

Серге́й Влади́мирович Бахру́шин (26 сентября [8 октября] 1882, Москва — 8 марта 1950, Москва) — российский и советский историк, член-корреспондент АН СССР (1939), действительный член...
Происходил из московской купеческой династии Бахрушиных. Его дядя А. А. Бахрушин — основатель театрального музея;
................
Как участник “монархического заговора” был сослан в Семипалатинск (1931-33) вместе с историком С. Ф. Платоновым (в рамках Академического дела).
...............
"Бахрушин признавался:
Я воспитался не для бури...
Зачем же треплет жизнь меня,
Как лодку слабую, в лазури
Внезапно вставшая волна."
......................
22 августа[14] 1938 года академик Лукин был арестован, а 26 мая 1939 года ему был вынесен приговор Военной коллегии Верховного суда СССР, ... Приговор окончательный и обжалованию не подлежит»[8]. На суде Н. М. Лукин заявил: «Я прошу суд учесть, что ввиду моего болезненного состояния я не мог терпеть физические воздействия, вследствие сего я оклеветал себя и оговорил других»[8].

Умер в заключении.

Comments

все было покрыто слоем пепла

[belkafoto.livejournal.com]

Во время сессии от имени академиков-коммунистов и Ленинградского обкома партии была направлена в ЦК ВКП(б) телеграмма, содержавшая фразу: "Материал достаточный для уличения Ольденбурга в крупных упущениях, Платонова даже в прямом обмане"33. В последний день сессии, 30 октября, предсовнаркома Рыков телеграфировал президенту АН Карпинскому (оглашено на закрытой части Общего собрания): "Мною получено сообщение председателя комиссии НК РКИ Фигатнера об обнаружении в архивах Академии очень важных с государственной точки зрения документов. Ввиду того, что о существовании этих документов не было доведено до сведения правительственных органов, я считаю необходимым немедленно отстранить Ольденбурга от обязанностей непременного секретаря и прошу сессию Академии наметить новую кандидатуру"34. На посту непременного секретаря Ольденбург пробыл четверть века.

Всю эту ночь С.Ф.Ольденбург и его жена не спали. Жгли бумаги, и к утру в квартире все было покрыто слоем пепла.