Классические ишиопаги

[arbeka]

((Из Вики))

Мари́я Ивановна Кривошля́пова (4 января 1950 — 13 апреля 2003, Москва) и Да́рья Ивановна Кривошля́пова (4 января 1950 — 14 апреля 2003, Москва) — сиамские близнецы. Классические ишиопаги (случай сращения брюшной полости, таза и нижних конечностей). Жили в России.
.................
Сёстры Мария и Дарья родились с двумя головами, четырьмя руками и тремя ногами. Врачи сказали их матери, что они умерли от пневмонии, и забрали их.

В течение 7 лет в Институте педиатрии АМН СССР их изучал физиолог Пётр Анохин. Затем их поместили в Центральный научно-исследовательский институт травматологии и ортопедии. Там девочек научили передвигаться при помощи костылей и дали им начальное образование. В течение многих лет сёстры были объектом изучения для исследователей столь редкого случая dicephales tetrabrachius dipus. Ходить сёстры научились после многолетних тренировок, при этом каждая из них контролировала свою ногу. Третья нога была ампутирована в период подросткового возраста сестёр. Даже с костылями они могли передвигаться только очень медленно, каждый шаг требовал значительных усилий. Вследствие этого сёстры не были трудоспособны и жили на инвалидную пенсию. (В отличие от сестёр Кривошляповых сёстры Хенсел передвигаются без особых затруднений.)

Comments

Но ведь это гангстеризм

[belkafoto.livejournal.com]

В любом, самом худшем случае, — если выставку закроют, едва она откроется, мы хотели, чтобы хоть кто-нибудь ее увидел, и поэтому попросили друзей прийти на часок пораньше. В воскресенье утром мы все, двенадцать художников, уже были на месте. Прежде всего надо было очистить зал, увешанный плакатами и лозунгами, с бюстом Ленина посредине. Как-то не вязались наши картины с Лениным и его призывами. Распаковав картины, расставили их на полу вдоль стен, чтобы прикинуть, куда какую повесить. В этот момент в зал вошел директор клуба. Краем глаза взглянув на картины, он тут же выбежал вон. Это ничего доброго не предвещало, но мы решили — будь что будет — продолжать развеску. А Лидский уже звонил Глезеру, чтобы тот немедленно приехал и убрал эти крамольные картины. Потом директор вернулся в зал и вежливо попросил нас забрать холсты и уйти из клуба. Мы отказались. Если решение об открытии выставки было принято вместе с Глезером, то пусть и закрывают ее вместе с Глезером. Кстати говоря, мы предвидели подобную реакцию директора и накануне спросили у Саши, что он в таком случае намеревается делать. Глезер ответил, что если директор станет ерепениться, то он просто его свяжет и запрет в кабинете до конца вернисажа. ”Но ведь это гангстеризм, Саша” , — заметил я. ” Ну и что же, — ответил он, — зато выставка состоится”.