![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbeka"Молчание", полвека спустя
(Неровные заметки.)
Русский дубляж пониманию ленты несколько способствует. Но звуковой ряд изрядно портит.
Если одна сестра регулярно показывает тело, заболевшая - всегда одета.
Достаточно необычно. Мамаша небрежно сообщает сестре, что идет проветрится, и, похоже, не вспоминает о сыне.
("Мама будет меня навещать?")
Братские отношения между сестрами: "Только подумать, я ведь боялась тебя когда-то."
Забавен столик на коротких ножках для удобного приема пищи в кровати.
Для простого "советского зрителя" совершенно загадочен зажиточный уровень сестер. Старшая работает (что-то печатает и переводит) в дороге и несмотря на болезнь. Выглядит ли такая внезапная смерть убедительно?
Замечательна краткая сцена обнюхивания коленок Анны официантом.
И последующий знаменитый эпизод секса в варьете. (В устном пересказе Анны это звучит так: "Он начал поглаживать мои груди. Затем мы легли на пол. Поэтому я испачкала платье.")
Анна (после секса с официантом): "Как хорошо, что мы не понимаем друг друга." "Я хочу, чтобы Эстер умерла."
Неестественная (?) враждебность сестер (клин клином вышибают) пытаются подчеркнуть сценой демостративной связи с мужиком на глазах у Эстер.
Интересно, что перед сексом Анна снимает браслеты с правой руки, а уходя, надевает на левую ("я на правую руку надела"...).
Чем могла болеть Эстер? ("раковая ткань"). "...сперма мне отвратительна. Я воняю как гнилая рыба, будто меня оплодотворили."
Маха мастурбирующая - может быть, первая сцена в мировой практике?
Кажется, Бергмана и подталкивал богатый театральный опыт, и тормозил. Диалоги в его фильмах скучнее визульного ряда.
https://www.youtube.com/watch?v=azUyxVukMvM
(Неровные заметки.)
Русский дубляж пониманию ленты несколько способствует. Но звуковой ряд изрядно портит.
Если одна сестра регулярно показывает тело, заболевшая - всегда одета.
Достаточно необычно. Мамаша небрежно сообщает сестре, что идет проветрится, и, похоже, не вспоминает о сыне.
("Мама будет меня навещать?")
Братские отношения между сестрами: "Только подумать, я ведь боялась тебя когда-то."
Забавен столик на коротких ножках для удобного приема пищи в кровати.
Для простого "советского зрителя" совершенно загадочен зажиточный уровень сестер. Старшая работает (что-то печатает и переводит) в дороге и несмотря на болезнь. Выглядит ли такая внезапная смерть убедительно?
Замечательна краткая сцена обнюхивания коленок Анны официантом.
И последующий знаменитый эпизод секса в варьете. (В устном пересказе Анны это звучит так: "Он начал поглаживать мои груди. Затем мы легли на пол. Поэтому я испачкала платье.")
Анна (после секса с официантом): "Как хорошо, что мы не понимаем друг друга." "Я хочу, чтобы Эстер умерла."
Неестественная (?) враждебность сестер (клин клином вышибают) пытаются подчеркнуть сценой демостративной связи с мужиком на глазах у Эстер.
Интересно, что перед сексом Анна снимает браслеты с правой руки, а уходя, надевает на левую ("я на правую руку надела"...).
Чем могла болеть Эстер? ("раковая ткань"). "...сперма мне отвратительна. Я воняю как гнилая рыба, будто меня оплодотворили."
Маха мастурбирующая - может быть, первая сцена в мировой практике?
Кажется, Бергмана и подталкивал богатый театральный опыт, и тормозил. Диалоги в его фильмах скучнее визульного ряда.
https://www.youtube.com/watch?v=azUyxVukMvM
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2018-08-22 08:03 pm (UTC)— Почему ты всегда уезжаешь с Фрэнком-сан?
— Ты собираешься извиниться?
— Фрэнк-сан писается как свинья. Как свинья в канаве.
Сатико замерла со все еще поднятой рукой, глядя на дочку.
— Он пьет свою мочу.
— Замолчи.
— Он пьет свою мочу и гадит себе в постель.
Сатико, не шелохнувшись, смотрела на дочку.
— Он пьет свою мочу.