За нашим бокалом

[arbeka]

"За нашим бокалом сидят комиссары " (с)

Устоявшаяся версия, кажется, эта. ... "А в комнатах наших сидят комиссары. И девочек наших ведут в кабинет"

А дорого ли стоило удовольствие? В смысле, девочка могла придти из любопытства. А вот сам "кабинет", намного ли дороже обычного зала?
(Понятно, что рестораны были разные, но сам расклад цен.)

Вариации на тему:
https://www.youtube.com/watch?v=SH7ZVB2c7Vk
https://www.youtube.com/watch?v=R7AD_mpej-g автор?
https://www.youtube.com/watch?v=Nj-H1RcgnfE

"«Пору́чик Голи́цын» — одна из самых известных так называемых «белогвардейских песен» в жанре городского романса, в начале 1980-х получившая популярность как в СССР, так и среди третьей волны эмиграции. После перестройки стала открыто исполняться в России различными певцами. Среди исполнителей: Аркадий Северный (первое датированное исполнение), Михаил Гулько, Вилли Токарев, Олеся Троянская, Валерий Агафонов, Жанна Бичевская (на свою собственную музыку), Михаил Звездинский, Александр Малинин (исполнял вариант Жанны Бичевской), Борис Георгиевский (на украинском языке), группа «Бони НЕМ», и даже политик Владимир Жириновский."
.................................
Первым датированным исполнением песни «Поручик Голицын» можно считать запись Аркадия Северного в середине мая 1977 года[1] в Одессе с ансамблем «Черноморская Чайка». Текст песни подготовил друг и звукооператор Владислав Коцишевский.
..............................
В 1974 году была опубликована повесть Николая Самвеляна «Послесловие к жизни Кольки»[4], в которой один из героев, «бывший деникинский подпоручик» Василий Николаевский, поёт строфу этой песни:

Четвёртые сутки пылают станицы,
Исходит дождями Донская страна.
Раздайте патроны, поручик Голицын,
Корнет Оболенский, налейте вина…

Comments

И в этом мире зла и скуки

[belkafoto.livejournal.com]

Я в вашем доме гость случайный,

Встречались мы не много раз.

Но связывает нежной тайной

Поэзия обоих нас.



И вы, в своем вечернем свете, –

О, это так понятно мне –

Общаясь с Пушкиным и Гете,

Остались верными весне.



И в этом мире зла и скуки,

Где грусть обоих нас томит,

Вам с нежностью целует руки

Ваш преданный антисемит.



– писал в 1954 году в альбом Марии Вениаминовне Абельман Георгий Иванов. Он действительно в некоторых (не очень высокого уровня) эмигрантских кругах слыл антисемитом. Зная его довольно хорошо, смею заверить, что и тени подобного не было. Как человек исключительного ума и пронзительной внутренней чуткости, он делил людей не по расам, не по национальностям и не по религиям, а по их человечности, по их духовным качествам. Другое дело, что, «живя с волками», ему иногда приходилось и «по-волчьи выть».

Re: И в этом мире зла и скуки

[egovoru.livejournal.com]

"Как человек исключительного ума и пронзительной внутренней чуткости, он делил людей не по расам, не по национальностям и не по религиям, а по их человечности, по их духовным качествам"

Отрадно обнаружить добрые слова в адрес Г. Иванова. Мне тоже кажется, что ему досталось слишком много несправедливых упреков :(

слишком много несправедливых упреков :(

[belkafoto.livejournal.com]

Трудно жить на этом свете и врагов не иметь. И бытовое "истина посередине", не всегда справедливо.

клали на пол лицом вниз

[belkafoto.livejournal.com]

20 июня 1939 года Мейерхольд был арестован в Ленинграде; одновременно в его квартире в Москве был произведён обыск[16]. В протоколе обыска зафиксирована жалоба его жены 3инаиды Райх, протестовавшей против методов одного из агентов НКВД[17]. Вскоре (15 июля) она была убита неустановленными лицами.

После трёх недель допросов, сопровождавшихся пытками[18], Мейерхольд подписал нужные следствию показания: его обвиняли по статье 58 Уголовного кодекса РСФСР. В январе 1940 года Мейерхольд писал В. М. Молотову:

…Меня здесь били — больного шестидесятишестилетнего старика, клали на пол лицом вниз, резиновым жгутом били по пяткам и по спине, когда сидел на стуле, той же резиной били по ногам […] боль была такая, что казалось, на больные чувствительные места ног лили крутой кипяток…[19]
........................
никого из «троцкистской группы», которую он, согласно сфабрикованному обвинению, вроде бы «возглавлял», не взяли (в «группу» входили И. Эренбург, Л. Леонов, Л. Пастернак, В. Катаев, Вс. Иванов, Л. Сейфуллина, В. Лидин, С. Эйзенштейн, Г. Александров, С. Михоэлс, Н. Охлопков, Л. Утёсов, Д. Шостакович, В. Шебалин, академик О. Шмидт),

Источник: http://vikent.ru/enc/5786/

Те мужики, прокуроры-полковники

[belkafoto.livejournal.com]

И когда силы, не желавшие реабилитации Мейерхольда, возникли, они не могли уже ничего изменить. 1 декабря мною было отправлено министру культуры Н. Михайлову официальное письмо о том, что В. Мейерхольд полностью реабилитирован. Министерство восприняло это известие как взрыв атомной бомбы. От министра тут же был звонок моему начальнику. Тот вызвал меня: «В чем дело? Ты в ЦК сообщил?» Заставили меня составить справку для ЦК. Очень большую справку я составил. Те мужики, прокуроры-полковники, которые меня тогда подняли, они очень хорошо ко мне относились, научили, как эту справку строить. Приложил я к ней все имевшиеся материалы. Принес ее и все свои талмуды в ЦК, кладу на стол. Велели мне объяснить, на каких основаниях я провел реабилитацию. «Вот, — говорю, — справка, здесь все перечислено». В ответ было сказано: «Так-то оно так, но вы делаете глупость». И еще было сказано, что я превысил свои права и полномочия. «Извините, — отвечаю, — я молодой». Пожурили меня строго, сделали выговор, сказали, что не дорос до Центрального аппарата. Но Верховный Суд — высшая инстанция, отменять его решение было бы нехорошо, посмотрели, посмотрели и сочли это нецелесообразным.

После реабилитации Мейерхольда Эренбург на свой риск и страх собрал кого-то, кажется, в МГУ, и объявил о ней, но в печати впрямую ничего сообщено не было, над всем какое-то время довлело мнение Министерства культуры и соответствующего отдела ЦК«.

Понятно, что, если бы Ряжский, как ему рекомендовал начальник, обратился в ЦК КПСС до решения Верховного суда, с предложением отменить постановление о ликвидации театра, то на этом реабилитация была бы остановлена и отложена надолго. Ряжский, как видно из его воспоминаний, об этом догадывался, а скорее всего, был в этом уверен. И нарушил предписание. Поэтому его поступок, да и всю его работу по реабилитации Мейерхольда можно назвать «подвигом честного человека» (такую характеристику дал Пушкин карамзинской «Истории государства Российского»). Бывают времена и ситуации, когда быть просто честным человеком на своем месте — подвиг.

Об одном из скромности умалчивает Борис Ряжский в своих воспоминаниях. Но об этом написала Мария Валентей:
http://argumentua.com/stati/reabilitatsiya-vsevoloda-meierkholda-v-1955-godu-po-vnov-otkryvshimsya-obstoyatelstvam

[egovoru.livejournal.com]

А кто же все-таки автор "Поручика"?

А кто же все-таки автор

[belkafoto.livejournal.com]

"Слова народные"? Серьезных исследований я не видел. Может когда-нибудь у мудрых текстологов-искусствоведов найдется время (или грант какой...).

впереди планеты

[belkafoto.livejournal.com]

"Рестораны там уже были в период правления династии Тан (618—906 гг.) Один из старейших ресторанов в мире - «Бакит Чикен Хаус», открытый в 1153 году в городе Кайфынь.

Согласно Книге рекордов Гиннесса, старейшим из существующих сегодня ресторанов является Собрино-де-Ботин (Sobrino de Botin) в Мадриде (Испания). Он открылся в 1725 году.

кабинет

[belkafoto.livejournal.com]

"В Париже отдельные кабинеты в ресторанах появились ещё до Французской революции. По мнению Спанг, наличие кабинетов служило одним из отличий парижских ресторанов от кафе.

Количество и размер кабинетов зависели от размещения ресторана. Так в начале XIX века в квартале Гро-Кайю (фр.)русск., в который парижане стекались для отдыха, ресторан «Экю де Франс» имел 10 больших кабинетов, в каждом из которых было от двух до шести столов и от четырёх до десяти простых стульев. В то же время знаменитый ресторан Жака Ноде (фр. Jacques Christophe Naudet) в Пале-Рояль имел лишь четыре кабинета на третьем этаже.

Кабинеты в здании ресторана были обычно удалены от общих залов; иногда ресторан даже имел для них второй, отдельный, вход.

По мнению Маши Беленки[1], в XIX веке общие залы ресторанов использовались буржуазией для демонстрации своих новообретённых манер и богатства, в то время как кабинет играл роль «общественного будуара», демонстрирующего зыбкость границы между частным и публичным пространствами и ассоциирующегося с внебрачными связями и тайной политикой.

Роскошь отделки общего зала ресторана контрастировала с простотой обстановки кабинета: стол, стулья, зеркало и иногда софа. Рич[2] отмечает, что в XIX веке парижане были уверены, что «те, кто пришли в ресторан поесть, едят в общем зале, а те, кто пришли с другой целью, едят в кабинетах». В первой трети XIX века автор труда о ресторанах даже был вынужден напомнить читателям, что в кабинетах, вообще-то, можно и просто поесть[3].

В России впервые кабинеты появились в Санкт-Петербургских ресторанах в середине XIX века[4]. Считается, что первым в России завёл их в 1849 году И. И. Излер в своём кафе-ресторане по адресу Невский проспект, дом 42[5].

В драме Б. М. Маркевича «Чад жизни» (1884) устройство кабинета описывается так:
« Обстановка подержанная, но чистая. Ковёр. Входная дверь в глубине сцены. В углу направо от зрителя камин; над ним зеркало. По той же стороне окно с опущенными занавесями, а параллельно с ним кушетка и кресло. Диван с мягкими подушками. Ближе к авансцене круглый стол, накрытый на три прибора, на котором горят свечи. Кресла и стулья у стен.[6]
.........................
В искусстве кабинет являлся символом разврата[7]. Традиционная в искусстве связь между кулинарией и половым актом подчёркивалась устройством кабинетов во французских ресторанах, специально рассчитанных на романтические ужины[8].

Упомянув возможности, которые двусмысленность кабинета предоставляла для драматургии (от водевиля 1832 года Сентинa и Дюве (фр.)русск. фр. Les cabinets particuliers до вышедшей в 1897 году пьесы Жоржа Фейдо фр. Séance de nuit) Беленки[1] особо отмечает роль кабинетов в романах, подробно разбирая эпизоды из «Добычи» Золя и «Милого друга» Мопассана. Ребекка Спанг, разбирая запутанный сюжет фр. Les cabinets particuliers, замечает, что герои пьесы дважды заявляют владельцу ресторана, в котором происходит действие, что они не хотят заказывать никакой еды.
...............................
Вскоре после своего появления кабинеты стали активно использоваться для проституции. Во французском языке появился даже эвфемизм для проститутки: фр. soupeuse («ужинающая»); это слово словарь просторечий 1887 года тактично определил как «женщину, любящую отдельные кабинеты»[9].

В Российской империи полицейские правила запрещали запоры на дверях кабинетов в ресторанах[10].

В рамках борьбы с проституцией в 1920-х годах в Пензе было предложено уничтожить «отдельные кабинеты в ресторанах и пивных»[11].
..................................
Популярности использования кабинетов для супружеских измен способствовала особенность французского законодательства девятнадцатого века, которая позволяла женщине возбуждать дело об адюльтере только в том случае, когда муж приводил любовницу домой. Согласно Спанг, французское общество того времени рассматривало кабинеты — как и проституцию — в качестве «предохранительного клапана» для мужчин.