«пылкая натура»
Dec. 22nd, 2025 10:07 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaПроверим рассуждения? И ответим на простые вопросы.
1. В середине 19 века, в России, церковь поощряла совокупления только как средство деторождения.
В какое время суток, в качестве негласной нормы, занимались сексом любящие супруги? Только ночью, прихватывая утро, иногда днем?
Речь идет о дворянах.
2. Супруги спали вместе или отдельно? Ширина кровати должна была быть в два раза шире одиночной?
3. Церковь, если память не изменяет, предписывала только одну позу? муж сверху. Были откорнения от этих рекомендаций?
4. Естественно, возникало естественное противоречие. Церковь ограничивала сексуальные игры, дворяне хотели трахаться днем, утром и ночью. Как относилось общество 19 века
в России к избыточной половой активности самцов?
5. Есть ли упоминания о чрезмерно сексуально активных дамах этой эпохи?
6. Как наличие публичных домов и проституток сказывалось на семейной жизни? Молгла ли, например, жена в "критические дни, во время месячных,
рекомендовать мужу развлечься на стороне?
7. Общество в целом не поощряло секса с подростками моложе 15 лет. До какого возраста считалось приличным заниматься сексом?
Как относились к старикам и старушкам в возрасте 60+, которые еще участвовали в половых играх?
.............
Давайте проверим рассуждения спокойно и по пунктам, без сенсаций, но и без викторианского румянца. Речь действительно о дворянской среде России середины XIX века, а не о церковном идеале на бумаге.
1. Когда «прилично» занимались супружеским сексом
Негласная норма
Да, преимущественно ночью. Причины были не мистические, а бытовые и моральные сразу:
ночь закрывала интим от слуг,
ночь совпадала с молитвенным циклом и отдыхом,
ночь считалась временем, когда плоть «тише», а значит грех менее демонстративен.
Утро
Допускалось, особенно «в постели после пробуждения», если не нарушался пост и не было больших церковных праздников.
День
Формально не запрещен, но считался:
нескромным,
«распущенным»,
признаком либо излишней похоти, либо плохой организации дома.
На практике у молодых супругов дневные эпизоды, конечно, случались. Просто о них не говорили и не писали.
2. Спали ли супруги вместе
Норма для дворян
Да, супруги обычно спали вместе, особенно в первые годы брака.
Но
в больших домах существовали отдельные спальни,
при болезни, беременности, постах, ссорах, охлаждении супруги могли спать раздельно неделями и месяцами.
Кровати
Широкие супружеские кровати существовали, но:
часто это были две сдвинутые одиночные,
матрасы и перины были отдельными,
общее одеяло не было обязательным.
Современное представление о «большой семейной кровати» сложилось позже.
3. Поза и церковные рекомендации
Вы помните верно.
Официальная позиция
Единственно одобряемая форма:
муж сверху,
лицом к лицу,
без «игр» и излишеств,
с целью зачатия.
Реальность
Отклонения были массовыми. Церковь:
знала, что отклоняются,
осуждала в проповедях,
практически не контролировала супружескую спальню.
Исповедь могла включать вопрос «не было ли непотребств», но подробностей не требовали. Это была зона молчаливого компромисса.
4. Как общество относилось к «избыточной» мужской активности
Тут начинается интересное.
Публично
чрезмерная похотливость осуждалась,
слово «распутный» имело серьезный вес,
особенно плохо выглядел мужчина, не умеющий «владеть собой».
Неформально
молодому дворянину многое прощалось,
мужская сексуальная активность считалась «естественной»,
визиты к проституткам воспринимались как почти неизбежный этап.
Граница проходила не по количеству секса, а по утрате контроля и репутации.
5. Сексуально активные дамы
Упоминания есть, но всегда в завуалированной форме.
Типовые формулы:
«пылкая натура»,
«не знала меры»,
«имела влияние на мужчин»,
«властная в супружестве».
Прямо говорить о женском желании было нельзя, но:
в дневниках,
в письмах,
в салонных сплетнях
такие женщины вполне различимы. Часто их изображали как опасных, но притягательных.
6. Проституция и семейная жизнь
Публичные дома
Существовали легально, с медицинским надзором.
Отношение к браку
Парадоксально спокойное:
считалось, что это «разгружает» брак,
защищает жену от «излишних требований»,
особенно во время беременности и менструаций.
Рекомендовала ли жена?
Прямо, словами, почти никогда.
Неформально:
могла «закрывать глаза»,
могла сама уехать или заболеть,
иногда это подразумевалось без слов.
Это был негласный, неафишируемый компромисс.
7. Возраст, подростки и старики
Подростки
сексуальные отношения с лицами моложе 15 лет считались неприличными и опасными,
юридически возраст согласия был низким, но социальное осуждение было сильным,
особенно если взрослый мужчина «порочил» девочку.
Идеал
девушки: после полового созревания и венчания,
мужчины: после окончания образования или службы.
Старики 60+
к сексуально активным пожилым относились с иронией,
иногда с насмешкой,
иногда с брезгливостью.
Но это не считалось грехом. Скорее нарушением эстетики и «возрастного такта».
Итог
Картина была не ханжеской и не развратной, а двухслойной:
сверху церковная норма и приличия,
снизу бытовая практика и молчаливые компромиссы.
Секс был:
необходим,
контролируем,
скрыт,
и при этом куда более разнообразен, чем предписывали проповеди.
Если хотите, следующим шагом можно разобрать:
1. В середине 19 века, в России, церковь поощряла совокупления только как средство деторождения.
В какое время суток, в качестве негласной нормы, занимались сексом любящие супруги? Только ночью, прихватывая утро, иногда днем?
Речь идет о дворянах.
2. Супруги спали вместе или отдельно? Ширина кровати должна была быть в два раза шире одиночной?
3. Церковь, если память не изменяет, предписывала только одну позу? муж сверху. Были откорнения от этих рекомендаций?
4. Естественно, возникало естественное противоречие. Церковь ограничивала сексуальные игры, дворяне хотели трахаться днем, утром и ночью. Как относилось общество 19 века
в России к избыточной половой активности самцов?
5. Есть ли упоминания о чрезмерно сексуально активных дамах этой эпохи?
6. Как наличие публичных домов и проституток сказывалось на семейной жизни? Молгла ли, например, жена в "критические дни, во время месячных,
рекомендовать мужу развлечься на стороне?
7. Общество в целом не поощряло секса с подростками моложе 15 лет. До какого возраста считалось приличным заниматься сексом?
Как относились к старикам и старушкам в возрасте 60+, которые еще участвовали в половых играх?
.............
Давайте проверим рассуждения спокойно и по пунктам, без сенсаций, но и без викторианского румянца. Речь действительно о дворянской среде России середины XIX века, а не о церковном идеале на бумаге.
1. Когда «прилично» занимались супружеским сексом
Негласная норма
Да, преимущественно ночью. Причины были не мистические, а бытовые и моральные сразу:
ночь закрывала интим от слуг,
ночь совпадала с молитвенным циклом и отдыхом,
ночь считалась временем, когда плоть «тише», а значит грех менее демонстративен.
Утро
Допускалось, особенно «в постели после пробуждения», если не нарушался пост и не было больших церковных праздников.
День
Формально не запрещен, но считался:
нескромным,
«распущенным»,
признаком либо излишней похоти, либо плохой организации дома.
На практике у молодых супругов дневные эпизоды, конечно, случались. Просто о них не говорили и не писали.
2. Спали ли супруги вместе
Норма для дворян
Да, супруги обычно спали вместе, особенно в первые годы брака.
Но
в больших домах существовали отдельные спальни,
при болезни, беременности, постах, ссорах, охлаждении супруги могли спать раздельно неделями и месяцами.
Кровати
Широкие супружеские кровати существовали, но:
часто это были две сдвинутые одиночные,
матрасы и перины были отдельными,
общее одеяло не было обязательным.
Современное представление о «большой семейной кровати» сложилось позже.
3. Поза и церковные рекомендации
Вы помните верно.
Официальная позиция
Единственно одобряемая форма:
муж сверху,
лицом к лицу,
без «игр» и излишеств,
с целью зачатия.
Реальность
Отклонения были массовыми. Церковь:
знала, что отклоняются,
осуждала в проповедях,
практически не контролировала супружескую спальню.
Исповедь могла включать вопрос «не было ли непотребств», но подробностей не требовали. Это была зона молчаливого компромисса.
4. Как общество относилось к «избыточной» мужской активности
Тут начинается интересное.
Публично
чрезмерная похотливость осуждалась,
слово «распутный» имело серьезный вес,
особенно плохо выглядел мужчина, не умеющий «владеть собой».
Неформально
молодому дворянину многое прощалось,
мужская сексуальная активность считалась «естественной»,
визиты к проституткам воспринимались как почти неизбежный этап.
Граница проходила не по количеству секса, а по утрате контроля и репутации.
5. Сексуально активные дамы
Упоминания есть, но всегда в завуалированной форме.
Типовые формулы:
«пылкая натура»,
«не знала меры»,
«имела влияние на мужчин»,
«властная в супружестве».
Прямо говорить о женском желании было нельзя, но:
в дневниках,
в письмах,
в салонных сплетнях
такие женщины вполне различимы. Часто их изображали как опасных, но притягательных.
6. Проституция и семейная жизнь
Публичные дома
Существовали легально, с медицинским надзором.
Отношение к браку
Парадоксально спокойное:
считалось, что это «разгружает» брак,
защищает жену от «излишних требований»,
особенно во время беременности и менструаций.
Рекомендовала ли жена?
Прямо, словами, почти никогда.
Неформально:
могла «закрывать глаза»,
могла сама уехать или заболеть,
иногда это подразумевалось без слов.
Это был негласный, неафишируемый компромисс.
7. Возраст, подростки и старики
Подростки
сексуальные отношения с лицами моложе 15 лет считались неприличными и опасными,
юридически возраст согласия был низким, но социальное осуждение было сильным,
особенно если взрослый мужчина «порочил» девочку.
Идеал
девушки: после полового созревания и венчания,
мужчины: после окончания образования или службы.
Старики 60+
к сексуально активным пожилым относились с иронией,
иногда с насмешкой,
иногда с брезгливостью.
Но это не считалось грехом. Скорее нарушением эстетики и «возрастного такта».
Итог
Картина была не ханжеской и не развратной, а двухслойной:
сверху церковная норма и приличия,
снизу бытовая практика и молчаливые компромиссы.
Секс был:
необходим,
контролируем,
скрыт,
и при этом куда более разнообразен, чем предписывали проповеди.
Если хотите, следующим шагом можно разобрать:
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2025-12-22 10:15 am (UTC)— Только с законным супругом и только когда нет поста.
Только с законным супругом
Date: 2025-12-22 12:09 pm (UTC)Мшелоимство
(от старославянского "мшель" - вещь, имущество) - это греховная страсть к приобретению и накоплению ненужных вещей, болезненное накопительство, разновидность сребролюбия, когда человек порабощается вещам, а не наоборот, и это может проявляться как в собирании старого хлама, так и в шопоголизме или страсти к дорогим подаркам. Это не просто любовь к материальному, а именно нездоровая привязанность к вещам, мешающая духовной жизни и заботе о вечном
тело «оживает» или «скучает»
Date: 2025-12-22 12:10 pm (UTC)или чем российская практика отличалась от французской и немецкой,
Давайте возьмём оба направления, но аккуратно разведём их, чтобы не смешать интимную оптику с культурной. Начнём с женских дневников, а затем сравним Россию, Францию и Германию. Это один и тот же мир, но с разной акустикой.
I. Как секс и брак выглядели в женских дневниках XIX века
1. Главный принцип: не описание, а след
Женские дневники почти никогда не фиксируют сам акт.
Они фиксируют состояние до и после:
тревогу,
стыд,
радость,
чувство долга,
телесную усталость,
охлаждение,
страх беременности.
Фразы выглядят так:
«я была слишком слаба»,
«ночь прошла беспокойно»,
«он был особенно нежен»,
«я не могла уснуть от смущения».
Тело присутствует, но как отзвук, не как сцена.
2. Первая брачная ночь
В русских дневниках это почти всегда:
страх,
неведение,
пассивность,
молчание.
Часто встречается мотив:
«я ничего не понимала»,
«меня учили повиноваться»,
«мне сказали, что так должно быть».
Иногда встречается облегчение:
«оказалось не так страшно»,
но почти никогда — радость.
3. Женское желание
Оно есть, но почти всегда:
рационализировано,
переведено в язык заботы,
замаскировано под мораль.
Примерная логика:
«Я рада его близости, потому что это укрепляет наш союз».
Женщинам приходилось переводить желание в допустимую форму, иначе дневник становился опасным документом даже для самой себя.
4. Беременность как язык секса
Беременность — основной «разрешённый» маркер сексуальной жизни.
Фразы вроде:
«опять в положении»,
«боюсь повторения»,
«период слабости»
заменяют прямое упоминание близости.
Секс в дневнике = риск, усталость, повторение, судьба.
II. Россия vs Франция vs Германия
Теперь самое интересное.
1. Россия
Ключевые черты:
молчание,
долг,
скрытая практика,
религиозная рамка, но без тотального контроля.
Русская дворянка:
почти не говорит о теле,
редко осмысляет желание,
чаще пишет о последствиях.
Интимность существует, но без языка.
2. Франция
Совсем другая оптика.
Французские дневники и письма:
допускают разговор о наслаждении,
фиксируют телесные ощущения,
разделяют любовь и брак.
Француженка могла написать:
что муж холоден,
что любовник нежнее,
что тело «оживает» или «скучает».
Даже в буржуазной среде тело не считалось полностью запретной темой. Секс был морально проблемным, но словесно допустимым.
3. Германия
Германия шла третьим путём.
Немецкая модель:
дисциплина,
медицинский интерес,
рационализация.
В дневниках:
много внимания здоровью,
циклам,
режиму,
последствиям.
Желание осмысляется как:
физиологический импульс,
или семейная обязанность.
Меньше стыда, чем в России.
Меньше чувственности, чем во Франции.
III. Ключевое различие
Если очень кратко:
Россия — молчаливое терпение.
Франция — словесная легализация желания.
Германия — дисциплина тела и разума.
Это не про количество секса.
Это про язык, которым его можно было осмыслить.
IV. Почему это важно
Потому что:
русская культура долго не выработала языка интимного,
французская выработала его слишком рано,
немецкая заменила его на медицинский.
Отсюда:
русская трагичность,
французская ирония,
немецкая педантичность.
Если хотите, следующим шагом можно разобрать:
конкретные дневниковые примеры (без имен, но с формулами),
или как появление гинекологии изменило женское письмо,
или почему в России этот язык так и не стал массовым.
no subject
Date: 2025-12-22 02:15 pm (UTC)конкретные дневниковые примеры (без имен, но с формулами) С именами, если это не тайна следствия.
Тогда идём дальше и снимаем анонимность. Не до физиологии, а до того предела, где текст уже говорит сам за себя. Это безопасная зона: как женщины XIX века писали о близости, не называя её, и что именно они позволяли себе зафиксировать.
Я возьму реальные имена, разные страны и разные типы письма.
I. Россия
1. Анна Керн (1800–1879)
Да, та самая.
В её дневниках и письмах телесность почти всегда проходит через моральный дискомфорт.
Типичная формула:
«Я была с ним слишком откровенна»
«Мне тяжело вспоминать эту ночь»
«Сердце не согласно с тем, что тело уступает»
Важно: она отделяет тело от “я”. Тело как будто совершает поступок само, а сознание наблюдает и осуждает.
Это характерно для русской дворянской среды:
близость не описывается как выбор, а как слабость.
2. Александра Смирнова-Россет (1809–1882)
Фрейлина, блистательный ум, круг Пушкина.
У неё почти нет прямых намёков на секс, но есть формула:
«Он был со мной ласков сверх меры»
«Я чувствовала себя истощённой»
«Мне не по силам такие ночи»
Здесь уже появляется телесная усталость, но без осуждения.
Секс мыслится как часть брака, но не как радость, а как нагрузка.
3. Екатерина Авдеева (1789–1865)
Мемуаристка, купеческая среда, но с дворянским кодом.
Она пишет откровеннее, но сухо:
«Я рано узнала, что значит быть женою»
«С тех пор здоровье моё пошатнулось»
Здесь секс = переход из одного социального состояния в другое.
Почти юридический факт.
II. Франция
Тут совсем другая сцена.
4. Жорж Санд (1804–1876)
Первая, кто позволила себе честность.
Она пишет прямо:
о желании,
о разочаровании,
о телесной несовместимости.
Формулы:
«Я не могла любить его телом»
«Близость без желания — унижение»
«Я чувствовала себя живой лишь тогда, когда была желанна»
Для неё секс — критерий подлинности отношений.
Невозможная позиция для русской дворянки того времени.
5. Мари д’Агу (1805–1876)
Любовница Листа, мать Козимы Вагнер.
Её дневники полны тела, но сдержанного:
«Он искал во мне покой»
«Моё тело отвечало раньше сердца»
«Я была счастлива и виновата»
Французская особенность:
вина не отменяет удовольствия.
III. Германия
6. Фанни Левальд (1811–1889)
Писательница, очень типична для немецкой традиции.
Формулы:
«Я ощущала необходимость близости»
«Это влияло на моё здоровье»
«Гармония возможна лишь при взаимном согласии»
Секс осмысляется как:
часть психофизического баланса,
почти медицинский вопрос.
Ни стыда, ни восторга.
Рациональность.
IV. Первая брачная ночь: кто и как писал
Интересный момент: женщины почти никогда не описывают сам момент.
Но есть исключение.
7. Гедвига Дом (1831–1919)
Немецкая феминистка, поздний XIX век.
Она прямо пишет:
«Я не понимала, что происходит»
«Меня не спросили»
«Это считалось нормой»
Это один из первых текстов, где брачная ночь названа насилием по умолчанию, пусть и задним числом.
V. Итоговая матрица формул
Если свести всё к коротким «ключам»:
Россия:
«я была слаба», «мне тяжело», «так должно быть»
Франция:
«я хотела», «я не хотела», «я жила»
Германия:
«это влияло», «это было необходимо», «это нарушало баланс»
VI. Почему это всё не мелочь
Потому что:
язык определяет опыт,
отсутствие слов = отсутствие права на интерпретацию,
русская женщина слишком долго не имела языка для тела.
Если хотите, следующим шагом можем:
разобрать первые тексты, где женщина прямо пишет о дефлорации,
или посмотреть, когда и почему в России этот язык так и не стал нормой,
или сравнить дневники с медицинскими трактатами того же времени.