Мы сажаем, нас сажают
Dec. 7th, 2025 06:48 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekahttps://www.youtube.com/watch?v=oa-NF-afYFQ&list=RDoa-NF-afYFQ&start_radio=1
free_catalunya7 декабря 2025, 18:47
Противопехотные мины для тех, кто не знал, но кому интересно…
Alexander Kovalenko
Средняя стоимость простейшей противопехотной мины нажимного типа от $3 до $5, но встречаются случаи и более удешевлённого производства.
Простейшая форма минирования – однополосная 100 мин на гектар, либо трёхполосная – 300 мин/га.
В свою очередь, это не предел плотности минирования, поскольку есть примеры минирования 1 000 мин/га, 2 000 мин/га и даже 5 000 мин/га!
То есть, пассивный контроль 1 га может составлять от $3 000 до $15 000.
Если кому-то интересно, то может перевести это суммы в единицы fpv-дронов, правда fpv-дрон – это активное средство обороны и наступления. Но, переход на противопехотные мины нажимного типа для нас должен стать приоритетом при формировании линий обороны в 2026 году.
.........................
«45» — дебютный студийный альбом рок-группы «Кино» (Виктор Цой и Алексей Рыбин), записанный в 1982 году.
...........................
Песня «Мы сажаем алюминиевые огурцы на брезентовом поле» — одна из самых известных и абсурдных песен группы «Аквариум» (Борис Гребенщиков).
🔍 О чём она? Кратко: о бессмысленности, абсурдности и алогичности жизни в позднем СССР.
Но давай подробнее.
🟦 Основные смыслы
1. Абсурд как форма протеста
Текст намеренно нелогичен: «алюминиевые огурцы», «брезентовое поле», «транспаранты и кофейные зёрна» — всё это нарочито невозможные сочетания.
Так Гребенщиков играл с языком и реальностью, показывая, что:
вокруг много формализма, бюрократии, ритуалов;
люди заняты деятельностью, лишенной смысла;
сама система производит бессмыслицу и называет это трудом.
Абсурд песни — это мягкая сатира на официальную советскую «действительность».
🟦 2. Пародия на советские массовые песни и «строительство светлого будущего»
Выражение «мы сажаем…» — пародия на лозунги:
«мы строим»,
«мы сеем»,
«мы за мир».
Но в песне «строят» что-то совершенно бессмысленное — алюминиевые огурцы.
Это высмеивание официального оптимизма, когда любое действие объявляли великим достижением — даже если оно было пустым.
🟦 3. Хипповский сюрреализм и свобода
Гребенщиков вырос под влиянием:
психоделического рока 60-х (Beatles, Pink Floyd),
религиозного и мистического синкретизма,
абсурдистской поэзии.
Логика песни — не рациональная, а сновидческая, как у Джона Леннона в «I Am the Walrus».
Это был способ сказать: «Мы можем говорить и петь свободно, даже если вокруг несвобода».
🟦 4. Реакция слушателей
Многие воспринимали песню как скрытую сатиру, хотя БГ часто говорил:
«Смысла нет. Это игра слов. Но если хотите услышать смысл — пожалуйста».
Поэтому песня стала:
символом свободы в духе русского рока,
примером «нелегальной» молодёжной культуры 70–80-х,
мемом: «алюминиевые огурцы» = бессмысленная, но обязательная работа.
🟦 Итог
Песня — о бессмысленности формальной деятельности, о протесте против шаблонов и о свободе говорить абсурд.
free_catalunya7 декабря 2025, 18:47
Противопехотные мины для тех, кто не знал, но кому интересно…
Alexander Kovalenko
Средняя стоимость простейшей противопехотной мины нажимного типа от $3 до $5, но встречаются случаи и более удешевлённого производства.
Простейшая форма минирования – однополосная 100 мин на гектар, либо трёхполосная – 300 мин/га.
В свою очередь, это не предел плотности минирования, поскольку есть примеры минирования 1 000 мин/га, 2 000 мин/га и даже 5 000 мин/га!
То есть, пассивный контроль 1 га может составлять от $3 000 до $15 000.
Если кому-то интересно, то может перевести это суммы в единицы fpv-дронов, правда fpv-дрон – это активное средство обороны и наступления. Но, переход на противопехотные мины нажимного типа для нас должен стать приоритетом при формировании линий обороны в 2026 году.
.........................
«45» — дебютный студийный альбом рок-группы «Кино» (Виктор Цой и Алексей Рыбин), записанный в 1982 году.
...........................
Песня «Мы сажаем алюминиевые огурцы на брезентовом поле» — одна из самых известных и абсурдных песен группы «Аквариум» (Борис Гребенщиков).
🔍 О чём она? Кратко: о бессмысленности, абсурдности и алогичности жизни в позднем СССР.
Но давай подробнее.
🟦 Основные смыслы
1. Абсурд как форма протеста
Текст намеренно нелогичен: «алюминиевые огурцы», «брезентовое поле», «транспаранты и кофейные зёрна» — всё это нарочито невозможные сочетания.
Так Гребенщиков играл с языком и реальностью, показывая, что:
вокруг много формализма, бюрократии, ритуалов;
люди заняты деятельностью, лишенной смысла;
сама система производит бессмыслицу и называет это трудом.
Абсурд песни — это мягкая сатира на официальную советскую «действительность».
🟦 2. Пародия на советские массовые песни и «строительство светлого будущего»
Выражение «мы сажаем…» — пародия на лозунги:
«мы строим»,
«мы сеем»,
«мы за мир».
Но в песне «строят» что-то совершенно бессмысленное — алюминиевые огурцы.
Это высмеивание официального оптимизма, когда любое действие объявляли великим достижением — даже если оно было пустым.
🟦 3. Хипповский сюрреализм и свобода
Гребенщиков вырос под влиянием:
психоделического рока 60-х (Beatles, Pink Floyd),
религиозного и мистического синкретизма,
абсурдистской поэзии.
Логика песни — не рациональная, а сновидческая, как у Джона Леннона в «I Am the Walrus».
Это был способ сказать: «Мы можем говорить и петь свободно, даже если вокруг несвобода».
🟦 4. Реакция слушателей
Многие воспринимали песню как скрытую сатиру, хотя БГ часто говорил:
«Смысла нет. Это игра слов. Но если хотите услышать смысл — пожалуйста».
Поэтому песня стала:
символом свободы в духе русского рока,
примером «нелегальной» молодёжной культуры 70–80-х,
мемом: «алюминиевые огурцы» = бессмысленная, но обязательная работа.
🟦 Итог
Песня — о бессмысленности формальной деятельности, о протесте против шаблонов и о свободе говорить абсурд.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
отбросило на 22 метра назад
Date: 2025-12-07 06:41 pm (UTC)Прибывшими врачами музыкант был признан погибшим, а тело отправили на судебно-медицинское исследование. Позже выяснилось, что скорость автомобиля Цоя перед столкновением составляла не менее 100 км/ч, что на 10 км/ч превышало допустимую скорость на том участке дороги. Тормозной след не был обнаружен, то есть на месте опасного поворота и сужения дороги Цой даже не пытался затормозить. Был сделан вывод, что после удара автомобиль музыканта отбросило на 22 метра назад, а его обломки разлетелись в радиусе 15 метров[101]. Водитель «Икаруса-250» — Янис Карлович Фибикс (род. 1946, Сабиле, Латвийская ССР) — в свою очередь, попытался избежать столкновения и выехал на обочину, чего оказалось тем не менее недостаточно, поскольку главной причиной ДТП стала слишком высокая скорость «Москвича». Водитель, ехавший в автобусе один, почти не пострадал[102].