В советском городке

[arbeka]

В советском городке Коврове

https://flibusta.is/b/633344/read

Кэтрин Пикеринг Антонова
Господа Чихачёвы
Мир поместного дворянства в николаевской России
Предисловие

В 1970‐х годах в малоизвестном советском городе Коврове рабочий завода и сын бывшего бойца Красной армии Олег Чихачёв получил звание «Почетный ветеран труда».


Олег был ничем не примечательным советским гражданином, но всего два поколения назад его семья владела несколькими дворянскими имениями. Его отец Анатолий, сын дворянина, в начале 1920‐х годов, по окончании Гражданской войны, уволился из Красной армии и стал учителем математики. Тетя Олега, Елена, помогла превратить принадлежавший семье особняк в деревенскую школу и до замужества преподавала в ней. Новая советская власть ассимилировала множество бывших дворян, включая семью Олега. Среди них были как те, чьи семьи оказались недостаточно состоятельны или влиятельны, чтобы эмигрировать после революции 1917 года, так и те, кто избежал недоброжелательного внимания большевиков или мстительности местных крестьян, а также те, кто не был достаточно полезным, чтобы новый режим активно мог использовать его в качестве «буржуазного специалиста»[2].

В бурные годы революции и Гражданской войны значительная доля общенационального и местного исторического наследия России была уничтожена, но к середине 1920‐х годов краеведческое движение вступило в новый период расцвета: возможно, это была реакция на недавнюю потерю столь значимой части традиции[3]. В 1925 году собрание документов Чихачёва было передано вновь учрежденному Государственному историческому архиву Ивановской области. Несколько книг, принадлежавших ранее давно покойному предку Чихачёва, перешли в собственность Шуйского краеведческого музея. Сегодня эти документы представляют собой, насколько нам известно, наиболее обширный и подробный архив помещичьей семьи, хранящийся в российской провинции.

Отец Анатолия и Елены, Константин Алексеевич Чихачёв, умер в начале 1918 года, так и не узнав о большевистской революции. В молодости, в 1880‐х годах, Константин вел дневник, подражая своему почтенному и любимому деду Андрею Ивановичу Чихачёву. Андрей Иванович, благодаря опубликованным им статьям и активной благотворительности, уже к моменту рождения внука Константина стал легендарной личностью местного масштаба. Среди его начинаний было основание первой в губернии бесплатной публичной библиотеки (переданные в 1920‐х годах в Шуйский музей книги были единственным, что от этой библиотеки осталось). Но, как было известно Константину, содержание личных записей Андрея, его жены Натальи и их сына Алексея (отца Константина) было не менее удивительным, нежели благотворительные поступки Андрея.

Comments

у нее было 1265 рублей 85 копеек наличными

[belkafoto.livejournal.com]

Тем помещикам среднего достатка, которые желали соперничать с более богатыми дворянами в потреблении материальных благ, без сомнения, предстояло вскоре пополнить число обедневших дворян, или, как брат Андрея, они могли повесить свои долги на ближайших родственников: так, некоторые мужья в подобной ситуации исчезали, оставив обремененных долгами жен[135]. Андрей и Наталья владели довольно значительным числом крепостных, но жили в неблагоприятном с точки зрения ведения сельского хозяйства районе, и в результате складывается впечатление, что их дохода едва хватало для сохранения скромного образа жизни, подобного тому, который вели их соседи и родственники (время от времени они нуждались в небольших ссудах, чтобы свести концы с концами в промежуток между сезонным получением доходов). Финансовый расчет, сделанный Андреем в 1822 году, дает нам «моментальный снимок» их финансовой ситуации. Андрей перечислял полученные в марте доходы, в сумме дававшие 14 786 рублей 50 копеек. 2451 рубль из этой суммы нужно было выплатить по долгам государству и Авдотье Семеновне, что оставляло 12 335 рублей «на прожиток». В колонке «кредит» записаны такие суммы, как 644 рубля 50 копеек ассигнациями «налицо» (с вычетом золота, «старинных целковых» и «мелочи») и 110 рублей «за Фомою выкупу за девку недоимки», платежи от 40 до 1157 рублей недоимок из различных деревень, почти 5000 рублей зимнего оброка, мелкие долги различных людей, вероятно крестьян, но также некоего Константина Петровича (200 рублей) и 50 рублей долга «за Маменькой», 2287 рублей за «холст, за баранов и за грибы», а также «за лыки, то есть за решета»[136]. Менее подробная оценка, сделанная в начале 1834 года Натальей в ее приходно-расходной книге, показывает, что на тот момент у нее было 1265 рублей 85 копеек наличными. Кроме того, у каждого из детей были собственные сбережения: у Алексея 127 рублей 24 копейки, у Александры 120 рублей 35 копеек[137].