нет ли у нас для нее работы

[arbeka]

((Вполне забавно.
В Союзе, как известно, студенты (и не только) подряжались разгружать вагоны.

В испаниях, около крупных мебельных дежарили латиноамериканцы, предлагая погрузку-разгрузку, перевозку.
Но, кажется, одноразовые работки сдуваются. В массе, конечно))
.............
"В те редкие часы, когда был свободен, Исай занимался с нами по гимназической программе. Иногда урок вела мама. В основном учились сами, следуя указаниям Исая. У нас было много книг, которые мы с Ниной читали взахлеб, все равно днем дома было больше делать нечего. Нам нравились разные книги, я любила Жюля Верна, а Нина нет. В 1919 году мы приютили у себя Анастасию Михайловну Харитонову, все ее звали Настей. Она была простой женщиной, немного старше мамы, ее родные пропали во время Гражданской войны. Однажды она постучала в дверь и спросила, нет ли у нас для нее работы по хозяйству хотя бы на день. Вместо одного дня она прожила с нами много лет, до самой смерти, и стала членом нашей семьи

Comments

[gama (from livejournal.com)]

Кстати, о Дираке. С первого раза, как только я его встретила, мне сразу стало понятно, что он – гений. По сравнению с ним даже Ландау казался поверхностным. Взгляд Дирака всегда был обращен в себя, даже не в себя, нет, – в какие-то глубины, которые только ему были ведомы. И только они его и интересовали. Впрочем, иногда он вдруг всплывал наружу и произносил нечто неожиданное. Однажды он шел с Руди по Кембриджу. У Руди в кармане плаща лежал почти пустой пузырек с пилюлями от простуды. Пилюли дребезжали, Руди извинился. «Понимаю, – сказал Дирак, – дребезжание достигает максимума, когда пузырек пуст ровно наполовину». Однажды на вечеринке в нашем доме кто-то заметил, что почти у всех физиков Кембриджа в последнее время рождались только девочки, мальчиков было гораздо меньше. Я сказала: «Наверное, что-то такое блуждает в воздухе». «Или в воде», – добавил Дирак после небольшой паузы.