без доброты
May. 9th, 2025 07:17 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaДоброжелательность без доброты
"Я не знаю, почему он с моей матерью не были женаты, не знаю, кто были жена и сын
моего отца.
Когда нам с женой сказали, что он умер («потянулся за книгой и умер*), моей
матери не было в Москве — прежде, чем сказать ей, нужно было прюверить, не ошибка
ли это. Мы метались в издательство, в справочное бюрю, по полученному домашнему
адресу, —дверь на темную лестничную площадку приоткрылась, в щели мелькнул мо
лодой человек и сказал нам: «Да*. Он был моих лет.
Самые, наверное, точные слова о нем написала мне много лет спустя старая женщи
на Н. Вс. Завадская, приятельница молодого Пастернака, знавшая их еще по «Безбожни
ку» («когда он сказал мне: «у Елены Александрювны рюдился сын*, у него было такое лицо,
какого я никогда не видела...*). Она написала: «В нем была доброжелательность к людям
без внимания к их жизни». Добрюжелательность без добрюты — таким помню его и я.
Таким, к сожалению, я чувствую и себя.
..............
Михаил Гаспаров родился 13 апреля 1935 года в Москве. Его мать, Елена Александровна Будилова (1909—1991), работала редактором в журнале «Безбожник» (впоследствии доктор психологических наук, научный сотрудник Института психологии АН СССР)[2][3][4]. Отцом Гаспарова предположительно был религиовед Дмитрий Ефимович Михневич, также служивший в журнале «Безбожник», затем в редакции журнала «За рубежом», а впоследствии в издательстве АН СССР. Официальным мужем матери был горный инженер Лео Арсентьевич Гаспаров, армянин из Нагорного Карабаха; Будилова и Гаспаров недолго жили вместе и развелись, когда Михаил был ещё ребёнком[5][6].
.............
Еле́на Алекса́ндровна Буди́лова (фамилия при рождении — Ниренберг; 12 марта 1909 — 4 августа 1991) — советский философ, специалист в области истории отечественной психологии.
"Я не знаю, почему он с моей матерью не были женаты, не знаю, кто были жена и сын
моего отца.
Когда нам с женой сказали, что он умер («потянулся за книгой и умер*), моей
матери не было в Москве — прежде, чем сказать ей, нужно было прюверить, не ошибка
ли это. Мы метались в издательство, в справочное бюрю, по полученному домашнему
адресу, —дверь на темную лестничную площадку приоткрылась, в щели мелькнул мо
лодой человек и сказал нам: «Да*. Он был моих лет.
Самые, наверное, точные слова о нем написала мне много лет спустя старая женщи
на Н. Вс. Завадская, приятельница молодого Пастернака, знавшая их еще по «Безбожни
ку» («когда он сказал мне: «у Елены Александрювны рюдился сын*, у него было такое лицо,
какого я никогда не видела...*). Она написала: «В нем была доброжелательность к людям
без внимания к их жизни». Добрюжелательность без добрюты — таким помню его и я.
Таким, к сожалению, я чувствую и себя.
..............
Михаил Гаспаров родился 13 апреля 1935 года в Москве. Его мать, Елена Александровна Будилова (1909—1991), работала редактором в журнале «Безбожник» (впоследствии доктор психологических наук, научный сотрудник Института психологии АН СССР)[2][3][4]. Отцом Гаспарова предположительно был религиовед Дмитрий Ефимович Михневич, также служивший в журнале «Безбожник», затем в редакции журнала «За рубежом», а впоследствии в издательстве АН СССР. Официальным мужем матери был горный инженер Лео Арсентьевич Гаспаров, армянин из Нагорного Карабаха; Будилова и Гаспаров недолго жили вместе и развелись, когда Михаил был ещё ребёнком[5][6].
.............
Еле́на Алекса́ндровна Буди́лова (фамилия при рождении — Ниренберг; 12 марта 1909 — 4 августа 1991) — советский философ, специалист в области истории отечественной психологии.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2025-05-09 05:55 am (UTC)Потом, на четвертом курсе университета, у нас была педагогическая практика: по два
урока русского языка и словесности в средней школе. Это было несерьезно: постоянная
учительница сидела на задней парте, под ее взглядом ребята смирно и нехотя слушали
неумелых практикантов. Но мне не повезло: нам с напарницей достался как раз пятый
класс, в котором как раз заболела учительница, и мы должны были целый месяц управ
ляться одни. Это было адом: я как будто опять тонул в кипящем буйстве гормонального
возраста. Потом по ночам мне долго снились кричащие головы на грядках парт.
Это были дети 1945 года розвдения; потом мне было забавно думать, что самые близ
кие мои товарищи по науке —тоже 1945 года рождения, и могли быть среди них.