Schlafe, mein Prinzchen
Apr. 15th, 2025 06:10 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbeka«Спи, моя радость, усни» (нем. Schlafe, mein Prinzchen, schlaf ein) — колыбельная песня на текст Вильгельма Готтера (1746—1797) из пьесы «Эсфирь» (1795). Считается одной из самых известных колыбельных песен не только на немецком, но и на других языках, Долгое время музыку приписывали Вольфгангу Амадею Моцарту (KV 350) или Бернхарду Флису. Настоящий автор Фридрих Флейшман[нем.] (Johann Friedrich Anton Fleischmann).
..........
Авторство
Фридрих Вильгельм Готтер — автор стихов песни
В 1825 году Констанция Моцарт передала эту песню издателю произведений своего мужа, сопроводив следующим замечанием: «Сочинение премилое, по всем признакам моцартовское, непосредственное, изобретательное». Через несколько лет она была включена в приложение к биографии венского классика[1], составленной Констанцией со своим вторым мужем Георгом фон Ниссеном[англ.]. В 1826 году последний писал издателю Иоганну Антону Андре, что «по суждению знатоков, эта песня достойна Моцарта». В дневнике Констанции за 27 сентября 1828 года была внесена запись: «Д-ру Ф[ойерштайну] вместо Колыбельной песни приложена другая композиция моего Моцарта». И. Э. Энгль видел в этом подтверждение своей точки зрения, что она действительно принадлежит венскому композитору. Эту позицию не разделял моцартовед Герман Аберт, заметивший по этому поводу, что история с атрибуцией Констанцией колыбельной является очень туманной, так как слова вдовы композитора не могут выступать объективным источником:
И если она хотела заменить песню другой композицией Моцарта, то не означает ли это, что она сама не была вполне уверена в ней? Наконец, и стиль песни также возбуждает сомнения. Схематичное членение на сплошь одинаково построенные двутакты нельзя найти ни в одной моцартовской песне; даже в его простейших песнях обращается больше внимания на многообразие и индивидуальность[2].
.................
В России
На русском языке песня появилась в 1924 году в переводе Софии Свириденко (1882 — ?), с инципитом «Спи, мой царевич, усни». В 1932 году появился ещё один перевод — поэта Всеволода Рождественского: «Спи, мой сынок, без забот, (…) / Спи мой сынок дорогой»[1].
Распространение в России приобрёл вариант неизвестного автора, основанный на переводе Свириденко, но с инципитом «Спи, моя радость, усни», восходящим к «Колыбельной песне» Константина Бальмонта[1].
В сентябре 2021 года Даниэль Клугер, вдохновившись данной статьёй в Википедии на заглавной странице, перевёл текст заново с немецкого оригинала XVIII века максимально близко к первоначальному тексту[8].
................
Johann Friedrich Anton Fleischmann (19 July 1766 – 30 November 1798) was a German composer.[1]
Born at Marktheidenfeld, Fleischmann studied at Mannheim with Ignaz Holzbauer and Georg Joseph Vogler before going to the University of Würzburg.
He died in Meiningen.
..........
Авторство
Фридрих Вильгельм Готтер — автор стихов песни
В 1825 году Констанция Моцарт передала эту песню издателю произведений своего мужа, сопроводив следующим замечанием: «Сочинение премилое, по всем признакам моцартовское, непосредственное, изобретательное». Через несколько лет она была включена в приложение к биографии венского классика[1], составленной Констанцией со своим вторым мужем Георгом фон Ниссеном[англ.]. В 1826 году последний писал издателю Иоганну Антону Андре, что «по суждению знатоков, эта песня достойна Моцарта». В дневнике Констанции за 27 сентября 1828 года была внесена запись: «Д-ру Ф[ойерштайну] вместо Колыбельной песни приложена другая композиция моего Моцарта». И. Э. Энгль видел в этом подтверждение своей точки зрения, что она действительно принадлежит венскому композитору. Эту позицию не разделял моцартовед Герман Аберт, заметивший по этому поводу, что история с атрибуцией Констанцией колыбельной является очень туманной, так как слова вдовы композитора не могут выступать объективным источником:
И если она хотела заменить песню другой композицией Моцарта, то не означает ли это, что она сама не была вполне уверена в ней? Наконец, и стиль песни также возбуждает сомнения. Схематичное членение на сплошь одинаково построенные двутакты нельзя найти ни в одной моцартовской песне; даже в его простейших песнях обращается больше внимания на многообразие и индивидуальность[2].
.................
В России
На русском языке песня появилась в 1924 году в переводе Софии Свириденко (1882 — ?), с инципитом «Спи, мой царевич, усни». В 1932 году появился ещё один перевод — поэта Всеволода Рождественского: «Спи, мой сынок, без забот, (…) / Спи мой сынок дорогой»[1].
Распространение в России приобрёл вариант неизвестного автора, основанный на переводе Свириденко, но с инципитом «Спи, моя радость, усни», восходящим к «Колыбельной песне» Константина Бальмонта[1].
В сентябре 2021 года Даниэль Клугер, вдохновившись данной статьёй в Википедии на заглавной странице, перевёл текст заново с немецкого оригинала XVIII века максимально близко к первоначальному тексту[8].
................
Johann Friedrich Anton Fleischmann (19 July 1766 – 30 November 1798) was a German composer.[1]
Born at Marktheidenfeld, Fleischmann studied at Mannheim with Ignaz Holzbauer and Georg Joseph Vogler before going to the University of Würzburg.
He died in Meiningen.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2025-04-16 12:13 pm (UTC)И мы съехали от тети Тани и водворились у тети Мани. Муж
тети Мани Иван был на фронте, она жила с отцом, замкнутым и неблаго-
желательным стариком. И деньги ей были очень даже нужны. Так неудач-
но окончился мой первый контакт с родственной группой. Хотя связи со-
хранились очень тесные: мы там бывали очень часто. Наверное, каждый
день. Тетя Таня помогала нам иногда продуктами, мама иногда включалась
в какую-то общую деятельность типа покоса или копки картошки, но те-
перь они уже так не раздражались взаимно*, как живя на глазах друг у друга.
А я освободилась от своих двоюродных братьев и сестры с определен-
ным облегчением. Не доставляли они мне много радости, больше создавали
проблем (как и я им, наверно, — но это уж было их дело).
Потом был еще один период тесного контакта с родственной группой,
но он наступил через несколько лет. А пока я должна прервать описание от-
ношений с родственниками и перейти к другой плоскости социальных свя-
зей, которые стали завязываться у меня по мере подрастания и обретения
относительной самостоятельности.
Эта вторая плоскость социальных отношений — группа ровесников.