arbeka

И звали ее очень приятно (по моим по-

нятиям) — Мария Емельяновна.

Но она учила нас всего месяца два. Потом вдруг пришла какая-то совсем

молоденькая девочка, которая ходила по классу и усаживалась даже на стол.

Потом девочку сменил еще кто-то, уже не помню. Мы, как-то не сговари-

ваясь, ждали: может быть, вернется наша Мария Емельяновна? Почему-то

мы сразу признали ее «нашей». Но она уже не могла вернуться к нам: ока-

залось, что муж ее дезертировал с фронта, его поймали (не знаю, успел ли

он добраться до родных мест) и расстреляли, а ее, как жену врага народа,

отстранили от преподавания. Эти два тяжелых удара, последовавших друг

за другом — потеря мужа и потеря работы — доконали ее довольно быстро:

через полгода или чуть больше она умерла. Ходили слухи, что она покон-

чила с собой, но мне кажется это невероятным, ведь у нее остались две сов-

сем маленькие дочери-близняшки — какая же мать оставит детей в таком

возрасте? Одна девочка тоже умерла, но вторая выжила и воспитывалась

в семье своего дяди с его детьми.