![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaПод Мышкой
((Рисунки приятно удивили.))
"Думаю, у всякого, кто знаком с довольно небольшим по объёму по -
этическим корпусом Владислава Ходасевича, возникает чёткое ощу -
щение наличия в нём неопределённого количества «мышиных стихов»,
разбросанных по разным разделам. Попытка выявить их и сложить
вместе обернулась книгой.
Самое раннее — «Мышь», написанное редчайшим в русской
поэзии размером «пеоном первым», — было опубликовано в газете
«Руль» в 1908 году и больше никогда при жизни поэта не перепеча -
тывалось. Три стихотворения — «Ворожба», «Сырнику» и «Молитва» —
вышли под общим заглавием «Мыши» в альманахе «Гриф» в 1914-м
и вскоре появились в книге «Счастливый домик», заключительное сти -
хотворение которой — «Рай». Мощное антивоенное «Из мышиных сти -
хов» было напечатано в том же году в журнале «Аполлон» (кстати,
в античности мыши были связаны с культом Аполлона), но в книги не
входило. Оригинальный, с использованием частого мотива французской
эпиграмматической поэзии XVIII века, «Разговор человека с мышкой…»
был включен Корнеем Чуковским в один из первых послереволюци -
онных детских сборников «Ёлка. Книжка для маленьких детей» (1918),
а переводная «Луна» вошла в «Детский цветник стихов» Р. Л. Стивен-
сона (1920), причём оба стихотворения в том же 1920-м Ходасевич по -
https://imwerden.de/pdf/khodasevich_pro_myshej_2015__izd.pdf
((Рисунки приятно удивили.))
"Думаю, у всякого, кто знаком с довольно небольшим по объёму по -
этическим корпусом Владислава Ходасевича, возникает чёткое ощу -
щение наличия в нём неопределённого количества «мышиных стихов»,
разбросанных по разным разделам. Попытка выявить их и сложить
вместе обернулась книгой.
Самое раннее — «Мышь», написанное редчайшим в русской
поэзии размером «пеоном первым», — было опубликовано в газете
«Руль» в 1908 году и больше никогда при жизни поэта не перепеча -
тывалось. Три стихотворения — «Ворожба», «Сырнику» и «Молитва» —
вышли под общим заглавием «Мыши» в альманахе «Гриф» в 1914-м
и вскоре появились в книге «Счастливый домик», заключительное сти -
хотворение которой — «Рай». Мощное антивоенное «Из мышиных сти -
хов» было напечатано в том же году в журнале «Аполлон» (кстати,
в античности мыши были связаны с культом Аполлона), но в книги не
входило. Оригинальный, с использованием частого мотива французской
эпиграмматической поэзии XVIII века, «Разговор человека с мышкой…»
был включен Корнеем Чуковским в один из первых послереволюци -
онных детских сборников «Ёлка. Книжка для маленьких детей» (1918),
а переводная «Луна» вошла в «Детский цветник стихов» Р. Л. Стивен-
сона (1920), причём оба стихотворения в том же 1920-м Ходасевич по -
https://imwerden.de/pdf/khodasevich_pro_myshej_2015__izd.pdf
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
а у нас можно еще писать
Date: 2025-02-27 06:20 pm (UTC)Делу несколько помогла страсть поэта к игре, даже к столь примитивной, как лото: «...пойду к Горькому, играть в лото. Однажды уже играл и, конечно, выиграл»27, — не без гордости сообщает он Анне Ивановне, и то немаловажное обстоятельство, что в доме у Горького было тепло и горел свет. Виделись ли поэту в свете ценнейшей в то холодное и голодное время керосиновой лампы, сквозь магический кристалл долгие годы тесных общений с не замечательным Алексеем Максимовичем, совместная работа, жизнь под одним кровом и бесконечные, подчас обременительные сражения за карточным столом? Верно, он сильно бы удивился, если бы кто-нибудь что-нибудь подобное ему предсказал. Но в том, что Горькому суждено было сыграть большую роль в его жизни, поэту предстояло узнать вскоре. Осенью 1920-го Горький, случайно оказавшийся в Москве, спас полубольного Ходасевича от нелепого, однако грозного призыва в армию: велел написать письмо Ленину и собственноручно это письмо отвез в Кремль, а когда опасность попасть на фронт миновала, посоветовал: «Перебирайтесь-ка в Петербург. Здесь надо служить, а у нас можно еще писать»28. Ответом на приглашение послужило письмо, которое привезла Горькому Анна Ивановна, когда той же осенью отправилась в Петроград