Отношения

[arbeka]

Отношения делятся на простые и непростые

Арест и ссылка

С 1927 года Николай Эрдман работал в кинематографе как сценарист. Вместе с Владимиром Массом и Григорием Александровым он написал сценарий фильма «Весёлые ребята», однако во время съёмок комедии в Гаграх, в 1933 году, Эрдман и Масс были арестованы. Поводом для этого стали сочинённые ими и не предназначенные для печати политически острые стихи и пародии. Фамилии обоих сценаристов из титров фильма были удалены. Следствие по их делу вёл Н. Х. Шиваров[11]; приговор, вынесенный Эрдману, оказался мягким для того времени — ссылка на 3 года в г. Енисейск.

Реабилитирован в 1989 году.

Ещё в 1928 году Николай Эрдман познакомился с одной из ведущих актрис МХАТа Ангелиной Степановой, с которой на протяжении ряда лет был связан непростыми отношениями: Степанова в то время была замужем за режиссёром Николаем Горчаковым, сам Эрдман был женат[10] на Дине Воронцовой (1898—1942), балерине и эстрадной танцовщице.

Однако именно благодаря ходатайствам Степановой в 1934 году Эрдман был переведён в Томск[10], куда прибыл 8 марта. Вскоре Степанова вышла замуж за Александра Фадеева.
Никола́й Робе́ртович Э́рдман (3 [16] ноября 1900[4], Москва — 10 августа 1970, там же) — советский

Comments

[gama (from livejournal.com)]

11 октября 1933 года во время съёмок «Весёлых ребят» в Гаграх оба автора были арестованы и спешно отправлены в Москву. Поводом для ареста послужили фельетон «Заседание о смехе» и басня «Закон тяготения» из книги «Год шестнадцатый. Альманах второй» под редакцией Горького, вышедшего в 1933 году[4], которые к тому моменту поспешно признали анти-советскими. Фамилии обоих сняли из титров фильма «Весёлые ребята», и их произведения убрали из альманаха. Фактически, Масс и Эрдман, как и Эмиль Кроткий, которые были авторами журнала «Крокодил», стали жертвами закулисных интриг Мехлиса против редакторов журнала. «Дело сатириков», которое вёл бывший агент Коминтерна Н. Х. Шиваров[5], было спешным: Кроткого допросили 11 октября и на следующий день вынесли официальное обвинение. Эрдману предъявили обвинение 14 октября, но его допрос был только на следующий день. Масса допросили 16 октября, в тот же день было составлено обвинительное заключение обоим по одному обвинению. 18 октября Масса допросили повторно уже после приговора. «По постановлению особого совещания при коллегии ОГПУ от 16 октября Н. Эрдман выслан на 3 года в г. Енисейск Восточно-Сибирского края, а В. Масс — в г. Тобольск на Урале»[6]. Масс и Эрдман признали вину и сотрудничали со следствием, отчего получили такие «мягкие» сроки. Приговоры Масса, Эрдмана, Кроткого и Вольпина, штатных сотрудников Крокодила, у которых были анти-советские произведения, были использованы во время «передачи» Крокодила «Правде» постановлением Политбюро от 29 марта 1934 года.

В ссылке в Тюмени, Тобольске, а перед войной в Горьком. Владимир Масс работал завлитом, режиссёром, художественным руководителем местных театров, порой сам организовывал театральные коллективы. Написанная им в ссылке пьеса «Сады цветут» (в соавторстве с актёром Николаем Куличенко) перед войной обошла чуть ли не все театры страны. С началом войны В. Масс организовал и возглавил театральную фронтовую бригаду, которая обслуживала военные части Красной армии.

В 1943 году Масс был «прощён», ему разрешили жить в Москве. В этом же году состоялась его встреча с Михаилом Червинским, фронтовиком, демобилизованном из-за тяжёлого ранения. Их первая совместная пьеса «Где-то в Москве» была поставлена в театре им. Евг. Вахтангова (режиссёр А. Ремизова), а вслед за тем начала триумфальное шествие по всем театрам страны.

Судьба второй пьесы «О друзьях-товарищах» оказалась менее удачной: её выход совпал с кампанией, вошедшей в историю под названием «борьбы с космополитами», и авторы пьесы оказались жертвами этой борьбы. Их не арестовали, но литературную деятельность можно было продолжать лишь уйдя, так сказать, с центральной дороги на периферию.

Их сферой деятельности стала эстрада.