![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaза классный час
"Наталья Таранушенко — учительница русского языка и литературы из подмосковного города Протвино. 12 июня она узнала, что стала фигуранткой уголовного дела о военных «фейках» за классный час, который провела еще в начале полномасштабного вторжения. Отец учениц Таранушенко два года добивался наказания для преподавательницы постоянными жалобами. ОВД-Инфо узнал у Натальи Алексеевны, что случилось на том уроке, почему дело, которое завели после него, быстро закрыли и как она в одночасье уехала из страны.
Протвино — небольшой, на 34 тысячи человек, и очень зеленый наукоград в Московской области. В СССР Протвино был секретным объектом и носил название Серпухов-7. Здесь находится Институт физики высоких энергий — один из главных научных центров в России. Теперь он под санкциями Евросоюза, США, Японии и Швейцарии — их ввели из-за войны.
Средняя школа № 1, где Наталья Алексеевна Таранушенко была классной руководительницей и вела русский язык и литературу, — кирпичное трехэтажное здание, окруженное лесом. Из своих шестидесяти пяти Наталья проработала здесь сорок четыре года, пока не пришлось одним днем уехать из страны.
«Когда Путин провел заседание Совбеза 21 февраля, ко мне в комнату пришел муж и сказал: „Слышала, война что ли начинается?“, — вспоминает учительница. — Нет, я не думала, что мы можем так вторгнуться в другую страну. Это свалилось неожиданно. 24 февраля, когда я увидела, что танки идут на Киев и Мариуполь, был шок».
В школе уроков не было, шли каникулы. Следующие пару дней Наталья Алексеевна находилась рядом с близкими: смотрели «Дождь», плакали и пили водку, не закусывая.
26 февраля начались занятия. Наталья Алексеевна была классным руководителем восьмого «А», в других классах она преподавала русский язык и литературу. Понемногу говорила с детьми о происходящем — они и сами спрашивали: «Наталья Алексеевна, а вы на чьей стороне?» Отвечала, что всегда на стороне тех, кого обижают.
«Вот и договорилась», — вздыхает она.
«Урок добра» в своем восьмом классе учительница начала с рассказа о Великой Отечественной войне. Потом прочла подросткам отрывок из дневника Анны Франк и показала ролик, где украинка, почти ровесница еврейской девочки, рассказывала, как сидит в подвале: «Раньше мне казалось, что я поругалась с мальчиком, и это страшно. А теперь я знаю, что страшно, когда мама лежит и молчит, а я должна братику говорить, что она спит, когда знаю, что она умерла». Затем Наталья Алексеевна рассказала школьникам о событиях в Буче, и заметила, что Россия «ведет себя так, как вела себя фашистская Германия в тридцатые годы».
«Потом я им сказала, что когда кто-то начинает войну, она возвращается к нему. Напоминала, как во время Второй мировой все вернулось к Гитлеру, и сказала, что это придет и к нам. Мы поговорили про бомбоубежища и о том, что в школе большие подвалы», — рассказывает Таранушенко.
Слова учительницы три восьмиклассницы — сестры Инна и Софья Наавгуст и Светлана Александрова (имена всех трех школьниц изменены) — передали родителям.
Через два дня домой к Таранушенко пришел участковый, с ним — еще двое полицейских. Выяснилось, что на горячую линию поступил анонимный звонок: некий мужчина сообщил, что в школе № 1 учительница рассказывала детям «такое, что учитель не должен говорить». Позже в полиции появились заявления от отца Инны и Софьи Дмитрия Наавгуста и от отчима Светланы Артема Александрова.
Всю следующую неделю Наталью Алексеевну вызывали в разные инстанции: сначала — в мэрию Протвино, потом — в местный отдел образования. После этого администрация города настояла на родительском собрании, на которое явились чиновники — родители в основном защищали учительницу, Наавгуст настаивал на своих жалобах, Александрова не было.
В июле учительницу вызвали в Следственный комитет. Едва она вошла в кабинет, сотрудники, видимо, испугавшись, что пожилой женщине станет плохо, сразу стали ее успокаивать, что статья не уголовная и никаких серьезных последствий не будет
Потом в школу звонили из прокуратуры — требовали, чтобы провели беседу с педагогом, но увольнения не добивались. В августе Наталья Алексеевна снова посетила участкового, расписалась в протоколе и ушла. Вскоре тот позвонил ей и сообщил, что срок давности по делу истек (постановление о прекращении административного производства есть в распоряжении ОВД-Инфо).
«Дело, в общем-то, мелкое: подумаешь, училка что-то наболтала в своем классе, — говорит Наталья Алексеевна. — Но этот товарищ [Дмитрий Наавгуст], видимо, продолжал жаловаться»
От классного руководства в восьмом «А» после доносов Таранушенко решила отказаться. По ее словам, все три ученицы были настроены воинственно.
«К своему классу всегда отношение родственное, а когда знаешь, что каждый день на тебя могут настучать или сдать, когда каждое слово нужно контролировать, работать невозможно, — объясняет она. — Понимаете, литература — такой предмет, который всегда затрагивает смежные темы. Я ребятам объяснила, перед всеми извинилась, мы вместе поплакали, и в девятом классе у них уже была другая классная руководительница и преподаватель русского и литературы».
Во время выпускного после девятого класса Наталья Алексеевна стала свидетельницей сцены, как Наавгусты сильно возмущались, узнав, что в десятом классе русский и литературу снова будет вести она. Светлана Александрова, окончив девятый класс, ушла в училище.
Дмитрию Наавгусту, который так долго добивался последствий для учительницы своих детей, 47 лет. В 1993 году он окончил ту самую протвинскую школу № 1 — русский язык и литературу у него преподавала Наталья Таранушенко. Наавгуст занимается торговлей электротехническим оборудованием: он учредил и руководит двумя одноименными московскими фирмами «Энергосберегающая компания». Мужчина увлекается любительским футболом — вместе с младшим братом Алексеем играет за команду «Боевое братство» от одноименной организации ветеранов локальных войн и военных конфликтов.
Дмитрий поначалу согласился поговорить с корреспонденткой ОВД-Инфо, но в намеченное время перестал отвечать на звонки. На следующий день Дмитрий взял трубку и сказал: «Я с журналистами не общаюсь. Сожалею, но не помогу вам выполнить редакционное задание. Пожалуйста, больше мне не звоните».
Юлия Наавгуст, жена Дмитрия, в начале полномасштабного вторжения стала волонтеркой. В статье для местного портала она рассказывает, как шила «флисовые кофты, термокостюмы, футболки».
Артем Александров, отчим третьей ученицы, которая рассказала про «Урок добра», по данным «Агентства», воевал сам. Издание также пишет, что в 2021 году он получал доход в воинской части 33877 в закрытом городе Чехов-3. После сообщения корреспондентки ОВД-Инфо он удалил большую часть фотографий со своей страницы во «ВКонтакте» и переименовал ее на «Тёма Тёма».
«Руки у нашей страны длинные»
О том, что уголовное дело все-таки завели, Наталья Алексеевна узнала от учеников: накануне Дня России, 11 июня 2024 года, ей прислали новости из телеграм-каналов.
«Сначала не очень в это верилось, — говорит Таранушенко. — Когда дело закрыли, я спросила у полицейского, могут ли еще раз начать производство? Он сказал, что по этому поводу меня уже не привлекут. Мол, вы сами будьте аккуратнее и не лезьте на рожон».
Наталья Алексеевна с детьми была на даче. Семья стала думать, что делать дальше. Встал вопрос об отъезде, но женщина, по ее словам, была в смятении и страхе, совсем не понимала, куда ехать и надо ли ехать.
В тот вечер ей написала бывшая ученица: «Наталья Алексеевна, такие дела не заканчиваются оправдательным приговором. Вам нужно выехать, решайтесь, мы можем помочь». И тогда Наталья Алексеевна решилась — собралась за один вечер и уехала из страны.
Преподавательница говорит, что, знай она заранее о последствиях, тот урок проводила бы осторожнее: «Тяжело быть как Навальный — героем. Таких людей, которые ничего не боятся, мало. Я точно не такая, мне просто было важно оставаться честной с детьми. Если бы я была героем, я бы осталась в стране, сдалась властям и на суде говорила пламенные речи, но когда встал выбор — тюрьма или свобода — я выбрала второе».
Она добавляет, что до конца в безопасности себя не ощущает до сих пор, потому что «руки у нашей страны длинные».
«Самое смешное, что, когда в семье говорили об эмиграции, я все время цитировала Ахматову: „…не с теми я, кто бросил землю на растерзание врагам“. Мы много путешествовали, были в Европе. Возвращаешься, выходишь на трап самолета в ноябре — снег мокрый идет, под ногами грязь, а я все равно радуюсь, что вернулась на Родину. Я к Родине очень хорошо отношусь, патриотизм для меня не пустое слово. Просто Родина и государство для меня понятия совершенно разные. Почему я должна любить людей, которые моей стране делают хуже?
А тут собралась, еду и думаю: Господи, ничего не жалко — удивительное ощущение. У Александра Малинина была песня на стихи Евтушенко: «Дай бог, чтобы твоя страна тебя не пнула сапожищем. Дай бог, чтобы твоя жена тебя любила даже нищим». Когда страна пнула, пришло ясное ощущение, что нужно учиться жить на чужой земле. Поэтому вряд ли я вернусь, даже если этот строй изменится, отменят все новые статьи и начнут выпускать политических заключенных. Это оказалось настолько больно. Как будто отрубили прошлую жизнь и отбросили.
Когда мы проходили Солженицына, я говорила детям, что «Один день Ивана Денисовича» — книга, которую в России должен прочесть каждый, потому что такие периоды в нашей стране случаются регулярно. Был период в двухтысячных годах, когда я ловила себя на мысли, что, может, теперь это уже и не нужно. И в конце десятых годов пришло осознание, что все еще нужно. Не сумели мы удержать страну».
Марина-Майя Говзман
"Наталья Таранушенко — учительница русского языка и литературы из подмосковного города Протвино. 12 июня она узнала, что стала фигуранткой уголовного дела о военных «фейках» за классный час, который провела еще в начале полномасштабного вторжения. Отец учениц Таранушенко два года добивался наказания для преподавательницы постоянными жалобами. ОВД-Инфо узнал у Натальи Алексеевны, что случилось на том уроке, почему дело, которое завели после него, быстро закрыли и как она в одночасье уехала из страны.
Протвино — небольшой, на 34 тысячи человек, и очень зеленый наукоград в Московской области. В СССР Протвино был секретным объектом и носил название Серпухов-7. Здесь находится Институт физики высоких энергий — один из главных научных центров в России. Теперь он под санкциями Евросоюза, США, Японии и Швейцарии — их ввели из-за войны.
Средняя школа № 1, где Наталья Алексеевна Таранушенко была классной руководительницей и вела русский язык и литературу, — кирпичное трехэтажное здание, окруженное лесом. Из своих шестидесяти пяти Наталья проработала здесь сорок четыре года, пока не пришлось одним днем уехать из страны.
«Когда Путин провел заседание Совбеза 21 февраля, ко мне в комнату пришел муж и сказал: „Слышала, война что ли начинается?“, — вспоминает учительница. — Нет, я не думала, что мы можем так вторгнуться в другую страну. Это свалилось неожиданно. 24 февраля, когда я увидела, что танки идут на Киев и Мариуполь, был шок».
В школе уроков не было, шли каникулы. Следующие пару дней Наталья Алексеевна находилась рядом с близкими: смотрели «Дождь», плакали и пили водку, не закусывая.
26 февраля начались занятия. Наталья Алексеевна была классным руководителем восьмого «А», в других классах она преподавала русский язык и литературу. Понемногу говорила с детьми о происходящем — они и сами спрашивали: «Наталья Алексеевна, а вы на чьей стороне?» Отвечала, что всегда на стороне тех, кого обижают.
«Вот и договорилась», — вздыхает она.
«Урок добра» в своем восьмом классе учительница начала с рассказа о Великой Отечественной войне. Потом прочла подросткам отрывок из дневника Анны Франк и показала ролик, где украинка, почти ровесница еврейской девочки, рассказывала, как сидит в подвале: «Раньше мне казалось, что я поругалась с мальчиком, и это страшно. А теперь я знаю, что страшно, когда мама лежит и молчит, а я должна братику говорить, что она спит, когда знаю, что она умерла». Затем Наталья Алексеевна рассказала школьникам о событиях в Буче, и заметила, что Россия «ведет себя так, как вела себя фашистская Германия в тридцатые годы».
«Потом я им сказала, что когда кто-то начинает войну, она возвращается к нему. Напоминала, как во время Второй мировой все вернулось к Гитлеру, и сказала, что это придет и к нам. Мы поговорили про бомбоубежища и о том, что в школе большие подвалы», — рассказывает Таранушенко.
Слова учительницы три восьмиклассницы — сестры Инна и Софья Наавгуст и Светлана Александрова (имена всех трех школьниц изменены) — передали родителям.
Через два дня домой к Таранушенко пришел участковый, с ним — еще двое полицейских. Выяснилось, что на горячую линию поступил анонимный звонок: некий мужчина сообщил, что в школе № 1 учительница рассказывала детям «такое, что учитель не должен говорить». Позже в полиции появились заявления от отца Инны и Софьи Дмитрия Наавгуста и от отчима Светланы Артема Александрова.
Всю следующую неделю Наталью Алексеевну вызывали в разные инстанции: сначала — в мэрию Протвино, потом — в местный отдел образования. После этого администрация города настояла на родительском собрании, на которое явились чиновники — родители в основном защищали учительницу, Наавгуст настаивал на своих жалобах, Александрова не было.
В июле учительницу вызвали в Следственный комитет. Едва она вошла в кабинет, сотрудники, видимо, испугавшись, что пожилой женщине станет плохо, сразу стали ее успокаивать, что статья не уголовная и никаких серьезных последствий не будет
Потом в школу звонили из прокуратуры — требовали, чтобы провели беседу с педагогом, но увольнения не добивались. В августе Наталья Алексеевна снова посетила участкового, расписалась в протоколе и ушла. Вскоре тот позвонил ей и сообщил, что срок давности по делу истек (постановление о прекращении административного производства есть в распоряжении ОВД-Инфо).
«Дело, в общем-то, мелкое: подумаешь, училка что-то наболтала в своем классе, — говорит Наталья Алексеевна. — Но этот товарищ [Дмитрий Наавгуст], видимо, продолжал жаловаться»
От классного руководства в восьмом «А» после доносов Таранушенко решила отказаться. По ее словам, все три ученицы были настроены воинственно.
«К своему классу всегда отношение родственное, а когда знаешь, что каждый день на тебя могут настучать или сдать, когда каждое слово нужно контролировать, работать невозможно, — объясняет она. — Понимаете, литература — такой предмет, который всегда затрагивает смежные темы. Я ребятам объяснила, перед всеми извинилась, мы вместе поплакали, и в девятом классе у них уже была другая классная руководительница и преподаватель русского и литературы».
Во время выпускного после девятого класса Наталья Алексеевна стала свидетельницей сцены, как Наавгусты сильно возмущались, узнав, что в десятом классе русский и литературу снова будет вести она. Светлана Александрова, окончив девятый класс, ушла в училище.
Дмитрию Наавгусту, который так долго добивался последствий для учительницы своих детей, 47 лет. В 1993 году он окончил ту самую протвинскую школу № 1 — русский язык и литературу у него преподавала Наталья Таранушенко. Наавгуст занимается торговлей электротехническим оборудованием: он учредил и руководит двумя одноименными московскими фирмами «Энергосберегающая компания». Мужчина увлекается любительским футболом — вместе с младшим братом Алексеем играет за команду «Боевое братство» от одноименной организации ветеранов локальных войн и военных конфликтов.
Дмитрий поначалу согласился поговорить с корреспонденткой ОВД-Инфо, но в намеченное время перестал отвечать на звонки. На следующий день Дмитрий взял трубку и сказал: «Я с журналистами не общаюсь. Сожалею, но не помогу вам выполнить редакционное задание. Пожалуйста, больше мне не звоните».
Юлия Наавгуст, жена Дмитрия, в начале полномасштабного вторжения стала волонтеркой. В статье для местного портала она рассказывает, как шила «флисовые кофты, термокостюмы, футболки».
Артем Александров, отчим третьей ученицы, которая рассказала про «Урок добра», по данным «Агентства», воевал сам. Издание также пишет, что в 2021 году он получал доход в воинской части 33877 в закрытом городе Чехов-3. После сообщения корреспондентки ОВД-Инфо он удалил большую часть фотографий со своей страницы во «ВКонтакте» и переименовал ее на «Тёма Тёма».
«Руки у нашей страны длинные»
О том, что уголовное дело все-таки завели, Наталья Алексеевна узнала от учеников: накануне Дня России, 11 июня 2024 года, ей прислали новости из телеграм-каналов.
«Сначала не очень в это верилось, — говорит Таранушенко. — Когда дело закрыли, я спросила у полицейского, могут ли еще раз начать производство? Он сказал, что по этому поводу меня уже не привлекут. Мол, вы сами будьте аккуратнее и не лезьте на рожон».
Наталья Алексеевна с детьми была на даче. Семья стала думать, что делать дальше. Встал вопрос об отъезде, но женщина, по ее словам, была в смятении и страхе, совсем не понимала, куда ехать и надо ли ехать.
В тот вечер ей написала бывшая ученица: «Наталья Алексеевна, такие дела не заканчиваются оправдательным приговором. Вам нужно выехать, решайтесь, мы можем помочь». И тогда Наталья Алексеевна решилась — собралась за один вечер и уехала из страны.
Преподавательница говорит, что, знай она заранее о последствиях, тот урок проводила бы осторожнее: «Тяжело быть как Навальный — героем. Таких людей, которые ничего не боятся, мало. Я точно не такая, мне просто было важно оставаться честной с детьми. Если бы я была героем, я бы осталась в стране, сдалась властям и на суде говорила пламенные речи, но когда встал выбор — тюрьма или свобода — я выбрала второе».
Она добавляет, что до конца в безопасности себя не ощущает до сих пор, потому что «руки у нашей страны длинные».
«Самое смешное, что, когда в семье говорили об эмиграции, я все время цитировала Ахматову: „…не с теми я, кто бросил землю на растерзание врагам“. Мы много путешествовали, были в Европе. Возвращаешься, выходишь на трап самолета в ноябре — снег мокрый идет, под ногами грязь, а я все равно радуюсь, что вернулась на Родину. Я к Родине очень хорошо отношусь, патриотизм для меня не пустое слово. Просто Родина и государство для меня понятия совершенно разные. Почему я должна любить людей, которые моей стране делают хуже?
А тут собралась, еду и думаю: Господи, ничего не жалко — удивительное ощущение. У Александра Малинина была песня на стихи Евтушенко: «Дай бог, чтобы твоя страна тебя не пнула сапожищем. Дай бог, чтобы твоя жена тебя любила даже нищим». Когда страна пнула, пришло ясное ощущение, что нужно учиться жить на чужой земле. Поэтому вряд ли я вернусь, даже если этот строй изменится, отменят все новые статьи и начнут выпускать политических заключенных. Это оказалось настолько больно. Как будто отрубили прошлую жизнь и отбросили.
Когда мы проходили Солженицына, я говорила детям, что «Один день Ивана Денисовича» — книга, которую в России должен прочесть каждый, потому что такие периоды в нашей стране случаются регулярно. Был период в двухтысячных годах, когда я ловила себя на мысли, что, может, теперь это уже и не нужно. И в конце десятых годов пришло осознание, что все еще нужно. Не сумели мы удержать страну».
Марина-Майя Говзман
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2024-07-17 05:42 pm (UTC)В Армении задержали учительницу из Подмосковья, которая уехала из России после разговора с детьми о войне в Украине
13 de julio de 2024, 15:34
Наталья Таранушенко, которая уехала из России после доноса отца одного из учеников, была задержана в Армении, пишет «Агентство».
По данным издания, полицейские продержали учительницу 4,5 часа, после чего отпустили под обязательство о явке в местные правоохранительные органы. Обязательство явки фактически является аналогом российской подписки о невыезде, сказали учительнице полицейские.
Силовики общались с Таранушенко вежливо, рассказал один из источников «Агентства». При этом они утверждали, что вынуждены сотрудничать с российскими коллегами по таким делам, и даже звонили полицейским в России.
Ранее в Армении задерживали преследуемых в России активистов, однако случаев их выдачи на родину по инициативе армянских властей не было, отмечает издание.