Прочла с удовольствием

[arbeka]

В середине августа из Вязьмы пришла бумага-извещение, которая гласила, что дочь землевладелицы Яковлевой должна немедленно выехать с семьей из имения Ларино. Требовалась расписка. Я на этой же бумаге расписалась: «Прочла с удовольствием. Л. Шапорина, рожд. Яковлева». Мама и Юрий смотрели мне через плечо. «Что ты делаешь, – возопил Юрий, – тебя расстреляют». – «Нет, они ничего не поймут и не обратят внимания на мой плагиат – ну, а если поймут…»

К маме несколько раз приезжала из Вязьмы очень милая и доброжелательная барышня из вяземского отдела земледелия, – она рассказала, что у них поняли мою остроту и много смеялись. Дело в том, что так, по слухам, имел обыкновение подписываться на бумагах государь Николай II.

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

Наталья Ивановна напоила меня черным кофе с хлебом и потребовала, чтобы я пришла сегодня к ним обедать. Стыдно пользоваться гостеприимством в данный момент, но я воспользовалась. Я с утра уже шаталась и ходила, как пьяная, которая старается идти не шатаясь по прямой доске, а в мозгу нет равновесия. Перед обедом пошла на Мальцевский рынок[988] с прекрасным покрывалом на кровать Евгении Павловны и променяла его тоже за один кг хлеба. Дольше на рынке оставаться не могла, и впереди был ужас быть без хлеба и сегодня и завтра – с ночным дежурством.

И мучительное сознание, что нигде ничего не купить на те деньги, которыми я располагаю. Вся моя зарплата равна тремстам граммам хлеба.

[belkafoto.livejournal.com]

Нина Меерсон (сотрудница ТЮЗа, теперь медсестра) встретила на Лиговке своего бывшего товарища, только что вернувшегося с фронта. Об нем не было слухов уже девять месяцев, мать считала его погибшим. Он был очень весел, отличился на фронте, был награжден и отпущен на несколько дней. Прямо с машины торопился к матери.

Пока они говорили, все время шел артиллерийский обстрел. Шли рядом. Вдруг он падает навзничь. Осколок снаряда попал в лоб, убил наповал.

Нина не пошла к его матери. «Я подумала, – рассказывала она мне вчера, – мать его уже похоронила; узнать, что он был здесь, рядом, шел к ней и убит – это будет еще ужаснее. Похоронить второй раз».

Я все эти дни под впечатлением письма Алексея Валерьяновича Князева: Катя умерла, не доехав до Вологды, 8 марта, т. е. через пять дней после отъезда, от голода. Алешу с вещами сняли в Вологде и известили А.В., чтобы он приехал за ним в железнодорожную милицию.

От голода умереть Катя не могла, очевидно, она заболела в поезде, и т. к. была очень истощена, то организм не выдержал. В этой смерти есть что-то глубоко трагическое. Катя страшно стремилась уехать, она говорила, что чувствует: стоит ей только уехать из Ленинграда, и она поправится, окрепнет, будет спасена. А сестре Фарфеля, Вере Михайловне, Катя говорила, что очень боится путешествия. Молоденькая, в 24 года, умирать в вагоне среди чужих, зная, что остается ребенок на произвол судьбы. Это совершенно ужасно.

Что пережил бедный мальчишка, брошенный, одинокий! Его взяла семья ж.д. служащих, он заболел, по-видимому, тифом (название болезни зачеркнуто химическим составом). А.В. приехал в Вологду, Алешу не видал и вернулся ни с чем. Обещали по выздоровлении его привезти в Ярославскую губернию.

Ирина Головкина получила из Тюмени телеграмму от главного врача больницы, что ее сестра скончалась. Людмилу Троицкую, родную внучку Римского-Корсакова, выслали в начале марта, в ту волну нелепых высылок, от которой я спасла Елену Ивановну. Хотели выслать и мать, Софью Николаевну Троицкую, и Ирина так боялась за мать, что принялась хлопотать только за мать. Милиция приходила, торопила, Людмила уехала. По дороге заболела [дизентерией] и умерла.

Она работала у нас в институте в рентгеновском кабинете, считалась прекрасным, знающим работником. Кому понадобилась ее гибель, кому она была здесь вредна или опасна?

И сколько их погибло.

Эвакуироваться могут только сильные, энергичные, не павшие духом. Слабые умирают по дороге.

[belkafoto.livejournal.com]

Алексей Николаевич прислал Наталье Васильевне с узбеками один кг риса, один кг сахара и масла, четверть чая, десять чесночин и луковицу. И это все! Стыдно. К ней приехал секретарь из Смольного и предложил ехать с узбеками в Куйбышев[997]. «Ведь ни для кого не секрет, что нас еще ждут большие трудности, что немцы готовят штурм» и т. д. С узбеками на самолете до Вологды, а там со всеми удобствами поездом. Наталья Васильевна согласилась, прося взять с собой няньку Лозинских, Грушу. Стала собираться, увидала, что в 20 кг ничего не уместить, ни белья, ни зимних вещей. Приехать нищей и сразу же обращаться за милостыней к Людмиле. Расстроилась и позвонила в Смольный свой отказ.

Узбеки улетели, и немцы их разбомбили не то в воздухе, не то в Вологде при посадке в поезд. Судьба.

[belkafoto.livejournal.com]

23 июня. Наши управленцы не скупятся на приятные сюрпризы. Получила сейчас повестку явиться с паспортом в райсовет по эвакуации. Сейчас идет бешеная высылка людей, т. к. иначе нельзя же назвать насильственную эвакуацию[1002].

При эвакуации человек теряет право на свою площадь и имущество[1003]. Для меня эвакуация равносильна смерти, и лучше уж покончить с собой здесь, чтобы не умирать от сыпняка в вагоне. Чудовищно. Целую жизнь собирала книжку за книжкой, если что и ценю, это умственный уют, свой угол. И вдруг все бросить и с 50 рублями в кармане ехать неведомо куда, куда глаза глядят. Может ли быть что-нибудь ужаснее, нелепее в своей жестокости, циничнее наших нравов, правительственного презрения к человеку, к обывателю. Слов не нахожу. Пойду завтра в Союз композиторов и скажу Валерьяну Михайловичу, чтобы делал что угодно, чтобы отменить эвакуацию, а то я в самом деле повешусь; к сожалению, отравиться нечем.

[belkafoto.livejournal.com]

Вообще весело. В мое последнее дежурство меня вызвал к себе Воронов и сказал, что начальство мной недовольно, что я путаю распоряжения, что они не хотят меня увольнять, но чтобы я сама подала заявление и т. п. Я тотчас же подала заявление об освобождении меня от работы. Закржевская, эта сумбурная старая дева, державшая себя при Анне Ивановне тише воды, ниже травы, став начальством, создала возмутительную атмосферу в институте. Она кричит на всех, все кричат друг на друга. Она меня невзлюбила сразу, новая старшая сестра Вернандер с лицом гориллы оказалась скверной подхалимкой, кроме того, она все забывает, все путает и сваливает на других. Так, она спутала дежурство сестер, и в мое отсутствие свалила на меня. С Меерсон был целый ряд инцидентов. Зная, что Закржевская и Маев всячески выживают старейшего и лучшего доктора Галкина, Вернандер с ним страшно груба. Вообще ничего от прежнего института не осталось. Там сейчас 80 больных и 8 докторов, все бабы. Закржевская, Лихачева, Мушковская, Пшеничнова, Шибаева, Спевак, Суконщикова и Галкин. Все они на казарменном положении устроились, т. е. там живут и питаются. Одного Галкина выжили с питания

1945

[belkafoto.livejournal.com]

11 марта. В комнате холодно. Дров нет. Первый раз сегодня встала и отправилась на рынок за дровами. Купила две вязанки за 60 рублей и повезла. Два раза санки перевертывались, пошла кровь из носу, еле дотащила до дому. Нищета, нищета насильственная. Половина зарплаты у всех вычитается. Ставка у Елены Ивановны в университете 1000 рублей – на руки получает 580. И так у всех.

Дров нигде не заготовили. В университете, в Эрмитаже, в Академии художеств не топят. Леля Якунина рассказывала, что пишет в шубе, натурщица стоит одетая, в валенках. А им говорят: следите за формой!

Дневник. 1898 – 1945

[belkafoto.livejournal.com]

Комментарии
Дневник. 1898 – 1945

Л.В. Шапорина вела дневники (с перерывами) почти всю жизнь. Самая ранняя из сохранившихся записей датирована 1 июня 1891 г. и содержит описание посещения ею, одиннадцатилетней девочкой, могилы умершей в младенчестве сестры Надежды и ожидания приезда отца (см.: РО ИРЛИ. Ф. 698. Оп. 3. № 90). Регулярно вести дневник Шапорина стала, по-видимому, незадолго до выпуска из Екатерининского института 17 ноября 1898 г. После переезда в Петербург в 1903 г. записи прекратились и, как можно предположить, не велись до 1927 г. (единственное исключение – обширная запись 1 марта 1917 г. о событиях Февральской революции). Характерно, что через месяц после гибели Н.Н. Сапунова в 1912 г. Шапорина описала как это событие, так и историю своих взаимоотношений с ним в отдельном тексте (Шапорина Л.В. О Н.Н. Сапунове / Публ. А.Г. Носовой // Ежегодник Рукописного отдела Пушкинского Дома на 2001 год. СПб., 2006. С. 266 – 286). Если бы она вела тогда дневник, в него бы она и внесла соответствующие записи. В архиве Шапориной сохранился лишь листок с короткими, в одну-две строки, записями за четыре дня в апреле, мае, ноябре и декабре 1919 г. – преимущественно о ценах на продукты (РО ИРЛИ. Ф. 698. Оп. 1. № 25. Л. 1).

Re: Дневник. 1898 – 1945

[belkafoto.livejournal.com]

Весной 1927 г. в Париже Шапорина возобновила ведение дневника (в 1925 – 1926 гг. «не написала ни строчки», – записала она в дневник 13 октября 1930 г.), а с декабря 1928 г., после возвращения в Ленинград, без малого сорок лет (последняя запись была сделана 19 марта 1967 г., за два месяца до кончины) дневник был ее постоянным и самым задушевным, как она сама писала, собеседником. На этом фоне бросается в глаза отсутствие дневника за 1940 г.; причины этого пробела не известны.

Шапорина вела дневник в общих тетрадях, а во время войны в так называемых амбарных книгах, куда переписывала и записи, сделанные иной раз на отдельных листах во время дежурства в госпитале.

[belkafoto.livejournal.com]

Накануне своего семидесятилетия Шапорина стала перечитывать дневник, дополняя и поправляя дневниковые записи. В дневнике иногда встречаются следы вырезанных частей текста (иной раз нескольких листов подряд). Трудно судить о том, что изымалось, поскольку сохранившиеся дневниковые записи в изобилии содержат исключительно откровенные в политическом и этическом отношении суждения о событиях и людях.

являются по существу реальным комментарием к истории

[belkafoto.livejournal.com]

По объему и насыщенности содержания дневники Шапориной являются по существу реальным комментарием к истории страны за более чем половину XX в. Обстоятельное их комментирование представлялось невозможным, выборочный комментарий касается преимущественно наиболее важных исторических, социальных и историко-культурных событий и фактов.

[belkafoto.livejournal.com]

При этом Шапорина отнюдь не стремилась к тому, чтобы муж, очевидно расставшийся с семьей в 1934 г., оформил развод с ней: сам Шапорин не делал этого по безалаберности (что привело в дальнейшем к коллизии с его двоеженством), а ей положение жены известного советского композитора не раз, как это явствует из дневника, давало существенные привилегии (начиная с получения в 1935 г. квартиры в кооперативном доме 14 по Кировскому проспекту; ходатайство об этом А. Толстого перед Жилищным отделом Ленсовета от 11 марта 1935 г. см.: РО ИРЛИ. Ф. 698. Оп. 3. № 3).

[belkafoto.livejournal.com]

Ляд – заброшенная и заросшая земля.