что ж ты не рада

[arbeka]

Кудрявая, что ж ты не рада

Бори́с Петро́вич Корни́лов (16 (29) июля 1907, село Покровское Нижегородской губернии — 20 февраля 1938, Ленинград)[1] — советский поэт и общественный деятель-комсомолец, поэт-песенник, автор стихов знаменитой «Песни о встречном». Расстрелян 20 февраля 1938 года как участник антисоветской троцкистской организации. Посмертно реабилитирован 5 января 1957 года «за отсутствием состава преступления».
......
"сколько в них силы и таланта"
...................
Борис Корнилов

Песня о встречном

Нас утро встречает прохладой,

Нас ветром встречает река.
Кудрявая, что ж ты не рада
Весёлому пенью гудка?
Не спи, вставай, кудрявая!
В цехах звеня,
Страна встаёт со славою
На встречу дня.
И радость поёт, не скончая,
И песня навстречу идёт,
И люди смеются, встречая,
И встречное солнце встаёт —
Горячее и бравое,
Бодрит меня.
Страна встаёт со славою
На встречу дня.
Бригада нас встретит работой,
И ты улыбнёшься друзьям,
С которыми труд, и забота,
И встречный, и жизнь — пополам.
За Нарвскою заставою,
В громах, в огнях,
Страна встаёт со славою
На встречу дня.
И с ней до победного края
Ты, молодость наша, пройдёшь,
Покуда не выйдет вторая
Навстречу тебе молодёжь.
И в жизнь вбежит оравою,
Отцов сменя.
Страна встаёт со славою
На встречу дня.
…И радость никак не запрятать,
Когда барабанщики бьют:
За нами идут октябрята,
Картавые песни поют.
Отважные, картавые,
Идут, звеня.
Страна встаёт со славою
На встречу дня!
Такою прекрасною речью
О правде своей заяви.
Мы жизни выходим навстречу,
Навстречу труду и любви!
Любить грешно ль, кудрявая,
Когда, звеня,
Страна встаёт со славою
На встречу дня.
1931 г.
.........................
В 1926 году Корнилов — вместе с Ольгой Берггольц, также участницей «Смены», — поступил на Высшие государственные курсы искусствоведения при Институте истории искусств. В 1928 году, когда Ольге Берггольц исполнилось 18 лет, они вступили в брак, который оказался недолговечным — Борис и Ольга прожили вместе два года[источник не указан 1918 дней], их дочь Ира умерла в 1936 году. Корнилов не задержался и на искусствоведческих курсах.

Перечитываю сейчас стихи Бориса Корнилова, — сколько в них силы и таланта! Он был моим первым мужчиной, моим мужем и отцом моего первого ребёнка, Ирки. Завтра ровно пять лет со дня её смерти. Борис в концлагере, а может быть, погиб.
— дневниковая запись Ольги Берггольц от 13.03.1941

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

В 1928 году у него вышла первая книга стихов «Молодость». Затем в 1933 году появились сборники «Книга стихов» и «Стихи и поэмы».

В 1930-х годах у Корнилова вышли поэмы «Соль» (1931), «Тезисы романа» (1933), «Агент уголовного розыска» (1933), «Начало земли» (1936), «Самсон» (1936), «Триполье» (1933), «Моя Африка» (1935). Писал также песни («Песня о встречном», «Комсомольская-краснофлотская» и другие), стихотворные агитки («Вошь»), стихи для детей («Как от мёда у медведя зубы начали болеть»).

В 1932 году поэт написал о ликвидации кулачества, и его обвинили в «яростной кулацкой пропаганде». Частично реабилитировала его в глазах советских идеологов поэма «Триполье», посвящённая памяти комсомольцев, убитых во время кулацкого восстания.

В середине 1930-х годов в жизни Корнилова наступил явственный кризис, он злоупотреблял спиртным. За «антиобщественные поступки» неоднократно подвергался критике в газетах. Корнилову многое прощалось за его самобытный талант, однако в январе 1935 года президиум Ленинградского отделения Союза писателей вынес поэту строгий выговор с предупреждением о том, что он будет исключён из рядов Союза, если не изменит своего поведения.

В октябре 1936 года Корнилов был исключён из Союза советских писателей.

27 ноября 1937 года Корнилова по ложному обвинению арестовали в Ленинграде.

20 февраля 1938 года Выездной сессией Военной Коллегии Верховного Суда СССР под председательством корвоенюриста Матулевича Корнилов был приговорён к исключительной мере наказания. В приговоре содержится следующая формулировка: «Корнилов с 1930 г. являлся активным участником антисоветской, троцкистской организации, ставившей своей задачей террористические методы борьбы против руководителей партии и правительства». Приговор приведён в исполнение 20 февраля 1938 г. в Ленинграде.
— Константин Поздняев. Расстрел по лимиту: Мифы и правда о трагической гибели Бориса Корнилова // «Литературное обозрение», 1993.

ныне проживает во Франции

[belkafoto.livejournal.com]

Личная жизнь

Корнилов был женат на Ольге Берггольц с 1928 по 1930 год, их дочь Ирина умерла в 1936 году (в связи с осложнением на сердце — декомпенсированным пороком сердца — после тяжело перенесённой ангины).

От второго брака, с Людмилой Борнштейн, у поэта осталась вторая дочь — Ирина Басова[3]. Она родилась, когда её отец уже был арестован, ныне проживает во Франции. Жена художника Бориса Заборова. У Ирины Басовой двое детей — Марина и Кирилл.

[belkafoto.livejournal.com]

О́льга Фёдоровна Бергго́льц (16 мая 1910 года, Санкт-Петербург — 13 ноября 1975 года, Ленинград) — русская советская поэтесса, прозаик и драматург, писательница и военный журналист. В 1938 году репрессирована по делу «Литературной группы», реабилитирована в 1939 году. В феврале 1940 года вступила в ВКП(б).

Родители были уроженцами Санкт-Петербурга и знали друг друга с детства. Мать — Мария Тимофеевна Грустилина (1884—1957[2]), дочь рязанского мещанина Тимофея Львовича Грустилина, перебравшегося в столицу и открывшего пивную от завода «Новая Бавария», и петербурженки Марии Ивановны[3].

Отец — военный хирург Фёдор Христофорович Берггольц (1885—1948), ученик Николая Бурденко, участник Первой мировой и Гражданской войн, сын Ольги Михайловны Берггольц (Королёвой по первому мужу), горничной в гостинице при мануфактуре К. Я. Паля, и строительного техника Христофора Фридриховича Берггольца, латыша[4][3], уроженца Риги, занимавшего управляющие должности на той же мануфактуре[5].

Младшая сестра — актриса Мария Берггольц (1912—2003[6]).

Родители обвенчались за несколько месяцев до рождения Ольги, поэтому бабка по отцу не пустила её в дом как «зачатую во грехе», и некоторое время девочка жила в приюте, где сильно заболела; тогда же её крестили в церкви Симеона и Анны и отвезли домой[7].