Во мне живут

[arbeka]

Во мне живут семьЯ (с)

"Но самые интересные, с точки
зрения нашего исследования, замечания относительно пуш
кинских писем сделал в начале века В. В. Сиповский:

„Осо
бенность этих писем <...> заключается в том, что образ
поэта меняется в зависимости от того, к кому он пишет,
меняется до неузнаваемости, до слияния с чуждым образом:
с литератором — он только литератор, с политиком он —
политик, с сплетником — сплетник, с гулякой — только
гуляка и ничего более. Как хороший артист, которого никто
не узнаёт в разных ролях, сживается Пушкин с разными
ролями. <...> Сравним этот образ с тем, что просвечивает
в его лирических произведениях, мы увидим полноё совпа
дение"

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

Если никто не мошенничал, то фараон давал равные шан
сы банкомету и понтеру35. Осторожная игровая тактика,
которой, по собственному признанию, всегда пользовался
один из гостей Нарумова, Сурин, называлась мирандоль („иг
раю мирандолем"; ѴИІ, 227). Она состояла в том, чтобы
делать небольшие ставки, а выигрыш не оставлять на столе,
а забирать36. Чекалинский предупреждает Германна о том,
что обычно не ставят крупную сумму на первую карту, или,
как это называлось, „семпелем" (VIII, 250). Вопрос Чека-
линского после первого выигрыша Германна: „Изволите пол
учить? " (VIII, 251) — подразумевает, что банкомет ожидает
от Германна продолжения игры, следующей ставки, вклю
чающей первоначальную и выигрыш. Необычная тактика иг
2 06
ры — по одной крупной ставке три вечера подряд — при
влекает толпу зрителей. Когда в конце, несмотря на конеч
ный проигрыш Германна, зрители отпускают замечания о
том, как он „славно спонтировал" (ѴІИ, 252), они, очевидно,
имеют в виду, что в его холодной выдержке (по одной
карте за вечер) и в том, как он внешне небрежно бросает
на ветер огромную сумму, есть определенная красота.