я совершенно не
Mar. 8th, 2024 09:16 am"Я видел своими глазами уходящий в небытие мир Польской
Конницы. Мне довелось узнать необыкновенного человека —
кавалериста, рассказы которого до сих пор волнуют мое вооб
ражение.
Полковник Кароль Руммель, воспитанник петер
бургского пажеского корпуса, выпускник отделения батальной
живописи тамошней же Академии художеств, офицер русской
императорской армии в войне с немцами 1914—1918 годов, он
обладал блестящим даром рассказчика. Обычно свои воспоми
нания он начинал в самый неожиданный момент. На фильме
«Лётна» полковник был нашим консультантом. Однажды перед
входом в здание, где разместилась съемочная группа, кто-то
оставил велосипед. «Еще в Первую мировую войну, во время
атаки, — внезапно начал полковник, — мы скосили семнадцать
шеренг отступавшей германской пехоты». Потом посмотрел на
свою ладонь и продолжал: «И что интересно, я совершенно не
отбил себе руку, в то время как мои товарищи — все как один —
на следующий день ни на что не годились. Меня выручил вело
сипед, в точности такой, как этот. Он стоял перед штабом, я
подошел, вырезал из покрышки полосу резины, натянул ее на
рукоять сабли, и это меня спасло».
Конницы. Мне довелось узнать необыкновенного человека —
кавалериста, рассказы которого до сих пор волнуют мое вооб
ражение.
Полковник Кароль Руммель, воспитанник петер
бургского пажеского корпуса, выпускник отделения батальной
живописи тамошней же Академии художеств, офицер русской
императорской армии в войне с немцами 1914—1918 годов, он
обладал блестящим даром рассказчика. Обычно свои воспоми
нания он начинал в самый неожиданный момент. На фильме
«Лётна» полковник был нашим консультантом. Однажды перед
входом в здание, где разместилась съемочная группа, кто-то
оставил велосипед. «Еще в Первую мировую войну, во время
атаки, — внезапно начал полковник, — мы скосили семнадцать
шеренг отступавшей германской пехоты». Потом посмотрел на
свою ладонь и продолжал: «И что интересно, я совершенно не
отбил себе руку, в то время как мои товарищи — все как один —
на следующий день ни на что не годились. Меня выручил вело
сипед, в точности такой, как этот. Он стоял перед штабом, я
подошел, вырезал из покрышки полосу резины, натянул ее на
рукоять сабли, и это меня спасло».