Истоки 5 пункта

[arbeka]

"Они искали объяснения инцидента с
крупнейшим психологом С.Л. Рубинштейном. 29 сентября 1943 г
-
он первым среди представителей этой науки был избран членом-
корреспондентом АН СССР.

Тем не менее его не оказалось в ут-
вержденном правительством первом составе учрежденной в нача-
ле октября Академии педагогических наук РСФСР. В среде специ-
алистов память об этой истории сохранилась даже через полвека.
Несколько лет тому назад меня расспрашивал о ней ученик С.Л. Ру-
бинштейна директор Института психологии РАН А.В. Брушлин-
ский, трагически погибший от руки килера. В 1963 г. секретарь
Ленинградского горкома КПСС Ю.А. Лавриков, излагая выступ-
ление Н.С. Хрущева перед творческой интеллигенцией, в котором
. он полемизировал с Е.А. Евтушенко по еврейскому вопросу, упо-
мянул, что Хрущев не только сослался на октябрьское решение
Политбюро 1943 г., но и подчеркнул, что его никто не отменял.
Впрочем, известно, что на самом деле некоторые ограничения на-
чались еще в 1937~"1938 гг.'И.Г. Эренбург отмечал меры, относя-
щиеся к весне 1943 г- Политработников высокого чина в армии и
военных юристов стали заменять в 1942 г. Мой друг старый солдат
И.З. Кадсон рассказывал об одном дивизионном политработнике-
еврее, глубоко переживавшем свое смещение, но вознагражден-
ном назначением на равный пост в дивизии, сформированной уже
в Германии из венерических больных.

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

Приезжая в Ленинград работать в архиве, он жил обычно
в «Астории». Номер, в котором я слушал большинство его
рассказов, был недорогим и более чем скромным, получал
он его при посредстве своего московского друга, инженера
«Интуриста», но в глазах тех, кому это не было известно, он
выглядел, говоря современным языком, как очень важная
персона. В действительности же, придя однажды из архива,
он застал свой номер опечатанным. В гневе вбежал он в
кабинет директора гостиницы со словами: «Я — профессор
Зайончковский!» Однако директор поставил его на место,
159
Советские историки: о чем они говорили между собой
сообщив, что приехали румынские футболисты. Присущая
его рассказам ироническая манера на этот эпизод не рас-
пространялась...

Среди его зна-
комых были представители различных общественных сло-
ев, видевшие в нем редкого для тех времен историка-про-
фессионала неказенного типа. Однажды он позвонил мне
из Москвы и сообщил, что в Ленинград едет из Москвы
внук Саввы Тимофеевича Морозова, и предложил мне встре-
чу с ним. Внук, корреспондент «Известий», которого звали
точно так же, как деда, был очень на него похож. В его
рассказах бабушка, вдова С.Т. Морозова, которую Горький
изобразил ничтожной и серенькой ткачихой, выглядела сов-
сем иначе. Вышла замуж за генерала Рейнбота, московского
градоначальника, купила подмосковное имение, которое
впоследствии стало называться «Горкиленинские». «Это было,
когда Ульяновы жили у нас», — говорила она. После войны,
собрав внуков, она поехала с ними в «Горкиленинские» («хочу,
детки, чтобы вы посмотрели, как мы там пили рабоче-кресть-
янскую кровь»). Позже внук Морозова издал документаль-
ную повесть о своем деде, где есть, вероятно, и более инте-
ресные вещи, чем те, что мне запомнились. Но тогда я слу-
шал его яркую и легкую речь с восхищением. Вдруг у меня
в памяти мелькнул один из персонажей книги В. Каверина

[belkafoto.livejournal.com]

Возвышение Поспелова после снятия Хрущева, объяс-
няли нам сотрудники Института марксизма-ленинизма, дало
ему возможность устроить для участников конференции
экскурсию в кремлевские кабинет и квартиру Ленина. Воз-
главленная капитаном и замыкавшаяся штатским наша груп-
па прошла через коридоры Совета министров, встречая не-
молодых и не по моде одетых женщин-служащих.

[belkafoto.livejournal.com]

Молодая
женщина-экскурсовод говорила об ульяновской семье без
обычной приторной почтительности и даже с некоторым сар-
казмом.

[belkafoto.livejournal.com]

я услышал от А.Л. Сидорова. Это была
последняя моя с ним встреча, весной 1966 г. его не стало.
Во время довольно частых предыдущих встреч его рассказы
всегда были очень интересны и откровенны, далеко выходя
за пределы общепринятой тогда тематики. Помню его рас-
сказ об устроенной в 1935 г
- московским Институтом крас-
ной профессуры встрече с рабочими-зубатовцами, на кото-
рой они «забили» красных профессоров не только яростной
защитой самого С.В. Зубатова, но и его организаций, де-
монстрируя через много лет свою марксистскую подготов-
ку, полученную на лекциях о марксовом «Капитале», читав-
шихся для них в университете профессорами.

[belkafoto.livejournal.com]

Одна-
ко в начале 1975 г
- новый директор Института истории СССР
акад. А.Л. Нарочницкий, который ввел, кроме общегосудар-
ственной, собственную цензуру, требуя представления ему
в корректуре указанных им работ и потом разрешая или
запрещая издательству их выпуск в свет, прислал в Ленин-
град комиссию во главе с Ю.А. Поляковым. Н.Е. Носов,
заведовавший ЛОИИ, был болен. Думаю, что Нарочницкий
из этого и исходил. Советский сектор должен был обследо-
вать Г.А. Трукан, а нашу группу истории СССР периода
капитализма — В.И. Бовыкин. Ею заведовал после B.C. Дя-
кина я. Среди приехавших были еще две дамы. Фамилий их
я не запомнил, не уверен, входили ли они официально в
состав комиссии, но дело, которым они занялись, было се-
рьезным. Они просматривали протоколы заседаний в поис-
ках неосторожно сказанного или неточно записанного. По-
скольку речь шла о записях чисто производственных разго-
воров (протоколы предназначались, разумеется, не для
печати, а для архива), у них получился некоторый улов.
Например, в обвинительную часть акта комиссии попала
фраза из протокола о том, что после Февраля 1917 г- много
офицеров стало кадетами, а солдат — эсерами.

[belkafoto.livejournal.com]

Когда все кончилось, Н.М. Пирумова пригласила к себе
домой нашу четверку, Волобуева, Авреха и В. Тимошенко,
которая отличилась на конференции в Ленинграде еще в
1959 г
-> когда продолжали обсуждать вопрос об эксплуата-
ции России иностранным капиталом. Один из минских про-
фессоров назвал в своем выступлении злейшим врагом бе-
лорусского народа иностранного капиталиста по фамилии
Макдональд. В. Тимошенко, тогда еще аспирантка, взяв сло-
во, сказала, что это была женщина по имени Аграфена, вдо-
ва волжского первой гильдии купца. А откуда у нее появи-
лась фамилия Макдональд, установить не удалось.
Пока дамы хлопотали на кухне, Юра спал на хозяйской
кровати — такого нервного напряжения стоила ему его речь
историка перед историками.

[belkafoto.livejournal.com]

К тому, что сказано в посвященном ему очерке Е.Г. Эткинда
в книге «Записки незаговорщика. Барселонская проза», должен доба-
вить свои воспоминания о встречах с ним, по большей части в
ежегодно собиравшейся моим другом Е.М. Тепером компании ис-
панистов и нескольких к ним примкнувших. Однажды Д.П. Приц-
кер не меньше часа пел под гитару испанские песни. Все зачаро-
ванно слушали. Кончив, он извинился перед дамами: приличных
песен, извините, не знаю. В другой раз рассказал, что во время
эвакуации наших из Испании в 1938 г. его заботам как переводчи-
ка и не только как переводчика был поручен человек, представив-
шийся одесситом Левиным. По словам Д.П. Прицкера, он с моло-
дежным максимализмом принялся выискивать погрешности свое-
го спутника в испанском, русском и даже итальянском. Тот покорно
со всем соглашался, объясняя дело особенностями одесской речи,
а когда приплыли к южному побережью Франции, поступила
команда обеспечить благополучную высадку Левина, оказавшего-
ся Пальмиро Тольятти. Я не могу не согласиться с Е.Г. Эткиндом
в том, что трудно представить себе более блестящего и эффектив-
ного дипломата, чем был бы в этой роли Д.П. Прицкер.

Давид Петрович Прицкер

[belkafoto.livejournal.com]

Давид Петрович Прицкер (7 ноября 1917, Киев — 7 января 1997, Санкт-Петербург) — советский и российский историк, доктор исторических наук.

Весной 1972 года по просьбе Е. Г. Эткинда показал А. И. Солженицыну зал заседаний Государственной Думы в Таврическом дворце. «Я ещё не торопясь промеривал его шагами, записывая, какие стены, люстры, колонны» (материалы были нужны для узлов «Красного колеса»: «Октября Шестнадцатого» и «Марта Семнадцатого») — писал Солженицын. В это время Д. П. Прицкер был лектором областной партийной школы, которая в тот момент занимала здание. Партийная школа считалась режимным учреждением, и охрана прервала экскурсию. Через день Прицкер сумел предупредить Эткинда: «Считаем: я — не знал, кого водил. Ты мне сказал — доцент из Сибири». Позднее Прицкеру угрожали увольнением, потребовали письменное объяснение, в котором Давид Петрович написал, что не знает фамилии человека, которому показывал дворец. Увольнение не состоялось. В примечании 1990 года к воспоминаниям «Бодался телёнок с дубом» Солженицын писал: «А я-то теперь, уже кончив „Март“, не наблагодарюсь: что б я делал, не повидав Таврического своими глазами изнутри?»[1] Солженицын в пятом дополнении к своим мемуарам «Бодался телёнок с дубом» («Невидимки») включил Д. П. Прицкера в список своих 117 тайных помощников, помогавших ему размножать, хранить, прятать, перевозить рукописи и собирать материалы к ним[1].

[belkafoto.livejournal.com]

Главный идеал его мо-
лодости составляло просветительство. Он родился в 1894 г.
и рос в еврейской патриархальной семье, мать его происхо-
дила из знаменитой раввинской династии Шнеерсонов, а
отец, такой знатностью происхождения не отличавшийся,
был раввином сначала в белорусском местечке Копысь, а
затем в Полоцке. Мой отец обладал серьезной подготовкой
в области еврейской филологии и истории, в 1920—1924 гг.
в числе мест его преподавания в Петрограде (Военно-поли-
тический институт им. Толмачева, Военно-морские поли-
тические курсы, Областная совпартшкола, Педтехникум им.
Некрасова) был и Институт высших еврейских знаний. Он

тринадцати лет он покинул семью

[belkafoto.livejournal.com]

Но интерес к рус-
ской образованности и культуре был таким сильным и ран-
ним, что тринадцати лет он покинул семью и начал учить-
ся в Вильне в частной еврейской гимназии П.И. Кагана,
зарабатывая уроками.
Поступив в 1915 г. на юридический факультет Петро-
градского университета, он проявил специальный интерес
к психологической теории права, которую изучал под руко-
водством профессора Л.И. Петражицкого. Это привело к
необходимости углубленных и интенсивных занятий на ис-
торико-филологическом факультете по кафедрам философии,
психологии и философской педагогики под руководством
И.О. Лосского, И.И. Лапшина, С.Л. Франка, Н.И. Кареева,
И.М. Гревса и С.И. Гессена.

[belkafoto.livejournal.com]

Соедине-
ние древнееврейской образованности с новой русской фило-
софией и еще не огосударствленным марксизмом было ос-
новой его общенаучной подготовки

[belkafoto.livejournal.com]

Став студентом, он в 1916 г. начал преподавание на Пе-
троградских вечерних курсах для взрослых, существовавших
при Обществе распространения просвещения среди евреев.
Цель этой деятельности состояла в том, чтобы приобщить
еврейские массы к светской культуре, трудовой и общест-
венной жизни, преодолеть конфессиональные шоры и мно-
голетние трудовые и бытовые ограничения, обусловленные
203

жизнью в черте оседлости. П

[belkafoto.livejournal.com]

По отзывам знавших Я.Я. Гуревича людей, он
во многом повлиял на своего племянника ИЛ. Андроникова
и формирование его жанра устного рассказа, при этом был
рассказчиком гораздо более талантливым и ярким.

[belkafoto.livejournal.com]

В Институте Герцена отец появился в 1922 г. Однако, я
полагаю, что он с самого начала организации института был
в курсе этого дела. Я никогда специально не изучал этого,
но уверен, что оно не обошлось без З.И. Лилиной (Леви-
ной), наркома просвещения Союза коммун Северной обла-
сти, первой жены всесильного в Петрограде Г.Е. Зиновьева
(брак их распался). По понятным причинам в старой лите-
ратуре об институте ее имя не фигурирует, но упоминается
как член правления-и проректор ее брат Г.И. Левин, актив-
ный большевик, член Петербургского комитета в дорево-
люционное время, вышедший после революции из партии
и работавший в Петропрофобре, а затем на кафедре педа-
гогики Института им. Герцена, умерший в 1941 г. Он был
женат на сестре моего отца.

[belkafoto.livejournal.com]

Для наших современников учебник — обыденное дело,
тем более когда он один из нескольких. Иначе обстояло
дело тогда, особенно применительно к гуманитарным дис-
циплинам. Учебник был единственным. Но и независимо
от этого искусственного средства придания ему значитель-
ности учебник играл важную роль в духовной жизни обще-
ства. Для авторов работа над учебником носила исследова-
тельский характер, была связана с научной разработкой раз-
личных тем и целых разделов курса. Именно так обстояло
дело у отца. Он работал над исследованием по истории рус-
ской гимназии второй половины XIX в., всецело отдавшись
своему давнему влечению. Эта работа послужила ему док-
торской диссертацией, защищенной в Москве в 1943 г
-> и
выдержала два издания — в 1947 и
*954 гг
-

[belkafoto.livejournal.com]

Речь идет об аспи-
рантах и диссертантах, выполнивших свои диссертационные
исследования под его руководством. К 1969 г. насчитыва-
лось 37ег° официальных подопечных. Но фактически их было
гораздо больше. В течение нескольких десятилетий диссер-
тационное дело было едва ли не главной формой научной
работы при всех недостатках, которые в этом были. Отец
руководил присланными в Институт Герцена людьми раз-
личных национальностей — от китайцев и монголов до ли-
товцев и немцев. Во многих случаях требовалось не только
научное руководство, но и ускоренное продолжение обра-
зовательной подготовки, в частности языковой. И как ста-
рый специалист по обучению взрослых он делал это с но-
вым энтузиазмом. У нас в семье часто возникало сожаление
по поводу того, что отец тратит на чужие работы так много
времени в ущерб собственным. И это при том, что он рабо-
тал каждый день с утра до вечера, отрываясь лишь для поез-
док на работу и иногда в филармонию. Но отец не только
любил своих учеников, но очень ценил общение с ними. Та-
кую же черту я и мои университетские товарищи по историче-
скому факультету наблюдали у наших учителей С.Н. Валка и
Б.А. Романова, для которых самыми интересными были прак-
тические занятия на первом курсе.

[belkafoto.livejournal.com]

На экзаменах он старался выяснить не столько знание
вопросов билета, сколько собственное отношение студен-
тов к ним. Часто расспрашивал о жизни на родине, в различ-
208
Воспоминания о моем отце — Ш.И. Ганелине
ных районах страны, о студенческом быте. Объяснял экза-
менационные неудачи недоеданием и посылал в буфет за
бутербродами (об этом мне рассказала бывшая студентка
дефектологического факультета, где он читал курс).

[belkafoto.livejournal.com]

Долгое время он был единственным доктором наук по
своей специальности, и поэтому ему приходилось часто вы-
ступать в качестве оппонента. Оппонирование и рецензи-
рование диссертаций на кафедре занимали в его работе боль-
шое место. До сих пор не могу отдать себе отчет в том, прав
ли он был, с такой серьезностью относясь к диссертациям и
их защитам. Скорее всего, дело было в том, что люди его
поколения — я встречал это не только у него — с одинако-
вым энтузиазмом выполняли любую работу

[belkafoto.livejournal.com]

Отнюдь не имею в виду того, что теперь обо-
значается с помощью формулы «внутреннее диссидентство».
В возможностях творческого применения марксистского
метода в исследовательской работе он, получивший обще-
научную подготовку самого различного методологического
характера, не сомневался, хотя многое, конечно, ему при-
ходилось писать не так, как хотелось бы. Участие в созда-
нии советской образовательной системы считал своим жиз-
ненным делом. При этом он ясно понимал пороки партий-
ного руководства просвещением и педагогической наукой.
Запрет педологии, например, привел, по его словам, к тому,

[belkafoto.livejournal.com]

что перестали изучать ребенка. Разумеется, сознавал — и не
только задним умом — размах и характер репрессивной по-
литики, хотя говорить об этом не любил — обстоятельство,
характерное не только для него, благополучного советского
профессора, но и для моего учителя Б.А. Романова, сидев-
шего по так называемому «Академическому делу».

[belkafoto.livejournal.com]

Очень рано, вероятно, назидания ради, рассказал мне,
как чуть ли еще не до моего рождения избежал вербовки в
осведомители. Оставался беспартийным по принципиаль-
ным соображениям, имея близких друзей среди старых
большевиков. На протяжении многих лет отец и географ
профессор П.В. Гуревич были дружны с заместителем ди-
ректора Института Герцена в 1932—1936 гг., а затем одним
из партийных кураторов ленинградской школы А.А. Пись-
менским и его женой Ф.М. Письменской. Считал, что нельзя
быть членом партии при невозможности поддерживать во
всем ее политику. По этой причине не одобрил моего всту-
пления в партию в 1961 г. («да еще с твоим языком»).

[belkafoto.livejournal.com]

Теперь я приведу несколько рассказов отца, иллюстри-
рующих, как мне кажется, манеру его поведения в сложных
обстоятельствах того времени.
После избрания в 1947 г- в члены-корреспонденты АПН
РСФСР отцу было предложено вступить в партию вместе с
Б.И. Коваленко, избранным также в члены-корреспонден-
ты, и Б.Е. Райковым, действительным членом АПН. Уго-
варивая каждого, ссылались на согласие двоих других, уже
якобы полученное. Они, однако, созвонились и определили
истинное положение дела. Один глухой, второй слепой, рас-
суждал отец, за кого же принимают меня? (Б.Е. очень плохо
слышал, а Б.И., известный тифлопедагог, был слеп.) Отца
смущало, помимо прочего, то обстоятельство, что его уче-
ник Н.Н. Петухов, возглавлявший тогда партком института
(они оставались близкими друзьями до самого конца жизни
отца), предложил ему рекомендацию. За советом отец обра-
тился к старейшему профессору института В.А. Десницко-
му, близкому другу Ленина, вышедшему из партии в 1918 г.
в знак протеста против красного террора. В ответ тот рас-

сказал, как в 1920 г., приехав в Москву и остановившись
«у Ульяновых», он получил от них предложение вернуться в
партию с рекомендацией Ленина и как он по настоянию
Л.Б. Красина избежал этого. «А Вы боитесь обидеть Петухо-
ва», — заключил он свою речь. Отец, убедившись таким
образом, что Н.Н. Петухов, получив его отказ, окажется в
весьма почтенном обществе, устоял, как, впрочем, и оба
других кандидата.

[belkafoto.livejournal.com]

Года через два его, беспартийного, в разгар так назы-
ваемого «ленинградского дела», пригласили в партком. Отец
предстал перед комиссией, исключавшей из партии дирек-
тора института Ф.Ф. Головачева. Как руководитель одной
из крупнейших или даже крупнейшей в Куйбышевском рай-
оне организации тот входил в состав бюро райкома, а быв-
шая ранее первым секретарем Т.В. Закржевская, переве-
денная незадолго до того с повышением в ЦК, была арес-
тована. Судьба Головачева была, разумеется, ясна, но
комиссия «соблюдала приличия». Отца спросили о его от-
ношении к директору. «Вижу в нем свидетельство победы
культурно-просветительной политики советской власти», —
заявил он как бы не к месту. Последовало предложение
объяснить эту странную позицию. И он рассказал, что за
много лет до того, придя проводить занятия, если не оши-
баюсь, на рабфаке, застал группу деревенской молодежи,
приехавшей в институт, причем некоторые были в лаптях.
Заведующий предупредил отца, что многие из них учились
грамоте в порядке ликбеза. После занятия один из нович-
ков (кажется, это было их первое занятие) подошел к отцу
и сказал, что не понимает его. Это был Ф.Ф. Головачев,
обладавший гораздо лучшей, чем другие, подготовкой.
Начались усиленные занятия.

[belkafoto.livejournal.com]

А затем, продолжал отец свои показания перед партий-
ной комиссией, Головачев стал историком, причем исто-
риком Запада, защитил диссертацию по истории Герма-
нии, использовав многочисленные материалы на немец-
ком языке. Завершил отец свой монолог риторическим
вопросом: «Если такого человека партия назначила моим ди-

ректором, могу ли я считать это ее ошибкой ?» Помню его
слова о том, что один из членов комиссии, пожилой чело-
век, кивал ему с одобрением. Однако пафос отца был оце-
нен комиссией как беспринципность. И многострадально-
му Н.Н. Петухову пришлось заглаживать дело, как и тогда,
когда на столе у первого секретаря обкома партии В.М. Анд-
рианова оказался вышедший в 1949 г- том §4 «Ученых запи-
сок» института под редакцией отца и с его статьей-некроло-
гом, посвященной его близкому другу Л.Е. Раскину, посмерт-
но обвиненному в связях с эсерами в молодости.

[belkafoto.livejournal.com]

Через год-два после этого появился у нас дома очень ве-
селый, интеллигентный, светский, действительно приятный
и обходительный немолодой диссертант из Грузии. Он шу-
тил по поводу банкета, который устроит после защиты, обе-
щая привезти бочонок легкого вина. Посмотрев диссертацию,
отец отказался от оппонирования, сочтя работу слабой. Че-
рез некоторое время его вызвал новый директор Н.П. Кире-
ев и сообщил, что в защите заинтересован Л.П. Берия. Сво-
его решения отец не переменил, по-видимому, настоящего
давления на него оказано не было, но ведь должно было
хватить и намека, и я до сих пор не понимаю, как принци-
пы научной этики превозмогли естественное чувство само-
сохранения

[belkafoto.livejournal.com]

Это была, впрочем, не единственная неприятность, ко-
торую отец, сам того не желая, доставил дирекции инсти-
тута. Однажды в эти же годы (i949~~1
95°) была прислана
отцу на отзыв из ВАКа защищенная в Москве докторская
диссертация. Срок представления отзыва, указанный в со-
проводительном письме, был для отца неудобен, и он отве-
тил письмом о готовности прислать отзыв к более позднему
сроку. Если для ВАКа такой срок оказался бы неприемле-
мым, он просил сообщить ему об этом для немедленного
возвращения работы. Из ВАКа ничего не последовало, но
пришло письмо с просьбой ускорить рецензирование от
автора диссертации, которому в нарушение правил оказа-
лись известными не только сам рецензент, но и его пере-
писка с ВАКом. А в институт пришла грозная правительст-

венная телеграмма по поводу поведения отца, подписанная
А.В. Топчиевым, одним из самых влиятельных руководи-
телей научной жизни страны, решительным, опытным и
строгим администратором сталинской школы (не помню,
был ли он тогда заместителем министра высшего образова-
ния или уже перешел в руководство АН СССР). Возражать
ему считалось невозможным. Но отец составил объяснение
с указанием на чрезмерную осведомленность автора дис-
сертации и представления отзыва не ускорил.

[belkafoto.livejournal.com]

Помню и противоположное — заключенный отцом ком-
промисс в ситуации, которая теперь выглядит комичной, а
в «застойное» время отнюдь таковой не была. Однажды, когда
отец уже редко выходил из дома, позвонил по телефону лек-
тор Общества по распространению политических и науч-
ных знаний с просьбой к нему обязательно прийти на засе-
дание педагогической секции Общества. Лектор подлежал
исключению из Общества, разумеется, с лишением зара-
ботка, за то, что он в лекции о дружбе, любви и товариществе
в явном противоречии с чисто духовным и возвышенным
характером официально утвержденной темы рекомендовал
юношам начинать половую жизнь с женщинами постарше
себя. Достав палкой из-под шкафа давно не надеванные га-
лоши, отец, как в старину, отправился на ниву просвети-
тельства. Вернулся довольный собой и объявил нам: «Пора-
жение в правах на полгода. Совсем оправдать не удалось, хотя я
сказал, что рекомендация дельная».

[belkafoto.livejournal.com]

Задаваясь сейчас вопросом о мировоззрении отца и при-
чинах его пристрастия к Институту Герцена, хотя с адз1 г- в
течение многих лет он был связан и с Университетом, я
прихожу к тому, что одновременная разработка фундамен-
тальных наук и методики их преподавания, которая была
основой деятельности института, отвечала отцовскому иде-
алу обязательного соединения науки с просветительством
(в близкой мне области знаний блестящий пример такого
сочетания являл собой В.Н. Вернадский, глубокий исследо-
ватель и непревзойденный эрудит). Приверженность отца к
институту была близка к фанатизму. В последнем разговоре

со своим внуком — моим сыном — он попросил его: «Обе-
щай, что не пойдешь в артисты, а поступишь в герценовский».
Сын мой стал все-таки артистом, хотя занимается теперь и
детским театром. Друг отца еврейский писатель Б.Л. Галь-
перин усматривал в этом раввинскую наследственность, про-
явившуюся через два поколения. Но отец и сам, хотя избе-
гал артистизма в поведении, очень ценил силу воображения
как свойство характера и средство общения. У малышей
превыше всего ставил способность к игре и выдумку в ней,
что же касается школьников, то всегда мечтал, чтобы учиться
было не только интересно, но и весело.