Идет война народная
eirc6325 июля 2023, 8:54
Даже немцы удивляются
"Украинские танки заправляют топливом, полученным из российской нефти, сообщает немецкая газета Handelsblatt со ссылкой на данные украинской таможни.
Я думаю, там ещё печальнее. Как бы и топливо не оказалось российским. Вон в правительстве что-то зашевелились, предложили ограничить список экспортеров топлива.
Вице-премьер Александр Новак поддержал предложение Минэнерго России по ограничению количества экспортеров бензина
eirc6325 июля 2023, 8:54
Даже немцы удивляются
"Украинские танки заправляют топливом, полученным из российской нефти, сообщает немецкая газета Handelsblatt со ссылкой на данные украинской таможни.
Я думаю, там ещё печальнее. Как бы и топливо не оказалось российским. Вон в правительстве что-то зашевелились, предложили ограничить список экспортеров топлива.
Вице-премьер Александр Новак поддержал предложение Минэнерго России по ограничению количества экспортеров бензина
no subject
Date: 2023-08-25 05:59 am (UTC)Что здесь важно, спрашивал Арон Каценелинбойген. В случаях с таким полуподпольным производством или сбытом государство формально ничего не теряло – свои деньги, по назначенной им же самим цене и в рамках установленных им же самим норм, государство получало исправно. И подпольные производители, и спекулянты с точки зрения экономики всего лишь оптимизировали баланс между затратами и выпуском и между спросом и предложением. Почему власть была так нетерпима именно к участникам такого рынка?
При этом граница между «коричневым» и «черным» рынками была довольно зыбкой. Но, тем не менее, понималась всеми очень хорошо. Например, «командированный за границу», привозивший импортные вещи на продажу своим знакомым, рисковал значительно меньше, чем фарцовщик, скупавший точно такие же вещи у приезжих иностранцев и перепродававший их своим знакомым. Водитель государственного автомобиля, подвозивший пассажиров, рисковал значительно меньше, чем человек, превративший свой личный автомобиль в частное такси. Почему? На этот вопрос Каценелинбойген давал очень оригинальный ответ. Власть рассматривала «коричневый рынок» как необременительное для себя средство привлечения работников в важные для государства области деятельности, где можно таким путем ограничиваться сравнительно низкой заработной платой. И такая деятельность угрозы для власти не представляла.