![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaс ним единственным – о деньгах
((Современное прочтение. Гамлет приезжает в Маскву и узнает...
А ничего так версия.
Придуманная, конечно.
Весь мир - театр.))
.............
https://bekara.livejournal.com/1331998.html
26 июня 2023, 0:31
Гамлет
вероятно я никогда это уже не допишу - нужно было тогда
где-то в марте наверное, когда мы добивали "гамлета" - вернувшись от детей, села записывать - на восемь страниц хватило, дальше я прервалась
изначально это задумывалось, кажется, чтобы объяснить, что такое сторителлинг. вот примерно это. у меня
про самого Гамлета, Клавдия, Гертруду - даже про Офелию до конца не успела... но тут все равно много главного. пусть останется
Записать, чтобы не забыть
Заканчиваем с подростками обсуждать «Гамлета», которого мне конечно никогда не ставить – ну так хоть поговорить…
Очень быстро мы его обсудили, мало что успели, еще и две субботы выпали из-за «Британии» - ничего сделать с ним мы не успеем, да и не надо, не обязательно – но вот сегодня читали наконец «быть или не быть», все – пусть хоть это останется
Дальше сумбурное. Просто если не запишу – то сама и забуду. Большую часть всего этого проговариваешь только в тот момент, когда оно наконец становится надобно) Но вот это то что уже проговорено – более менее
Начну с Горацио. Самый мой – увы – нелюбимый. Нельзя любить всех – даже тут. Потому, низко и подло, с ним единственным – о деньгах. Приехал позже, чем Гамлет. То есть, когда тот уезжал – наверняка стремительно, на похороны отца же – не был с ним, не знал, то есть с ним он не жил точно, квартира своя. Иначе бы вместе с ним и уехал. А жил он там дооооолго… Они же – ровесники. В школе вместе учились – если не с самим принцем (у принца могло быть конечно и домашнее обучение) – то с Бернардо и Марцеллом то точно (о чем ниже))) Как сказала сегодня одна девочка – у них там в Дании на всех одна школа. Наверняка, одна. Потому что Дания это дыра – из которой каждый нормальный человек хочет вырваться. И не хочет назад.
А Гамлету тридцать лет. Этот факт вспоминают не всегда – меж тем он записан черным по белому, в речи Могильщика – Первый могильщик поступил на службу тридцать лет назад, когда старый Гамлет победил старого Фортинбраса – в год, когда родился молодой Гамлет. «В комнату вошел старик лет тридцати пяти» - Пушкин о Карамзине, в девятнадцатом веке – у Шекспира был шестнадцатый. В пятнадцать лет становились взрослыми – у Грозного в том же веке в пятнадцать надо было выходить дворянам на службу. В пятнадцать мальчик уходит из дома и хлопает дверью. В пятнадцать Гамлет уехал в Виттенберг – учиться. А сейчас ему тридцать. Пятнадцать лет прошло. Он не пубертатный подросток от слова совсем. «Вот про это и история» (с))) Он давно уже отучился и мог вернуться домой. Он не вернулся. Он очень не хочет возвращаться – раз до сих пор не вернулся. Его не держит там ни женщина – ни слова о ней, ни наука – и о ней ни слова. Книги, которые можно читать, спектакли, которые можно смотреть – да. Читать и смотреть – но не писать и играть. Что он там делает все эти годы – бог весть. Учеба давно закончилась. Прелесть новизны жизни в университетском городе (где наверняка были первые женщины, первые попойки, первые драки) – тоже. У него и там нет дела – иначе он вернулся бы туда – несмотря ни на что. Он пребывает там, в Виттенберге – только чтобы не быть здесь, в Дании. Здесь он быть ранее никогда не хотел.
((Современное прочтение. Гамлет приезжает в Маскву и узнает...
А ничего так версия.
Придуманная, конечно.
Весь мир - театр.))
.............
https://bekara.livejournal.com/1331998.html
26 июня 2023, 0:31
Гамлет
вероятно я никогда это уже не допишу - нужно было тогда
где-то в марте наверное, когда мы добивали "гамлета" - вернувшись от детей, села записывать - на восемь страниц хватило, дальше я прервалась
изначально это задумывалось, кажется, чтобы объяснить, что такое сторителлинг. вот примерно это. у меня
про самого Гамлета, Клавдия, Гертруду - даже про Офелию до конца не успела... но тут все равно много главного. пусть останется
Записать, чтобы не забыть
Заканчиваем с подростками обсуждать «Гамлета», которого мне конечно никогда не ставить – ну так хоть поговорить…
Очень быстро мы его обсудили, мало что успели, еще и две субботы выпали из-за «Британии» - ничего сделать с ним мы не успеем, да и не надо, не обязательно – но вот сегодня читали наконец «быть или не быть», все – пусть хоть это останется
Дальше сумбурное. Просто если не запишу – то сама и забуду. Большую часть всего этого проговариваешь только в тот момент, когда оно наконец становится надобно) Но вот это то что уже проговорено – более менее
Начну с Горацио. Самый мой – увы – нелюбимый. Нельзя любить всех – даже тут. Потому, низко и подло, с ним единственным – о деньгах. Приехал позже, чем Гамлет. То есть, когда тот уезжал – наверняка стремительно, на похороны отца же – не был с ним, не знал, то есть с ним он не жил точно, квартира своя. Иначе бы вместе с ним и уехал. А жил он там дооооолго… Они же – ровесники. В школе вместе учились – если не с самим принцем (у принца могло быть конечно и домашнее обучение) – то с Бернардо и Марцеллом то точно (о чем ниже))) Как сказала сегодня одна девочка – у них там в Дании на всех одна школа. Наверняка, одна. Потому что Дания это дыра – из которой каждый нормальный человек хочет вырваться. И не хочет назад.
А Гамлету тридцать лет. Этот факт вспоминают не всегда – меж тем он записан черным по белому, в речи Могильщика – Первый могильщик поступил на службу тридцать лет назад, когда старый Гамлет победил старого Фортинбраса – в год, когда родился молодой Гамлет. «В комнату вошел старик лет тридцати пяти» - Пушкин о Карамзине, в девятнадцатом веке – у Шекспира был шестнадцатый. В пятнадцать лет становились взрослыми – у Грозного в том же веке в пятнадцать надо было выходить дворянам на службу. В пятнадцать мальчик уходит из дома и хлопает дверью. В пятнадцать Гамлет уехал в Виттенберг – учиться. А сейчас ему тридцать. Пятнадцать лет прошло. Он не пубертатный подросток от слова совсем. «Вот про это и история» (с))) Он давно уже отучился и мог вернуться домой. Он не вернулся. Он очень не хочет возвращаться – раз до сих пор не вернулся. Его не держит там ни женщина – ни слова о ней, ни наука – и о ней ни слова. Книги, которые можно читать, спектакли, которые можно смотреть – да. Читать и смотреть – но не писать и играть. Что он там делает все эти годы – бог весть. Учеба давно закончилась. Прелесть новизны жизни в университетском городе (где наверняка были первые женщины, первые попойки, первые драки) – тоже. У него и там нет дела – иначе он вернулся бы туда – несмотря ни на что. Он пребывает там, в Виттенберге – только чтобы не быть здесь, в Дании. Здесь он быть ранее никогда не хотел.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
2004-05-23 00:05:00
Date: 2023-07-08 06:08 pm (UTC)Сейчас я видела в метро парня и девушку – общались они преимущественно жестами, потому я приняла их сперва за глухонемых - но это были обычные влюбленные. Девушка села на скамейку, парень на противоположную, жестами они подзывали друг друга - пока рядом с нею не села другая девушка. Ее парень остался стоять, держась за поручень – и когда первая девушка, дурачась, пересела наконец к своему возлюбленному, вторая девушка зазвала к себе своего парня. Зазвала, а сама, не отрываясь, смотрела на тех – первых. Те, первые, резвились вовсю, и вторая девушка глядела на них. А парень ее, меж тем, уже, кажется, что-то и понимать стал. Снять бы ему этот чудовищный спортивный костюм, выбить из рук бутылку пива, стереть с лица равнодушное выражение! Первое – невозможно, второе – жалко, третье… - третье было вполне в его власти. И вот, с огромным трудом, скрипя ржавыми колесами, он стал таки разворачиваться в сторону своей девушки. А девушка смотрела и смотрела, девушка тихо пьянела, пьянилась чужой любовью, а парень ее все оживлялся, и оживлялся, оживал, прямо скажем, на глазах, и уже сыпал ей в ухо какими-то замечаниями, и уже… А она все смотрела.
И вот, наконец, она вскочила, и побежала навстречу какому-то третьему, незначительному лицу, владельцу горного велосипеда, и что-то заинтересованно спрашивала у него, что-то, может быть, и не интересное, и вышла, наконец, под руку со своим, своим возлюбленным, почти счастливая, на своей остановке.
Зависть – двигатель прогресса. Один из многих.