но стремительно растет

[arbeka]

но стремительно растет доля тех

— Когда появились данные ваших опросов об уровне поддержки СВО, хотелось, как Станиславский, вскричать: «Не верю!»

Артемий: Да, когда в марте опубликовали первую волну замеров, те, кто был против операции, сказали: «Нет! Какие 65% «за»?! Такого просто быть не может!» Вначале у нас был шок: что с этим теперь делать, стоит ли вообще публиковать.

Дарья: Стали даже думать, а может, это мы что-то не так делаем?

— Ну, ваше дело не должно подлежать цензуре. Вы ж опровергаете возможность жить, «под собою не чуя страны».

Артемий: Но главное, с чем мы столкнулись — повсюду вокруг информационные пузыри, только та информация, которая соответствует определенным взглядам и ценностям. И решили: надо их прокалывать.

— Можете сейчас создать биоробот типичного «одобрямса» СВО?

— Да, но прошу это воспринимать не в категориях «абсолютно так», а в категориях «большинство из…». Так вот, большинство из тех, кто поддерживает, мужчины от 45 лет и старше, как правило, не занимаются бизнесом, но довольны своим доходом, независимо от его размеров. Доход может быть и 20 тысяч рублей, но человек говорит — «у меня все супер, я доволен, все классно». Это те люди, которые привыкли делегировать решения власти, они не хотят разбираться в том, что происходит. Они говорят: «То, что происходит, оно все верно…» Эти люди зачастую получают информацию из телевизора. Когда они приходят в интернет, сталкиваются с диссонансом: негатив по отношению к СВО, который они там видят, не укладывается в их картину мира. Поэтому они выбирают для себя источник, который для них комфортен, без диссонанса внутри.

— Уровень критического мышления?

— В рамках потребляемого канала информации. Будем откровенны: как у провластного электората, так и у оппозиционного электората оно очень часто страдает.

— Мы десятилетиями считали, что главная проблема российского общества — коррупция. Оказалось — влияние пропаганды.

— Это правда, и социологические замеры это подтверждают. Те, кто смотрит телевизор, склонны одобрять СВО. Те, кто смотрит ютуб, склонны отрицать, те, кто читает Telegram, разделились: в большей степени они «против», но стремительно растет доля тех, которые выступают «за». Мы задаем вопросы также про интернет-СМИ. Их читают, но респонденты затрудняются их дифференцировать, назвать конкретные источники, большая часть россиян просто называют «Гугл» и «Яндекс».

https://novayagazeta.livejournal.com/17039541.html

Comments

[lj-frank-bot.livejournal.com]

Здравствуйте!
Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категории: Общество (https://www.livejournal.com/category/obschestvo?utm_source=frank_comment).
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.

[belkafoto.livejournal.com]

"— Конечно. Как правило, это те люди, которые снимают с себя ответственность за то, что происходит, перекладывая все важные решения на власть. Не высказывают свою позицию, потому что считают, она не нужна, власть и так знает. Это так называемые сторонники общественного договора. Но при этом раньше, до 24 февраля 2022 года, когда мы спрашивали: «Как вы оцениваете положение дел в стране?» — люди говорили: «Главное, войны нет, значит, все хорошо».

— А понятно, в какой момент устойчивая русская мантра «лишь бы не было войны» перешла во «все не так однозначно»?

— Нет. Но ясно одно: во время Великой Отечественной война была в каждом доме, сейчас большая часть россиян действительно не ощущает спецоперацию, как то, что на них влияет: где-то что-то идет, но жизни не касается.

Но когда происходит что-то глобальное и резонансное (теракт на Крымском мосту), за один день рейтинги поддержки сильно проседают, люди начинают чувствовать, что это на самом деле рядом. Но спустя неделю они об этом забывают.

Если бы на СВО взимался налог 10% с доходов

[belkafoto.livejournal.com]

— Условия работы изменились за последний год?

— Если говорить про изменения в подходах, они колоссальные. Мы уже знаем, что на прямые вопросы «Вы поддерживаете или не поддерживаете военную операцию России на территории Украины?» большая часть россиян скажут: «Поддерживаю» или «Скорее поддерживаю». Это безопасный ответ, это ответ социально одобряемый, они знают, что большинство поддерживают, и вряд ли скажут что-то против, тем более по телефону, думая, что за ними следят и могут звонить из ФСБ. Поэтому нужно искать другие подходы, проективные методики. К примеру,

вместо прямого вопроса про поддержку мы уже с марта задаем вопрос: «Если бы у вас была возможность вернуться в прошлое и отменить решение о военной операции, вы бы это сделали или не сделали?»

— И очень много людей этого не сделали бы.

— Но если, к примеру, 69% поддерживают по прямому вопросу о военной операции, то по проективному вопросу 55%. Еще в начале военной операции мы задавали вопрос: «Если бы на СВО взимался налог 10% с доходов, вы бы согласились его платить или нет?»

— Согласились бы?

— Нет. Никто не согласен.

[belkafoto.livejournal.com]

— У вас есть статистика прерванных интервью…

— Да, это люди, которые на одном из вопросов отказались общаться с оператором и сбросили звонок. Как правило, прерываются интервью как раз на вопросе «Как вы считаете — успешно или не успешно идет военная операция?». Поэтому мы стараемся его ставить в самый конец.

И реакции респондентов сильно изменились. Например, мы проводили несколько опросов на улице в Москве в марте и апреле 2022 года, и на интервьюеров накинулись четыре бабушки, начали бить их сумками: «Вы из ВСУ!», «Вы из ФСБ, да вы тут нас сейчас сдадите!» И такое повторяется, негатива очень много

[belkafoto.livejournal.com]

— Грубые ответы?

— Ну они были всегда, но сейчас мы понимаем, что люди больше озлоблены.

В некоторых волнах исследований мы задавали вопрос: «Вы боитесь или не боитесь принимать участие в опросах на тему о ситуации в Украине?» И 24%, по-моему, на последнем исследовании нам сказали, что они опасаются принимать участие в опросах.

И вот эти 24% — это как раз те люди, которые настроены наиболее негативно. Они не поддерживают власть, не поддерживают военную операцию.

нежелание тратить время на опросы

[belkafoto.livejournal.com]

— Но сколько точно людей в России боятся, мы не знаем?

— Да, к сожалению, мы не можем знать наверняка, потому что человек отказывается от прохождения опроса почти всегда без объяснения причин. Мы делали несколько исследований отказов. Мы слушали прерванные интервью, чтобы понять, почему люди отказываются, действительно ли из-за страха, но это не так. Самые частые причины — это занятость, в целом нежелание тратить время на опросы. И только в последнюю очередь страх. Так что если смещение и есть, то оно незначительное.

[belkafoto.livejournal.com]

Но мы можем примерно подсчитать, сколько людей не боятся. Есть разные метрики для того, чтобы это как-то идентифицировать. Мы задавали вопрос, к примеру, относительно митингов против СВО. 23% сообщили, что они готовы принять участие в митинге против СВО. Но если им гарантируют безопасность, права, гарантируют, что их не задержат, эти 22% превращаются в 40%. Ядро, условно, 22%, остальные — при каких-то гарантиях. Это можно снимать разными метриками, мы снимали вопросом про участие в акциях протеста, он наиболее показателен. Во-первых, это активность, нужно встать и что-то сделать, не все к этому готовы. А во-вторых, это определенные угрозы.

[belkafoto.livejournal.com]

Обсудим трансформацию материнского сознания. Вы это исследовали?

— Это мы еще не исследовали, но это действительно феномен. Мы лишь однажды решили задать вопрос родителям: «Готовы ли вы отправить своего ребенка на фронт?» И вот некий низкий процент был готов.

Дарья: И к тому же выяснилось:

те, у кого в спецоперации участвуют знакомые, больше поддерживают военные действия, чем те, у кого не участвуют. Если сына мобилизовали, поддержка растет: раз уж он ушел, то это справедливо.

группа нейтралов

[belkafoto.livejournal.com]

И вот

группа нейтралов была равна группе противников. Похоже, она действительно самая большая в России, но и ее можно разделить. И еще есть затрудняющиеся, которых мы вообще не можем исследовать, которые на все отвечают «мы не знаем».

[belkafoto.livejournal.com]

— А как сегодня членится общество и членится ли вообще?

Артемий: Интересный вопрос. Я бы общество разделил, скорее, по финансовой удовлетворенности, потому что абсолютно все показатели — поддержка/неподдержка СВО, поддержка/неподдержка президента, удовлетворенность/неудовлетворенность ситуацией в России — все связаны именно с финансовым показателем. С возрастом даже порой в меньшей степени.

— В стране несостоявшегося капитализма доходы стали мерилом?

— Но не просто деньги, а удовлетворенность своим доходом. Те, кто говорит нам, «я могу вообще что угодно купить», не всегда богатые, это порой люди, просто довольные своим доходом, они могут 20‒30 тысяч рублей в месяц получать, но в целом их все устраивает. Довольные благосостоянием и недовольные благосостоянием.

В России многие люди привыкли, что они живут плохо. Им не хватает денег, это объективный факт, но в целом с этим мириться они могут. С другой стороны, мы видим, что наиболее бедные группы населения не поддерживают СВО, а более богатые и считающие себя обеспеченными поддерживают.