arbeka: (Default)
[personal profile] arbeka
в январе 2009 года

((Прошло 12 годиков. Решительно не помню шума по поводу открытия архивов.
Не нашли ничего скандального?))
......................
"Вопрос об условиях номинирования Пастернака вызывает споры вот уже полвека.

Главным препятствием спорящих служит то, что архив Нобелевского комитета открывается для публики только через пятьдесят лет после присуждения премии, и все пастернаковские обстоятельства станут известны тем самым лишь в январе 2009 года – когда полностью минуют оговоренные сроки.

Вот почему перед закрытой архивной дверью мы можем судить и рядить только на основании мемуаров, частных писем и свидетельств современников.

Самым чувствительным вопросом для многих остается мотивация шведских академиков: была ли Нобелевская премия присуждена Пастернаку «по совокупности», то есть за весь творческий путь, или решающую роль сыграл роман? Был бы Пастернак отмечен наградой без «Доктора Живаго»? Достаточно ли Нобелевский комитет отдавал себе отчет в том, какая литературная фигура выносилась на рассмотрение в 58-м? Не было ли в действиях ученых старцев политического душка, не подталкивалось ли решение атмосферой международного скандала? Вообще, какую роль сыграла во всем этом политика?

Date: 2021-12-20 11:01 am (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Конкуренты Пастернака

Шведская газета Sydsvenskan, первой ознакомившаяся с материалами архива, пишет, что среди основных конкурентов Пастернака были четверо: датчанка Карен Бликсен, француз Сан-Жон Перс, а также итальянцы Сальваторе Квазимодо и Альберто Моравиа.

Двое из этих писателей – Альберто Моравиа и Карен Бликсен – Нобелевскую премию никогда не получат, что впоследствии станет одним из постоянных упреков в адрес Шведской Академии. И действительно, Карен Бликсен – одна из самых значительных и влиятельных скандинавских писательниц, а Альберто Моравиа – едва ли не самый яркий представитель неореализма в литературе Италии.

Сан-Жону Персу и Сальваторе Квазимодо "повезло" больше. Последний получил Нобелевскую премию сразу вслед за Пастернаком – в 1959 году ("За лирическую поэзию, которая с классической живостью выражает трагический опыт нашего времени"), а Персу ("За возвышенность и образность, которые средствами поэзии отражают обстоятельства нашего времени") – в 1960 году.

Среди претендентов на премию Sydsvenskan называет и Михаила Шолохова. По данным шведской газеты, его выдвинул писатель и член Шведской Академии Харри Мартинсон совместно с ПЕН-клубом. В свою очередь, кандидатуру Пастернака в 1958 году выдвинул Альбер Камю, лауреат Нобелевской премии по литературе 1957 года.

Фигура Харри Мартинсона

Date: 2021-12-20 11:02 am (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Фигура Харри Мартинсона в данном контексте выглядит крайне любопытно. Во-первых, именно он выдвигал кандидатуру Бориса Пастернака в 1957 году. Во-вторых, знакомство Мартинсона с советской литературой никак нельзя называть "шапочным" - "писатель из народа" с идеальной "рабочей" биографией (однако переживший влияние модернизма), Мартинсон еще в 1934 году был приглашен в СССР на первый съезд Союза писателей. Поездка в Москву Мартинсону совсем не понравилась – до такой степени, что в 1939 году он записался добровольцем в финскую армию после начала советско-финской войны.

Еще одним примечательным фактом выдвижения Шолохова является причина, по которой его кандидатура перестала рассматриваться Шведской Академией. По данным Sydsvenskan, академики решили, что у Шолохова в последнее время не появлялось новых произведений. В 1965 году, когда советский писатель получил Нобелевскую премию за роман "Тихий Дон", об этом решили не вспоминать.

Date: 2021-12-20 11:04 am (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Кроме того, не стоит забывать, что Пастернак находился в числе претендентов на премию уже более 10 лет. В 1957 году его кандидатура была отвергнута, как следует из опубликованных материалов, не из-за недостаточной ценности его наследия (тогда еще не включавшего "Доктора Живаго"), но из-за того, что в 1956 году лауреатом стал испанский поэт Хуан Рамон Хименес. Члены Академии сочли, что две премии подряд за "трудную" лирику создали бы тенденцию, которая могла бы повредить репутации Нобелевской премии.

Тем не менее, и выход "Доктора Живаго" в 1957 году не стоит недооценивать. Скорее всего, именно публикация романа стала решающей в борьбе с основными претендентами на премию. Постоянный секретарь Шведской Академии Андерш Естерлинг (Anders Oesterling), ознакомившийся с романом сначала по-итальянски, отмечал, что произведение стоит над политикой. Из-за этого Естерлинг одобрял кандидатуру Пастернака, даже несмотря на то, что "Доктор Живаго" не вышел в Советском Союзе.

Date: 2021-12-20 04:52 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Специально на выставку прилетел из Нью-Йорка сотрудник Радио Свобода (кстати, первый советский человек, нанятый туда в штат) писатель Владимир Юрасов. В брошюре «Картинки с выставки: Брюссельские встречи» он вспоминал:

Юрасов разгуливал по выставке, присматривался к посетителям, плотно обедал в советском павильоне (три порции маринованных грибов под водку, суп-селянка, севрюга, жаренная на вертеле), заговаривал с сотрудниками:

Date: 2021-12-20 04:53 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Разговор о «Докторе Живаго» Юрасов вел не ради пустой забавы. В своей брошюре он ничего не рассказывает о бесплатной раздаче романа всем желающим. Правда, толстые 634-страничные книги разошлись за один день, но многие экземпляры достались активистам – русским эмигрантам, еще в течение месяца охотно приносившим к павильонам по первой же просьбе не только Пастернака, но и других запрещенных в СССР авторов.

Date: 2021-12-20 04:54 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Пройдет полтора месяца, и после объявления о Нобелевской премии «Живаго» начнут передавать в эфир в замедленном чтении – так, чтобы слушатели успевали записывать

Date: 2021-12-20 04:56 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Почему же, спрашивает Крис Вос (автор книги по истории голландской спецслужбы BVD), так торопило ЦРУ своих гаагских коллег с выпуском русского издания? И передает общее мнение голландских разведчиков: потому что шведы считали, что Нобелевская премия Пастернаку без выхода издания по-русски невозможна. ЦРУ считало, что вручение самой престижной награды запрещенному советскому автору станет чудовищной оплеухой кремлевским властям.

Того же мнения и сын поэта Евгений Борисович:

«'Пиратское' издание русского текста сделало все-таки свое благое дело. Нобелевский комитет смог приобрести эту книгу и тем самым получил возможность выставить кандидатуру Пастернака на обсуждение. Ситуация, при которой существовали только переводы романа, а оригинал оставался

неизданным, была благополучно разрешена» (Континент, № 107, с. 314).

Date: 2021-12-20 04:57 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Больше же всех недоволен произошедшим (если не считать официальную Москву) был Фельтринелли: в «Мутоне» ему никто не раскрыл коварного замысла – раздавать издание бесплатно. Да еще и от ватиканского имени, да еще и целенаправленно советским туристам! Это же чистая провокация.

И он был совершенно прав. ЦРУ обвело вокруг пальца всех: такой хитрости, как запасной издательский вариант (Мюнхен – Гаага), никто не подозревал, а кто ждал официальных шагов «Мутона» (Жаклин – летом, Фельтринелли – осенью, главный редактор ван Скуневельд – по мере подготовки корректуры), тот не догадывался о тайной типографской игре де Риддера.

Date: 2021-12-20 04:58 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
И Анонимное Общество «Издательский Дом Мутон и Ко.», расположенное в Гааге по адресу Хердерштраат, 5, сделало заявление для печати о том, что по ошибке ими был выпущен на русском языке роман Бориса Пастернака «Доктор Живаго» тиражом 1060 (так в заявлении. – Ив. Т.) экземпляров и тем самым были нарушены права Издательства Джанджакомо Фельтринелли, обладающего исключительным правом на это издание.

Заявление было послано в важнейшие мировые газеты: «Corriere della Sera» (Милан), «Telegraf» (Гаага), «Times» (Лондон), «New York Times», «Figaro» (Париж), «Die Welt» (Гамбург) и «Frankfurter Allgemeine Zeitung».

Date: 2021-12-20 05:09 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
За четыре месяца Фельтринелли побывал в Мексике и на Кубе. Проехал на автомобиле половину Соединенных Штатов, встречался с журналистами и издателями, но для нашей темы важно, что он решил с издательством Мичиганского университета проблему русского издания «Живаго», поделив книжные рынки: американцам доставались американские покупатели, читающие по-русски, а также канадцы и все жители Западного полушария, Филиппин и Японии, Фельтринелли – читатели в Европе, на Ближнем Востоке и все, не охваченные американцами. Мичиган печатал книгу по верстке Феликса Морроу, Фельтринелли – по своей, таким образом, текст получался несколько отличным, но все равно оба восходили к «мальтийскому».

За соглашение с Мичиганом Фельтринелли получил десять тысяч долларов отступных, и на всех книгах при этом должен был стоять его копирайт 1957 года. Даже на Мичиганском русском 58-го, как потом будет стоять и на собственном фельтринеллиевском 59-го. Так что мутоновский тираж так и остался самим Фельтринелли неучтенным, нежелательным для упоминания.

Остается прибавить, что отношения Мичигана с Фельтринелли складывались болезненно. Как рассказала Кэтрин Бим в своем докладе «Издание Доктора Живаго в Анн-Арборе, Мичиган» (Стэнфорд, 2007), когда первый десятитысячный тираж романа был за месяц раскуплен и в феврале 59-го пришлось отпечатать второй (15 тысяч), Фрэд Вик стал интересоваться, действительно ли у Фельтринелли есть все те права на русское издание романа, о которых тот постоянно твердил. Адвокаты уверили Вика, что правильнее будет продолжать платить Фельтринелли и ставить знак его копирайта, что и было сделано. Тем не менее, Фельтринелли так и не предъявил никогда Мичигану (и вообще кому бы то ни было) копию своего договора с Пастернаком. Прежде всего, конечно, опасаясь, что западные специалисты по авторскому праву найдут какие-то зацепки для лишения его мировых прав.

Падение спроса на роман в начале 60-х привело к затовариванию отпечатанными книгами на мичиганском складе, так что готовившиеся исправления, над которыми трудилась в Париже Жаклин де Пруайяр, пролежали еще семь лет.

Date: 2021-12-20 05:10 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
18 членов Шведской Академии Литературы должны до четверга сделать свой выбор и о нем объявить.

В этом году Нобелевская премия по литературе выразится в сумме 41. 420 американских долларов. Из хорошо осведомленных источников сообщают, что многие члены жюри – возможно даже, что большинство их – высказываются за присуждение премии Борису Пастернаку».

Date: 2021-12-20 05:34 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Хроника травли Пастернака властями и Союзом писателей хорошо документирована и стала для ХХ века чем-то вроде хроники преддуэльных дней Пушкина.

Вот основные события тех дней в самом сжатом изложении.

«На следующее утро (24-го. – Ив. Т.), – пишет сын поэта, – была предпринята попытка заставить Пастернака отказаться от премии. В письме Поликарпова М. А. Суслову красочно передается разговор Федина с Пастернаком. Не поздоровавшись с Зинаидой Николаевной и не поздравив ее с именинами, на которых он традиционно бывал в этот день, Федин прошел в кабинет к Пастернаку» (ЕБП. Биография, с. 702).

Поначалу Пастернак держался воинственно, категорически сказал, что он не будет делать заявления об отказе от премии и могут с ним делать все, что хотят, – сообщал Поликарпов, который сидел в это время на фединской даче и ждал возвращения хозяина. – Затем он попросил дать ему несколько часов на обдумывание позиции. После встречи с К. А. Фединым Пастернак пошел советоваться с Вс. Ивановым. Сам К. А. Федин понимает необходимость в сложившейся обстановке строгих акций по отношению к Пастернаку, если последний не изменит своего поведения.

литератор Лихоталь

Date: 2021-12-20 05:36 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
В этот день к Пастернаку приходил с поздравлениями Корней Чуковский с внучкой Еленой, сменялись репортеры и журналисты западных газет. Узнав об угрозах Федина, Чуковский посоветовал Пастернаку тотчас же поехать к Е. А. Фурцевой с объяснениями. Пастернак отказался поехать, но тут же написал ей письмо.

Пастернак – Фурцевой:

Я думал, что радость моя по поводу присуждения мне Нобелевской премии не останется одинокой, что она коснется общества, часть которого я составляю. Мне кажется, что честь оказана не только мне, а литературе, к которой я принадлежу... Кое-что для нее, положа руку на сердце, я сделал. Как ни велики мои размолвки с временем, я не предполагал, что в такую минуту их будут решать топором. Что же, если Вам кажется это справедливым, я готов все перенести и принять... Но мне не хотелось, чтобы эту готовность представляли себе вызовом и дерзостью. Наоборот, это долг смирения. Я верю в присутствие высших сил на земле и в жизни, и быть заносчивым и самонадеянным запрещает мне небо» (там же, с. 702—703).

«Такой текст, – замечает Евгений Борисович, – показался Чуковскому нарочно рассчитанным, чтобы ухудшить положение. Письмо осталось не отосланным» (там же).

Однако Тамара Иванова, жена писателя и соседка Пастернаков, вспоминала, что письмо к Фурцевой все же было передано сыну Бориса Леонидовича Леониду, но его выманил непонятно зачем дежуривший целый день у Пастернака на даче литератор Лихоталь, ничего Фурцевой так и не передавший (Тамара Иванова, с. 257).

Date: 2021-12-20 05:40 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
ожидаю от вас справедливости. Вы можете меня расстрелять, выслать, сделать все, что угодно. Я вас заранее прощаю. Но не торопитесь. Это не прибавит вам ни счастья, ни славы. И помните, все равно через некоторое время вам придется меня реабилитировать. В вашей практике это не в первый раз» (ЕБП. Биография, с. 704).

В послевоенной советской истории подобных писем еще никто не писал. И историческое возмездие чиновных получателей писем еще не настигало. Писательские генералы ничему не смутились, истории не застеснялись. Ираклий Абашидзе, Иван Анисимов, Валентин Катаев, Вера Панова, Александр Прокофьев, Николай Чуковский, Мариэтта Шагинян постановили исключить Пастернака из Союза.

Заседание тянулось бесконечно – чуть ли не целый день, все маялись, то выходили из зала в буфет, то вполголоса обменивались какими-то шутками. По существу, за Пастернака не вступился никто – разве что Александр Твардовский, по словам Константина Ваншенкина, «напоминал, что есть мудрая пословица по поводу того, сколько раз нужно отмерять и сколько отрезать». А Грибачев, часто ездивший в то время за границу, боялся, что это «повредит нам в международном плане».

Date: 2021-12-20 05:49 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Чтобы предотвратить попытку самоубийства, о возможности которой Ивинская сообщила Федину, Пастернаку был прислан постоянно дежуривший в доме врач» (ЕБП. Биография, с. 705; Континент, № 108, с. 230).

Date: 2021-12-20 05:50 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Неожиданно для всех 29 октября, съездив в Москву и поговорив по телефону с Ольгой Ивинской, он пошел на телеграф и отправил две телеграммы. Одну – в Стокгольм. Другую – в ЦК Поликарпову:

«Благодарю за двукратную присылку врача. Отказался от премии. Прошу восстановить Ивинской источники заработка <в> Гослитиздате».

Date: 2021-12-20 05:54 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Продолжает Евгений Борисович:

«Ольга Всеволодовна рассказала нам, что, напуганная всем происходящим, она обрушилась в тот день на Пастернака с упреками в легкомыслии и эгоизме. „Тебе ничего не сделают, а от меня костей не соберешь“, – сказала она ему по телефону. Она тогда получила отказ издательства дать ей работу. Эти упреки переполнили чашу терпения. Вероятно, в эти дни Пастернак написал открытку в Париж, в которой

«Высылка за границу, – рассказывает сын поэта, – обсуждалась с Поликарповым в ЦК. Пастернак болезненно воспринял отказ Зинаиды Николаевны, которая сказала, что не может покинуть родину, и Лёни, не захотевшего разлучаться с матерью. Чтобы не оставлять заложников, он письменно должен был просить разрешение на выезд Ольги Ивинской с детьми. Он спрашивал меня, согласен ли я поехать с ним вместе, и обрадовался моей готовности сопровождать его, куда бы его ни послали. Высылка ожидалась со дня на день» (ЕБП. Биография, с. 707).

Джавахарлал

Date: 2021-12-20 05:56 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
По свидетельству Ильи Эренбурга, внезапный перелом в ходе событий произошел после телефонного звонка Джавахарлала Неру Хрущеву по поводу притеснений Пастернака, и ТАСС тотчас же гарантировал неприкосновенность личности и имущества писателя и беспрепятственность его поездки в Швецию.

Через Ивинскую Пастернаку было предложено написать обращение к Хрущеву и открытое письмо в «Правду». Они появились 2 и 6 ноября. Ольга Всеволодовна участвовала в составлении обоих писем. Правдинское она писала на пару с Поликарповым, а хрущевское сочиняли втроем – она, Ариадна Эфрон и Вяч. Вс. Иванов. Здесь Пастернаку принадлежит одна-единственная фраза: «Я связан с Россией рождением, жизнью и работой и не мыслю своей судьбы отдельно и вне ее». Пришлось ездить в Переделкино для согласования отдельных выражений, переписывать. Решено было, что Пастернак передаст в город несколько пустых страниц со своей подписью. В те часы никому и в голову не приходило, чем эти чистые страницы чреваты.

Наблюдая всю эту историю из Соединенных Штатов, Роман Якобсон больше всего хотел бы, чтобы «Мутон» любой ценой отстранился от попыток вовлечь его в политическую историю и теперь, обжегшись на молоке, дул бы на воду. 6 ноября Якобсон писал ван Скуневельду:

«Я совершенно удручен пастернаковской ситуацией и глупейшей мутоновской впутанностью в эту историю» (Хинрихс, с. 77).

Date: 2021-12-20 06:00 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Обдумывая, как, не нарушая закона, получить свои деньги за роман, Пастернак планировал обменяться гонорарами с западными писателями, печатавшимися в Москве, – с Хемингуэем, Лакснесом, Ремарком, Мориаком.

Date: 2021-12-20 06:01 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Вокруг полученной награды росли легенды. Пастернака стали заваливать просьбами о материальной помощи, его мифические миллионы не давали людям покоя. Но помочь он никому больше не мог, он сам начал брать в долг у друзей.

«Неужели я недостаточно сделал в жизни, чтобы в 70 лет не иметь возможности прокормить семью?» – обращался он к сыну (ЕБП. Биография, с. 712).

Date: 2021-12-20 06:03 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
В полном противоречии с этим самообманом, в переписке Бориса Леонидовича все чаще начинают обсуждаться весьма земные денежные вопросы. 31 января 1959 года он писал Жаклин:

«Что касается денежных дел, то я не могу придти к окончательному решению. Я даже не представляю себе общей суммы, которую собрал для меня из разных источников Фельтринелли и которую он где-то хранит. Я не хочу этого знать, потому что и без того мое положение в обществе мифически нереально, как нераскаявшегося предателя родины, от которого ждут, что он повинится и поступится своей честью, чего я никогда не сделаю. Если я воспользуюсь заграничными деньгами, то стану настоящим предателем. Я не знаю общей суммы, но она должна быть очень велика. Если она находится под защитой (или под именем) Фельтринелли, пусть так и останется, пусть он берет оттуда деньги по моим указаниям, если ему не трудно, и если он еще согласен терпеть мои колебания и невольную медлительность.

Возможно, что атмосфера вокруг меня изменится. Но я ему бесконечно признателен, больше, чем он может себе представить, за благородство его хлопот и услуг, за трудности и неприятности, которые постоянно возникают у него из-за меня. Он всегда был в высшем смысле честен по отношению ко мне. Не забывайте этого, Жаклин, и не спорьте с ним, не давите на него, – это чистое, легко устранимое недоразумение. Но если он устал от меня (у него есть на это право), тогда я буду умолять Вас заменить его в этой роли и передать все деньги под Ваше наблюдение».

Получив финансовый отчет от Фельтринелли и узнавая время от времени сторонними путями о своих доходах за границей, Пастернак 2 февраля 1959 года писал в Милан через Париж, прося выплатить денежные суммы по приложенному списку. Здесь были и родственники, и переводчики, и незнакомые ему лично корреспонденты, и московские корреспонденты западных агентств, помогавшие в переправке писем.

запах денег

Date: 2021-12-20 06:05 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
По десять тысяч долларов полагалось сестрам Лидии и Жозефине, Жаклин де Пруайяр и Элен Пельтье, по пять – Окутюрье, Мартинезу, Цветеремичу, Максу Хейуарду и Мане Харари, по десять – Д'Анджело и Руге, и так далее. В списке был и Джузеппе Гарритано, пришедший в ужас, узнав о том, что ему что-то достанется. По какой-то неведомой причине он боялся, что его имя будет разглашено.

Письмо это, попав к Жаклин, у нее и задержалось, а следом к ней пришла спешная открытка от Ивинской, которая требовала его вовсе не отсылать, потому что, якобы, должны последовать изменения в перечне одаряемых.

Несомненно, запах денег, впервые повисший в воздухе с этих дней начала 59 года – громадных денег, с которыми Пастернак не знал, как поступить, – вскружил голову Ольге Всеволодовне. Именно здесь истоки той драмы, которая разыгралась полутора годами позже, сразу после смерти Пастернака.

Date: 2021-12-20 06:08 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
К стихотворению «Нобелевская премия» 20 января были приписаны строки, в которых отразились тревожные обстоятельства середины января. В одном из писем того времени он писал, что чувствует себя, как если бы жил на Луне или в четвертом измерении. Всемирная слава и одновременно одиозность его имени на родине, безденежье, неуверенность в завтрашнем дне и сотни писем с просьбами о денежной помощи в счет тех средств, которыми он не мог пользоваться. Ко всему добавлялась настойчивость О. Ивинской, стремившейся к легализации их отношений, а он не мог и не хотел ничего менять в своем сложившемся укладе.

Причиной этого нажима Ольга Ивинская называет угрозы ее ареста, которым она постоянно подвергалась. В это время Пастернак придумывает варианты шифрованной телеграммы, которую он собирался послать Жаклин де Пруайяр, если арестуют Ивинскую» (ЕБП. Биография, с. 713). «В этом случае, – писал он в Париж 3 февраля 1959 года, – надо бить во все колокола, как если бы дело шло обо мне, потому что этот удар в действительности направлен против меня».

Date: 2021-12-20 06:11 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Текст, переданный постоянному парижскому корреспонденту лондонской газеты Энтони Брауну, был не единственным вариантом этого стихотворения. Поначалу тема политических гонений увязывалась в «Нобелевской премии» с личной драмой – разрывом с Ивинской. В январе 1959 года, решив уйти от семьи, Пастернак объявил об этом своей возлюбленной. Они решили скрыться в Тарусе у Константина Паустовского. Побег должен был немного напоминать толстовский ночной уход из Ясной Поляны. Но 20 января Борис Леонидович пришел в домик Ивинской бледным, внешне потерянным, но с внутренней твердостью: он никуда не поедет. Семью обездоливать нельзя. Ивинская закатила привычную истерику. В ней взыграл, по ее словам,

«дух женского протеста. (...) Я упрекнула его в том, что он сохраняет свое спокойствие за счет моего. (...) Он беспомощно повторял, что я сейчас, конечно, могу его бросить, потому что он отверженный. Я назвала его позером; он побледнел и, тихо повторяя, что я все скоро пойму, вышел. Я не удерживала его» (Ивинская, с. 318).

Объявив, что не желает иметь с Пастернаком ничего общего, Ивинская отправилась в Москву. Нет причин сомневаться в правдивости ее описания, но вот историю появления «Нобелевской премии» она излагает неверно, хотя стихотворение создано именно в эти дни. По словам Ивинской, на следующий день после их разрыва Борис Леонидович со стихотворением в руках пошел в измалковскую халупу.

Date: 2021-12-20 06:13 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Просидев с Пастернаком три часа и записав большое интервью, Энтони Браун публиковал его в сопровождении собственного рассказа о визите в Переделкино. Что именно в этом рассказе показалось властям «политически тенденциозным»? Возможно, уверенность Пастернака в продолжении травли. Или то, что корреспондент называет поэта «символом надежды и свободы для молодой советской интеллигенции». Что выделяет в «Докторе Живаго» религиозную линию и авторские рассуждения о том, как необходимо русскому народу христианство. А вот и зримая правда Пастернака, радовался Браун: на переделкинском кладбище могилы все сплошь с крестами, значит, писатель близок к пониманию национальной жизни. А тут еще и баба с коромыслом по пути от станции к поселку, встретив заблудившегося корреспондента, заводит его к себе, а у нее, представьте, красный угол с иконами, на стене – фотографии сына и мужа. Вот она – баба верующая, вот она – пастернаковская Россия.

На допросе у Генерального прокурора СССР Руденко 14 марта Пастернак был предупрежден, «что если эти действия, которые, как уже сказано выше, образуют состав преступления, не будут прекращены, то в соответствии с Законом» он будет привлечен к уголовной ответственности. Было поставлено условие полностью прекратить всякие встречи с иностранцами.

На дверях его дачи появилась записка:

«Я никого не принимаю. Отступлений от этого решения сделано быть не может. Прошу не обижаться и извинить».

Приезжающие, – вспоминает Евгений Борисович, – брали записку на память в качестве автографа, ее приходилось писать снова.

Date: 2021-12-20 06:14 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Угрожал ли в самом деле Ивинской арест – при жизни Пастернака? Каковы были виды властей на нее? Почему до смерти поэта ее никто не тронул?

«Происходит она из дворян, характеризуется как умная, но морально разложившаяся женщина, – писал в своих записках в ЦК КПСС председатель КГБ А. Шелепин. (...) – Несколько раз высказывала желание выехать с Пастернаком за границу, в ряде случаев оказывает на него отрицательное влияние. Комитету госбезопасности известно, что Ивинская была против передачи иностранному корреспонденту антисоветского стихотворения Пастернака „Нобелевская премия“, в связи с чем высказывает недовольство Пастернаком и заявляет о своих опасениях быть арестованной» (Шум погони, с. 186 и 181).

Date: 2021-12-20 06:19 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Разумеется, агенты Лубянки, которыми все было инфильтровано, умело ссорили различные политические и этнические группы, но хватало и своих бескорыстных психопатов и расчетливых завистников, обхаживавших американцев в одиночку в надежде самим пристроиться в какую-нибудь новооплачиваемую организацию – Институт по изучению истории и культуры СССР, Радио Освобождение, Голос Америки, ЦОПЭ, Издательство имени Чехова. Все писали доносы на всех, каждый требовал не верить такому-то и особенно такому-то, в радиостудию, где диктор читал новости, врывался член соперничающей партии и вырывал из рук выпуск «политически неправильных» последних известий. Один из американских чиновников вспоминал, что после войны решено было поддерживать эмигрантов, платя им за доносы по 50 долларов. Когда доносов стало угрожающе много, ставку понизили в половину. Число сигналов немедленно удвоилось.

Date: 2021-12-20 06:20 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
С величайшей предосторожностью удалось выстроить карточный домик – создать КЦАБ (Координационный центр антибольшевистской борьбы), – но и он просуществовал меньше года.

Совершенно вымер русский Лондон, ничего не осталось от русского Берлина, даже Западного, СМЕРШем были разгромлены русская Прага и Варшава, Белград и София, еще раньше зачистили Ригу и Таллин. После 1949 года угасли противоборствующие группы даже в Париже, хотя там все еще действовали последние одиночки. Политика, деньги, выпуск книг, влияние – все переместилось за океан и сконцентрировалось теперь в Нью-Йорке. За помощью следовало обращаться туда и только туда. Значение Соединенных Штатов в идеологическом противостоянии Советскому Союзу выросло до небес и, по существу, только на американцев и можно было, впервые с 1917 года, надеяться, планируя какие-то общественные антисоветские акции.

Date: 2021-12-20 06:22 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Еле шевелившееся славяноведение было в 1957 году неожиданно взорвано полетом первого советского спутника, будто пославшего сигнал о том, что Запад проворонил утаенную мощь Москвы. Заграничные русские еще много лет благословляли этот спутник, вызволивший их из-под социальных завалов: повсюду начали открываться славянские кафедры, русские отделы общественных библиотек, западные издательства стали больше переводить классиков и выписывать из СССР научную и техническую периодику. Врага надо было знать и изучать, русский язык входил в моду, тысячи эмигрантов обрели стабильный заработок.

Вторым нетрадиционным ходом Кремля был международный фестиваль молодежи и студентов, принесший на Запад саму идею контактов с советскими людьми с помощью выставок, делегаций и приглашений. Разумеется, в основе была встречная идея Лубянки еще более широкого проникновения за границу – массового и многоканального, в том числе с помощью советских невест, каждая из которых, буквально каждая, получала свою программу действий.

Date: 2021-12-20 06:27 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Другим был подход читателя Владимира Набокова. Мы привели уже его псевдо-нобелевский перевод стихотворения Пастернака. Совершенно отказывая ему в таланте, Набоков последовательно третировал роман. Называл его «мелодраматическим» и «чудовищно написанным». Говорил, что ненавидит «не одного, а сразу четырех докторов: доктора Фрейда, доктора Живаго, доктора Швейцера и доктора Кастро» (Строгие оценки, с. 115).

Date: 2021-12-20 06:29 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
По существу, Набоков повторяет их в двух письмах к Глебу Струве – 3 июня и 14 июля 1959 года.

«Прежде всего и раньше всего (как говаривал Ленин) хочу расчистить кое-какие заторы и зажоры между моим миром и Вашим. Я не могу понять, как Вы с Вашим вкусом и опытом могли быть увлечены мутным советофильским потоком, несущим трупнаго, бездарнаго, фальшива-го и совершенно антилиберальнаго Доктора Живаго. (...) Почему бы Вам не написать, дорогой Глеб Петрович (у меня руки чешутся, но мы еще с ним висим вместе на золотой трапеции бестселлеров), ученый разбор невероятно вздорных пастернаковских «переводов» Шекспира? В Нью-Йорке нас посетил Фельтринелли с букетом роз» (Письма Набокова).

Date: 2021-12-20 06:31 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Фельтринелли хотел стать итальянским издателем «Лолиты», но Набоков от предложения отказался. И приведенное, и следующее письмо написаны на пишущей машинке с латинским шрифтом:

«Дорогой Глеб Петрович,

Хотел бы я знать, какой идиот мог Вам сказать, что я усмотрел «антисемитизм» в «Докторе Живаго»! Мне нет дела до «идейности» плохого провинциального романа – но как русских интеллигентов не коробит от сведения на нет Февральской революции и раздувания Октября (чему, собственно говоря, Живаго обрадовался, читая под бутафорским снегом о победе советов в газетном листке?), и как Вас-то, верующего православного, не тошнит от докторского нарочито церковно-лубочно-блинного духа? «Зима выдалась снежная, на св. Пафнутия ударил превеликий мороз» (цитирую по памяти). У другого Бориса (Зайцева) все это выходило лучше. А стихи доктора: «Быть женщиной – огромный шаг».

Грустно. Мне иногда кажется, что я ушел за какой-то далекий, сизый горизонт, а мои прежние соотечественники все еще пьют морс в приморском сквере» (там же).

Date: 2021-12-20 06:32 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
К числу пастернаковских поклонников всегда принадлежал композитор Игорь Стравинский, который, по словам Вадима Козового,

«возмущался развязанной против него в СССР кампанией. Год с лишним спустя, столкнувшись с новым ее отголоском, он в письме Сувчинскому от 28 февраля 1960 г. шлет проклятия „советским собакам (набросившимся на бедного Пастернака)“. Однако Доктора Живаго Стравинский не принял; месяцем раньше, 27 января, он писал Сувчинскому: „Прочел в русском подлиннике „Доктора Живаго“ и с грустью признаюсь в своем разочаровании: да ведь это настоящее передвижничество! Как странно читать в век Джэмс Джойса такой роман (написанный после него)“» (Козовой, с. 237).

Date: 2021-12-20 06:33 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
В 1963 году на Западе появился советский литератор Юрий Кротков, член Союза работников кинематографии, автор пьесы «Джон – солдат мира», посвященной певцу Полю Робсону. Советский- пересоветский писатель, Кротков, прилетев с делегацией в Лондон, немедленно попросил политического убежища. Из Англии он переехал в Париж, оттуда – в Нью-Йорк. Память Кроткова была набита самыми причудливыми историями, связанными с его второй профессией: в течении десяти с лишним лет он

работал на КГБ, в его задачу входило внедрение в среду и разработка иностранцев, занятых в Москве на дипломатической службе. Кротков постоянно крутился среди писателей, которыми со своей стороны интересовались западные журналисты. О своих заданиях и о методах работы советской контрразведки Кротков рассказал специальной сенатской комиссии американского Конгресса, а затем и историку Джону Баррону, автору известной книги «КГБ», в огромной степени основанной на рассказах Кроткова.

Date: 2021-12-20 06:39 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
В 1972 году в нью-йоркском «Новом Журнале» появился отрывок из кротковского киносценария «Борис Пастернак». В 1980-м все эти вещи были переработаны на английском языке в книгу «Нобелевская премия», встреченную критикой очень прохладно. Сюзан Зонтаг написала, что самое ценное у автора – это приведение кличек пастернаковских собак.

Тем не менее, другого столь подробного чекистского свидетельства о Пастернаке не существует. Киносценарий Юрия Кроткова начинался так:

Нина! Нина!

(...) В гостиную входит жена Хрущева. Она среднего роста, «в теле», с простым, но добрым лицом. На вид ей лет пятьдесят пять. Поверх темного платья надет передник.

– Слушай, ты прочитала «Доктора Живаго», как я тебе велел?

– Не кончила еще.

– В сон клонит?

– Малость.

– Про чего книга?

– Не знаешь что ли?

– Знаю – не знаю, – я хочу, чтоб ты сказала, ты, простая советская баба.

– Я не простая. У меня образование.

– Про чего там?

– Про жизнь человеческую. Только мудрено очень.

– Про Ленина есть?

– Нету, – Нина понижает голос: – Я вам, товарищи, совет дам. У вас ведь «прокол». Послушайте «простую» советскую бабу. Напечатайте «Доктора Живаго». Ну, две-три тысячи экземпляров. Больше не раскупят. Прочитает только наша интеллигентная знать. Не пойдет она в народ. И никто ничего и знать о ней не будет. о книге.

(...) Хрущев снова вспыхивает:

– Дура, Нинка, дура ты. Мы не имеем право спускать на тормозах, как сказал товарищ Сурков, идеологическую диверсию. На Западе роман используют, как бомбу, – Хрущев смеется. – Ступай, простая советская баба, на кухню и потроши зайцев.

(...) – На Кузнецком мосту, товарищ Хрущев, – говорит Поликарпов, – в центре Москвы, спекулянты продают «Доктора Живаго» из-под полы. Хрущев интересуется:

– Почем за штуку?

– 100 рублей.

Хрущев от неожиданности свистит.

– Это на русском языке. Эмигрантские издания. В Западной Германии, – говорит Суслов.

– Арестовывать их надо! – восклицает Хрущев.

– Эмигрантов? – спрашивает Поликарпов.

– Спекулянтов, – отвечает Хрущев. – (...) Ну вот что, товарищи. Довольно лясы точать. Надо показать овощу этому кузькину мать. Передайте Пастернаку, что я ставлю вопрос ребром: либо он немедленно откажется от Нобелевской премии и напишет покаянное письмо мне и в «Правду», либо.» (Киносценарий,

Date: 2021-12-20 06:42 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
В другой сцене Кротков приводит ценные детали, описывая, как Константин Федин идет по поручению Дмитрия Поликарпова на пастернаковскую дачу уговаривать соседа отказаться от премии:

«Это двухэтажное деревянное строение, сруб, с застекленными верандами наверху и внизу. Позади дачи – сосновая рощица. Справа – небольшой одноэтажный флигель и забор, за которым начинается участок писателя Всеволода Иванова. Центральный вход в дом осенью уже закрыт. Входить теперь надо, поднимаясь по лестнице, через „Тамбур“ и кухню.

Около лестницы стоит стол для игры в «пинг-понг», на нем что-то уложено и накрыто брезентом. Тут же колонка с колодезной водой. За лестницей – штабеля дров. Дальше стоят две машины, кофейного цвета «Победа» и светло-серый «Москвич».

Слева от ворот начинается огород. Сейчас он, разумеется, гол. В центре торчит пугало, на палке какой- то старый пиджак, шляпа и детское ружье. Дальше – сад с вишнями и яблонями, с кустами крыжовника. Еще дальше – забор, за которым участок Федина.

Тобик и Бубик с лаем бросаются на Федина. Тобик побольше, старый, слепой на один глаз, пудель. Бубик – помоложе и пошустрей. Однако, узнав знакомого человека, они стихают и виляют хвостами» (там же, с. 55).

Date: 2021-12-20 06:44 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Видя, как удобен оказался Пастернак для политических спекуляций, Георгий Адамович взялся сформулировать свое горькое отношение к «Живаго». Он подбирался к этой теме не раз, но полнее всего выразился в радиопередаче об Александре Солженицыне, прозвучавшей по Радио Свобода 13 июля 1968 года:

«Всем известно, какой шум вызвало появление романа Пастернака: Нобелевская премия, телеграммы, статьи во всех крупнейших европейских и американских газетах. Даже сравнение с „Войной и миром“. Давно и справедливо было замечено, что не будь на „Доктора Живаго“ наложен запрет в Советском Союзе, не возникни затем постыдной травли Пастернака, выход его книги не превратился бы во всесветную сенсацию.

Перечитывая роман, убеждаешься с новой силой, как преувеличено было его значение. Да, бесспорно, «Доктор Живаго» – произведение поэта. Никто, кроме подлинного поэта, не мог бы написать нескольких прекрасных стихотворений, заключающих книгу, некоторых страниц второй ее части. Чувствуется, что автор – человек на редкость искренний, духовно порывистый, мучительно пытающийся разобраться во всем, чему довелось ему быть свидетелем, и писавший свою книгу, как завещание.

Однако сколько возникает «но» при чтении «Доктора Живаго». И не говоря уж о нелепом сопоставлении с «Войной и миром», сколько в этом романе глав, о которых Тургенев, по своей привычке, не преминул бы сказать, что они «воняют» литературой.

Date: 2021-12-20 06:48 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Карманный «Живаго» был не наборным изданием, а уменьшенной копией мутоновского экземпляра – разумеется, со всеми опечатками, допущенными Григорием Даниловым.

Именно в этом, карманном виде «Живаго» шире всего распространился по Советскому Союзу 1960—80-х годов. Перевозить его через границу было легче, чем любую другую западную продукцию. По мнению эмигрантов старшего поколения, тираж засылочного издания был от 10 до 100 тысяч. Любая из этих цифр была грандиозной: обычный тираж эмигрантской книги всегда колебался от 200 до 1200 штук. Вложить огромные деньги в массовое издание для отправки «на ту сторону» мог только какой-нибудь американский «фонд».
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Узнав о приглашении в альманах Набокова, обеспокоенный возможным скандалом Струве спрашивал Гринберга, чем кончилось дело. 15 сентября Гринберг откликался:

«Разумеется, его нет. Год, примерно, тому назад он, не прочитав еще Живаго, стал меня бомбардировать ругательствами по поводу БЛП. Отношение его было недоброжелательное, потому что почти одновременно выходила в свет в Америке его Лолита. Он не мог не понимать, как ужасно невыгодны для него неизбежные сопоставления этих двух книг, случайно появившихся на здешнем рынке. Н. я хорошо знаю и много лет. Его огромное дарование нисколько не помогает ему преодолеть старый, хронический провинциализм, накопившийся с первых дней его за границей: он не менялся с 20-х годов, когда Европа его так „поразила“. Он все еще думает, что литература должна „эпатировать“».

Date: 2021-12-20 06:56 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Многих читателей Гринберг неприятно удивил, поместив во втором номере альманаха то самое пародийное стихотворение Набокова, передразнивавшее топорные обратные переводы «Нобелевской премии». Публикация едва не погубила сам альманах. Борис Филиппов рассказывал Струве в письме 3 июня 1961 года:

«Ну, а сиринская гнуснейшая пародия на „Нобелевскую премию“ возмутила и меня, и жену, и многих еще. И притом – этот мерзавец Набоков еще припутал сюда свою „Лолиту“ – „бедную“ свою прельстительницу всего мира – девочку... Но вот результат: первая книга „В. Путей“ была куплена одной организацией (для переправки в СССР. – Ив. Т.) в количестве 400 экз., а вторая только в количестве 50 – и только из-за наличия там набоковских стихов... Если бы не 57 Мандельштамов, то не купили бы и одной книжки. Это я ему (Гринбергу. – Ив. Т.) напишу на днях. О том, как многие возмущены набоковской гадостью».

Date: 2021-12-20 06:57 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
В марте 1959 года Инюрколлегия известила Пастернака о том, что на его счетах в Швейцарии и Норвегии (специально открытых для него Фельтринелли) накопилось 800 тысяч долларов. По совету Ивинской Борис Леонидович обратился к Поликарпову с просьбой позволить ему получить часть этих денег, выделив при этом 10 тысяч долларов Литературному фонду, где он продолжал состоять. Ответ Поликарпова был категоричен: полностью отказаться от каких-либо денег, но перевести все гонорары в Москву и передать их во Всемирный совет мира.

Date: 2021-12-20 06:59 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Пастернак влезал в новые долги у друзей, попросил деньги у немецкого корреспондента Герда Руге (который издал в 1959-м его фотобиографический альбом), предлагая получить долг у Фельтринелли, и под давлением Ивинской согласился получать западные гонорары рублями по частным каналам

Date: 2021-12-20 07:00 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Зная о финансовых трудностях писателя, власти продолжали свои политические двухходовки. Тамара Иванова вспоминает, что в эту пору ей позвонила по телефону Ивинская с просьбой немедленно вызвать Пастернака с соседней дачи для неотложного разговора. Своего телефона у Бориса Леонидовича не было. Оказалось, что он получил приглашение в шведское посольство, но Ивинской объяснили, что если он откажется и не пойдет, ему уплатят гонорар за перевод «Марии Стюарт» Словацкого и издадут сборник стихотворений, задержанный в печати два года назад.

Пастернак послушался. Обещания властей в очередной раз оказались ложью. Впрочем, Борис Леонидович знал о них непосредственно от Ивинской. Насколько точны были ее вести, теперь уже не скажет никто. Но то, что ее значение и активность после Нобелевской премии возросли, бросается в глаза. На 1959 год приходится пик ее влияния в пастернаковских делах

Date: 2021-12-20 07:04 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Таким образом, Борис Леонидович одобрял следующую схему контрабандной пересылки гонораров: Фельтринелли перечисляет деньги в Париж Жаклин, та выдает определенные порции Д'Анджело, который обменивает валюту на рубли (как правило, это делалось на черном рынке в Гамбурге) и передает их в Москву.

Date: 2021-12-20 07:05 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
«(...) откройте ему счет, – просил Пастернак Жаклин 6 апреля, – ввиду моей благодарности и полного доверия, на большую сумму, ну, скажем, в 100. 000 долларов (кроме его собственных десяти тысяч по списку моих подарков). Пусть он черпает из него деньги для осторожных посылок мне, не стесняясь отчетами и подробными сообщениями, поскольку мне известна его неукоснительная честность и понятна величайшая трудность такой помощи».

Д'Анджело писал, что если мадам де Пруайяр удастся получить эту сумму от Фельтринелли, то переправка денег может начаться уже летом 1959-го

Date: 2021-12-20 07:33 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Переписка Пастернака с Фельтринелли шла теперь через новое доверенное лицо, корреспондента газеты «Ди Вельт» Хайнца Шеве. Писали по-немецки. Шеве регулярно навещал Ивинскую, с которой он быстро подружился, но власти никак не препятствовали этим контактам, что нас, естественно, не удивляет.

Date: 2021-12-20 07:35 pm (UTC)
From: [identity profile] belkafoto.livejournal.com
Для меня большое несчастье, что Ф. и Ж. П. не нашли общего языка, что они недостаточно поняли, что случай со мной сказочный, воздушный и своенравный, без видимой опоры и невозможно вести себя обычным образом в вопросах, касающихся его, и это ни к чему не приводит. Ф., как я предполагаю, хочет, чтобы я подписал ему какой-то новый договор. Я одобряю все его планы. Я никогда ни в чем ему не откажу. Но подписывать, – это именно то графическое движение, которого я не имею права делать. Именно Жаклин должна была бы это делать за меня, но в том свойственном мне примирительном духе, принимая все, что не бесчестно, почти пренебрегая материальной стороной и зная, что даже при этом невнимании мы окажемся перед неожиданно большими суммами. (...)

Но Ольга встревожена 1) двусмысленностью, все время возобновляющейся ненадежностью моего положения здесь и постоянными угрозами; 2) воинственным духом Фельтринелли, который возмущается и

восстает против Жаклин; 3) боязнью возможного судебного процесса между ними, который даст пищу жадной и крикливой заморской печати, что должно меня прикончить и окончательно погубить, о чем здесь так страстно мечтают».

January 2026

S M T W T F S
     1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 1314151617
18192021222324
25262728293031

Most Popular Tags

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jan. 13th, 2026 11:30 am
Powered by Dreamwidth Studios