Вершки

Вершки

и корешки

Замечательная статья на самом видном месте известного журнала (кто, кстати, это придумал «вопли»?)    http://magazines.russ.ru/voplit/2013/4/1h.html не может не привлечь внимание. Проблема, как говорится, старая, не заживленная. И восходит она, по мнению автора, аж к далекому 1946 году.

А вот уважаемый С.Аверинцев возводил точку бифуркации к распятию Христа. Намекая этим, что смело можно удревнить споры об истоках до кроманьонцев.

Но вернемся к Нюрнбергу, который несомненно удобнее в качестве точки отсчета. В упомянутой статье за отсутствием места, конечно же, не продолжена обвинительная линия, не прокопано кто виноват и что сделал. А ведь обычно принято возводить причины 2 мировой – к Первой. А результатом 1 мировой явился Версальский («грабительский» по мнению большевиков). Так не было ли у беспристрастных судьев «рыльце в пушку» в далекие, мирные 40е? (Под судьями подразумеваются не те, кто сидел в зале, а те, кто дернал их за ниточки).

С чем можно решительно согласиться, так это с необходимостью исследований в деталях, что возможно только в научных структурах, которые переживают в очередной раз не самые лучшие времена.

С заходом

С заходом в Кудепсту, Хосту, Мацесту

Как хороша героиня «Завтрак у Тиффани»!

Можно, конечно спорить где она лучше в фильме или романе 1958 года. (Кстати, русское «у нее был роман», это калька с французского?).

Можно не спорить, а отметить, что американка неплохо перекликается с коренной англичанкой из «Cakes and Ale» Со́мерсета Мо́эма (1930).

Любители литературы могут вздохнуть, что и сексуальные предпочтения авторов тоже неплохо перекликаются.

Но что удивительного в том, что веселые дамы нравятся писателям поболее грустных? Кажется со времен «Кармен» Мериме (1845) изменился только финал, хэппи-энд как-то точнее соответствует 20 веку.

Заметка

Заметка

рассеянного читателя.

«На улице Бассеянной жил человек»... Я напряг память, припоминая, не жил ли случайно рядом с сабжем. Дурной диск, слегка поскрежетав, выдал: да, жил, недалеко, но недолго.

Когда читаешь то, что замечательно именуется “fiction”, в какой-то момент может показаться, что автор...ищу слова... Наверное, и проще, и короче, признаться, что чудесный контакт с писателем вдруг прерывается. Конечно, у всех это происходит по-разному. И потом, даже если дочитываешь, выслушиваешь эту приготовленную “story” с выражением доверчивого недоверия.