женственным интимным полушепотом

[arbeka]

1946
Я ненавижу быт, а он меня одолевает. Третьего дня жена протодьякона рассказывала мне об измене мужа.

— Какая обида самолюбию. Подумайте. Я на десять лет постарела с прошлого года. И подумайте: зачем это ему?

Далее женственным интимным полушепотом:

— Ведь мы сношения имели раз в год. И мне не нужно, и он слаб. И вот!

https://prozhito.org/notes?diaries=%5B517%5D
.................
Рассказывал человек, служащий в милиции. Во время войны в селе, обреченном на сожжение, какой-то немец вошел в избу и приказал хозяевам выходить, показывая знаками, что дом будет подожжен. Хозяева завыли, пали на колени — немец повторил распоряжение.

Утроенные слезы, мольбы, страшное отчаяние.

Немец вышел и на улице застрелился.

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

"Вера Фигнер в переписке жалуется на утомительное путешествие в течение 10 дней через пять государств домой в 1915 г., в первую Германскую войну. Попробовала бы теперь путешествовать в течение месяца куда-нибудь из Москвы на Кавказ.

Что же? Ехать к Тоне, доить коров, не пить чаю, пить молоко, ничего не читать и, в конце концов, получить наименование «лодырь». Перспективка.

Я мечтала о даме с библией в одной руке и со стаканом грога в другой, о диккенсовской даме-спасительнице. Черт побери! Приходится довольствоваться хитрой, уморительной, жалостливой и ехидной старухой, к[отор]ая величает всех курвами и б..., будучи таковой чуть ли не с младенческого возраста.

Тоня? Характер ужасный. Любила она меня до чертиков. Это верно. Всячески любила. Но ревность? Но визгливые ноты в голосе и вульгарные выражения? Общее недоброжелательство по отношению к людям. Измотанные нервы, истерия, чувство ressentiment

[lj-frank-bot.livejournal.com]

Здравствуйте!
Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категориям: История (https://www.livejournal.com/category/istoriya?utm_source=frank_comment), Общество (https://www.livejournal.com/category/obschestvo?utm_source=frank_comment), Психология (https://www.livejournal.com/category/psihologiya?utm_source=frank_comment).
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.

[belkafoto.livejournal.com]

Судят за растрату мою соседку по квартире. Другую соседку вызвали свидетельницей. Мать обвиняемой умоляла свидетельницу:

— Матушка, уж ты там скажи, как было... Какие у нас гулянки и гости... Ничего у нас не было. А я тебе за это — зарежем теленка — булдыжку дам.

Свидетельница на следствии заявила:

— Вечеринок не было... Как свадьбу справляли, не знаю — бывали у них только родственники. Наступил момент расплаты.

— Эх, матушка, какие булдыжки! Уж мы и теленка-то продали.

Теперь свидетельница кается.

— Ах, старая б... булдыжку! Хрена она мне не дала, не только булдыжку. А я дура по самую п... Рассказать бы все, как было на самом деле.

Люди, побывавшие в оккупации, внушают большое недоверие и всячески неудобны.

Во-первых, мы живы, т. е. опровергаем аксиому, что немцы всех убивали и насиловали.

Во-вторых, мы видели бюсты... с отбитыми носами, валяющееся в грязи, и портреты... освободителя на пламенном фоне многообещающей зари. Затем мы увидели обратное: бюсты с реставрированными носами, воздвигнутые на прежние пьедесталы, и портреты, разорванные и втоптанные в грязь и навоз. Люди, за столь краткое время и с такой очевидностью убедившиеся в тщете и суетности земного величия, в тайниках души своей не могут сохранить чувства благоговения перед авторитетами.

В-третьих, эти люди приобрели силой вещей печальное и циническое убеждение, что бомбы ихние и наши били одинаково метко и больно, убеждение для хорошего патриота явно неподходящее.

Эвакуация... В сущности, ее не было. Выехало несколько тысяч праведников с вещами, продуктами и водкой, а несколько десятков тысяч грешников осталось.

Им объявили:

—Не сейте паники, не играйте в руку шпионам и врагам народа. Город не сдадут.

Вошел враг, предварительно ошеломив грешников бонбоньерками. Потом с небес посыпалась отечественная манна.

Весьма интересная политическая «верояция» с точки зрения Маркса-Ленина-Сталина.

[belkafoto.livejournal.com]

7 мая. Продолжаю просматривать «Журнал Московской патриархии».

Почтенный духовный журнал утверждает, что вся православная церковь, все верующие глубоко скорбели по поводу кончины патриарха Сергия. Свидетельствую перед читателями, если они у меня будут, что большая часть верующих препаскудного областного города Калуги и не подозревала, что у них есть патриарх, именуемый Сергием, и по поводу его кончины даже не почесались.

Женщина. Трое детей. Не работает. Продает остатки вещей.

— Все время настаивают, чтобы я шла на работу. А что она мне дает? 300 руб., а с вычетом 200. Чем кормить троих детей, как одеться? Если бы я хоть была уверена, что куском хлеба и картошкой меня обеспечат.

Другая. Замуж вышла поздно. Воспитывала братьев и сестер. Долго ухаживал какой-то молодой человек. Не соглашалась.

— Потом он поехал за хлебом, привез мне много белой муки.

—Давай поженимся.

—Согласилась. Одного малого оставили у себя, других раздала по родственникам.

[belkafoto.livejournal.com]

Не спорю, что фашисты en masse тупы, вульгарны, ограниченны, дефективны, но фашистская идеология в ее высшем выражении (не в гитлеровском, конечно) достойна более внимательного рассмотрения. Она гораздо глубже и тоньше, чем полагают многие. В «Волшебной горе» Томаса Манна фигурирует крайне интересный герой—еврей с фамилией, напоминающей нафталин (Нафтал, Нафтэль — не помню точно), принявший католичество, но в силу своей болезни не смогший достигнуть высоких степеней в Римской церкви.

[belkafoto.livejournal.com]

Война кончилась год тому назад. Но и сейчас мужчины, отталкивая женщин и детей, лезут без очереди за хлебом и продуктами в магазинах. Здоровенные парни, и все—инвалиды Отечественной войны. Продавцы, боясь ночного нападения этих хулиганов, пропускают их вне очереди, не спрашивая документов, несмотря на протесты публики. Мелочь, но очень характерная.

[belkafoto.livejournal.com]

Л[уначарск]ий сулил мне: «Вы можете быть лучшей русской поэтессой за все пройденное время русской литературы». Даже это скромное предсказание не сбылось. Но я была права в потенции. Искорки гениальности, несомненно, были в моей натуре. Но была и темнота, и обреченность, и хаос, и гордость превыше всех норм. Из-за великой гордости и крайне высокой самооценки я независтлива и до сих пор. Кому завидовать? Разве я хотела бы иметь славу и достижения всех этих <нрзб.>? Нет! Я хотела бы только иметь их материальное положение.

[belkafoto.livejournal.com]

7 февраля. Мы разделились на два лагеря. Один утверждал, что прежде, чем появились яблоки, существовало некое изначальное яблоко, прежде, чем были попугаи, был изначальный попугай, прежде, чем развелись распутные чревоугодники-монахи, был Монах, было Распутство, было Чревоугодие. Прежде, чем появились в этом мире ноги и зады, пинок коленом в зад уже существовал извечно в лоне божием.

Другой лагерь, напротив, утверждал, что яблоки внушили человеку понятие яблока, попугай — понятие попугая, монахи — понятие монахов, чревоугодия и распутства, и что пинок в зад начал существовать только после того, как его надлежащим образом дали и получили.

(Спор номиналистов и реалистов в интерпретации Франса. «Восстание ангелов».)

[belkafoto.livejournal.com]

Р[озан]ов не любил смеха, а жизнь, хоть и после его смерти, демонически беспощадно осмеяла его святыня и половые прозрения... В отношении к сексу и браку он (Р[озан]ов) в чем-то, безусловно, прав. Я понимаю это. Но правота его меня, человека «лунного света», чертовски раздражает.

Сообщение Р[озан]ова: «Толстой назвал «Женитьбу» Гоголя—пошлостью». Ан вот и нет! Не пошлость. Великая философия, конечно, противоположная розановской и толстовской первых десятилетий его творческой жизни. Толстой в последние десятилетия очень хотел «выскочить в окно», да не мог и с сокрушением писал в «дневниках»: «Пойду еть ее».

[belkafoto.livejournal.com]

С самого раннего детства в половом чувствовала угрозу и гибель. С восьми лет одна мечта о величии, славе, власти через духовное творчество. Не любила и не люблю детей до сих пор, сейчас мне 55 лет. И когда мне снилось, что я выхожу замуж, во сне меня охватывал непередаваемый ужас, чувство рабства. Просыпалась я с облегчением Подколесина, выскочившего в окно.

[klausnick.livejournal.com]

весьма характерным было отношение Хармса к детям: «Я не люблю детей, стариков и старух…Травить детей - это жестоко. Но что - нибудь ведь надо же с ними делать?».

отношение Хармса

[belkafoto.livejournal.com]

Со стороны Хармса это не могло быть игрой? (которую от серьезного почти не отличить)

RE: отношение Хармса

[klausnick.livejournal.com]

Многие отмечали. Вот целое исследование:
http://www.psychiatry.ru/stat/129

Re: отношение Хармса

[belkafoto.livejournal.com]

Спасибо. Щас гляну.

[belkafoto.livejournal.com]

Уйти в свой угол и писать. А угла нет. Я втиснута в самую середину букета; советских обывателей. Ароматный букет. Задохнуться можно. Крикливые, глупые женщины, крикливые банальные дети, мало похожие на «ангельские душеньки». «Половая жизнь», т. е. спать приходится на полу довольно часто.

[belkafoto.livejournal.com]

А́нна Алекса́ндровна Барко́ва (3 (16) июля 1901[2], Иваново-Вознесенск — 29 апреля 1976, Москва)

Училась в гимназии в Иваново-Вознесенске (где её отец работал швейцаром); с 1918 г. сотрудничала в ивановской газете «Рабочий край» под руководством А. К. Воронского. Выступала в печати со стихами, которые были замечены и высоко оценены прежде всего «левой» критикой. В 1922 г. перебралась в Москву по приглашению А. В. Луначарского, секретарём которого недолгое время работала; позднее, вследствие конфликта, покидает его секретариат и пытается устроиться в различные газеты и издательства Москвы.

В 1922 году выходит её единственная прижизненная книга стихов «Женщина» (с восторженным предисловием Луначарского), в следующем году отдельным изданием публикуется пьеса «Настасья Костер».

Начало 1920-х гг. — вершина официального признания Барковой; её стихи становятся широко известны, о ней начинают говорить как о «пролетарской Ахматовой», выразительнице «женского лица» русской революции. Её лирика этих лет действительно глубоко оригинальна, она эффектно выражает мятежные (революционные и богоборческие) устремления «сражающейся женщины», виртуозно используя богатый арсенал поэтической техники (в частности, прочно утвердившиеся к тому времени в русской поэзии дольник и акцентный стих).

В 1924–1929 годах она работала в газете «Правда», в 1931–1934 годах сотрудничала в журналах «Голос кожевника», «Ударник нефти», работала внештатно в одном из отделов Политпросвета.

Однако мятежная натура Барковой довольно быстро привела её к глубокому конфликту с советской действительностью. Она не может найти себе место в официальных литературных и окололитературных структурах.

В конце 1934 г. её арестовали в первый раз. Её знакомые дали показания, что она «в беседах неоднократно рассказывала анекдоты антисоветского содержания; говорила, что при советской власти, вследствие отсутствия свободы слова и цензуры, более жесткой, чем при царском режиме, писателям нет возможности развернуть творческие силы, а после убийства Кирова оправдывала террор оппозиционеров, вынужденных прибегнуть к этому из-за отчаяния ввиду лишения их возможностей осуществлять свои идеи...». Особое совещание при НКВД СССР постановило заключить её в ИТЛ на шесть лет[3]. Её отправили в Карлаг, откуда она была освобождена в 1940 году.

В 1940—1947 годах она жила под административным надзором в Калуге, работала уборщицей, ночным сторожем, бухгалтером. В ноябре 1947 года её арестовали повторно. Из показаний женщины, у которой Баркова снимала квартиру, её дочери и одной их знакомой следовало, что Баркова не скрывала в разговорах своего «враждебного отношения к социалистическому строю», «клеветала на советскую действительность», нелестно отзывалась о Сталине, говорила об отсутствии в СССР свободы слова. Баркова была осуждена Калужским областным судом на 10 лет лишения свободы с отбыванием в ИТЛ и поражением в правах на 5 лет после отбытия наказания[3]. На этот раз её заключили в лагерь в Инту, где она находилась до 1956 года. В этот период поэтесса писала о себе так

В 1956—1957 годах жила на Украине в посёлке Штеровка близ города Луганска.

13 ноября 1957 года, несмотря на «оттепель», её арестовали в третий раз (как и прежде, по обвинению в антисоветской агитации). В постановлении на арест было указано, что она, «дважды привлекавшаяся к уголовной ответственности за контрреволюционные преступления, не отказалась от своих антисоветских убеждений, осталась на враждебных позициях и является автором ряда рукописей злобного антисоветского содержания». Луганский областной суд 27 марта 1958 года приговорил её к 10 годам лишения свободы с последующим поражением в правах на 5 лет[3].

С июня 1958 находилась в Сиблаге, с февраля 1959 — в Озерлаге, с 1961 — в Дубравлаге. 15 мая 1965 года Пленум Верховного суда УССР отменил приговор в отношении Барковой за недоказанностью предъявлявшегося обвинения[3].

С 1965 года живёт в Москве, в коммунальной квартире, получая небольшую пенсию.

Все эти годы Анна Баркова продолжает писать стихи, многие из которых достигают большой художественной силы и входят в число важнейших документов «лагерной литературы» советского периода.

Значительная часть литературного наследия Анны Барковой не опубликована.