![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaДромома́ния (греч. δρόμος «бег», греч. μανία «бешенство, помешательство»), пориома́ния, вагабонда́ж (фр. vagabondage «бродяжничество») — импульсивное влечение к перемене мест. Под дромоманией принято понимать влечение к побегам из дома, скитанию и перемене мест, наблюдается при различных психических заболеваниях.
Этиология и патогенез
В формировании дромомании выделяют реактивный этап — первый уход из дома в связи с психической травмой, затем уходы становятся привычными, фиксированными, на любую незначительную неблагоприятную ситуацию возникает привычная реакция — уход из дома. Встречается при психопатиях, обсессивно-компульсивных расстройствах.
В последующем уходы из дома становятся безмотивными, неожиданными, приобретают характер импульсивности.
Возраст возникновения
Дромомания, характерная для детского и подросткового возраста, является вполне нормальным проявлением психического развития, но известны случаи, когда, возникнув в детстве, дромомания сохраняется и у взрослых людей, причём их не останавливает наличие маленьких детей, здоровье которых во время бродяжничества подвергается опасности.
Этиология и патогенез
В формировании дромомании выделяют реактивный этап — первый уход из дома в связи с психической травмой, затем уходы становятся привычными, фиксированными, на любую незначительную неблагоприятную ситуацию возникает привычная реакция — уход из дома. Встречается при психопатиях, обсессивно-компульсивных расстройствах.
В последующем уходы из дома становятся безмотивными, неожиданными, приобретают характер импульсивности.
Возраст возникновения
Дромомания, характерная для детского и подросткового возраста, является вполне нормальным проявлением психического развития, но известны случаи, когда, возникнув в детстве, дромомания сохраняется и у взрослых людей, причём их не останавливает наличие маленьких детей, здоровье которых во время бродяжничества подвергается опасности.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2020-03-19 05:50 am (UTC)За что же навалили серебра, а золота не дали? Давайте порасуждаем. От века сильной стороной Попогребского было собирательство жизненных интонаций – что он и показал в фильме с присущей ему элегантностью. Образы обоих героев - хирургически точны. Особенно я рад за стажера. Мне ли не знать этого домашнего юношу, транклюкированного из домашних тапочек прямо в Жизнь? Паша – это я сам в армии в 1986 году. До боли мне знакома ситуация, когда мелкая ложь вдруг всасывает тебя в воронку неправды, а жизнь окружающих превращается в ад. О, эта прелестная амальгама трусости, черствости и немотивированной агрессии! В картине ситуация усугубляется еще и тем, что новое поколение живет в виртуальном мире. Павел на станцию прилетел не только из тапочек, но и прямо из компьютерной стрелялки. Там конфликты решаются аннигиляцией, что юноша и пытается проделать в реальности.
Опять же прекрасна Чукотка. Мастеровит и ловок Костомаров, заснявший ее на цифру так, что все подумали, что пленка.
Привычная структура фильма – вывернута наизнанку. Как правило, в кино главный герой - добрый молодец, а здесь он – смердящая вонючка. Сюжетный перевертыш порождает у зрителя когнитивный диссонанс. И это очень хорошо, но самый смак фильма таится в его идейной подоплеке.
Можно поюродствовать и сказать, что идея такова: “Поколение-пепси, познающее мир через экран дисплея, наложило в штаны, а наследники Великого Прошлого воссияли в божественной славе”. Ну, я так и сделаю. И буду где-то прав.
Теперь о спорных достоинствах.
Создатели фильма любят говорить о географической уникальности картины. Мол, Чукотка. Но дело том, что чуть ли не половина достойного российского кино снимается на “Чукотке”. Вспомните цвет российского кино последних 12 лет. Это - все образчики воинствующего эскапизма и материальной аскезы. Место действия – или захолустный городок, или казахская степь, или северное озеро. Герои там – схимники-простецы, уходящие от шумных городов вдаль экзистенциального простора. Антиурбанизм цементирует динамику таких фильмов как “Остров”, “Возвращение”, “Бумажный солдат', “Дикое Поле”, “Морфий”, “Изгнание”, “Груз 200”, “Юрьев день”, “Однажды в провинции”, “Окраина”, “Лунный Папа”. Поэтому в этом отношении фильм - отнюдь не нов и страдает от когда-то найденной образности. Ничего не поделаешь. “Мы живы острым и мгновенным”.
Капитуляция перед действительностью видеться и в том, что носителем добродетели в нашем авторском кино является почти всегда весьма экзотический герой. Миллионы офис-менеджеров, торговцев краденным и футболистов могут нервно покурить в сторонке. А вот забытые полярники и дикие доктора рулят не по-детски. Все они – суровы, но добродетельны. Не бреются, раздают подзатыльники. Немногословны и круты. Смертию смерть попирают, приносят себя на заклание ради трансляции благой вести.
И здесь мы натыкаемся на странную аналогию. Археологически “Как я провел лето” родственен “Возвращению” Звягинцева. По сути, Стажер (“Сын”) - преображенный полученным опытом Павел, возвращается на Материк, а Наставник (“Отец”) остается на Острове умирать, уходит в заоблачный плес. Складывается ощущение, что лучшее российское кино пытается нащупать образ Героя. И образ этот – “Отца”.
Однако, стиль Попогребского – вещь обоюдоострая. Прозаическая наблюдательность и презрение к пафосу, принесшие ему славу, может оттолкнуть тинэйджера. А тинэйджер у кассы – страшная сила. Картина выходит в прокат 1 апреля на 105 копиях, что для авторского кино – царский подарок. Вот и узнаем, что было раньше - курица или яйцо. От того ли страдает “русский арт-хаус”, что прокатчики его зажимают, или же страдают от “русского арт-хауса” прокатчики вместе со зрителями.
https://www.kinopoisk.ru/film/419453/reviews/