Со специальными эффектами

[arbeka]

Жители деревушки Las Berlanas, которых насчитывается аж 323, позапрошлой ночью собрались на концерт. Группа называлась «Súper Hollywood» и состояла из 15 человек.

Программа обещала "специальные эффекты". Последствием одного из них, взрыва пиротехнического патрона, стала смерть 30 летней танцовщицы.

https://elpais.com/politica/2019/09/01/actualidad/1567333586_910891.html

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

Профессор эту традицию не только не чтил, но даже, кажется, о ней не подозревал. Хотя нет, это только кажется. Он не только о ней знал – он изощренно над ней глумился, что подтверждалось рядом историй, поведанных непосредственными участниками профессорских глумлений, впоследствии дополненных совсем уж мифическим вымыслами. Сдать ему экзамен, кстати, было просто – достаточно посещать занятия и откликаться на свою фамилию, чтобы в день экзамена заслуженная «тройка» была проставлена в общей ведомости и личной зачетке. Студенты, занятия игнорировавшие, сталкивались с тем, что банковские билеты, оставленные ими на прокорм профессорско-преподавательского состава, были израсходованы подчистую, но одной оценки все-таки недоставало. Доверенные лица только разводили руками – дескать, все передали, все попросили, кто же знал, что он такая сволочь? Папаша одного лентяя, полковник существовавшей тогда налоговой полиции, лично пошел ходатайствовать о снисхождении к знаниям своего оболтуса. Сволочь выслушала сбивчивые объяснения, хмыкнула, глянув на удостоверение, и в ответ на протянутую зачетку и так называемый «бегунок» (отдельная ведомость для баранов, не сдавших зачет или экзамен вместе с группой) холодно сказала: «Сто баксов». Полицейский налоговик, специально обученный борьбе с нетрудовыми доходами, крякнул. Но портрет духовного лидера американской нации конца XVIII - первой половины XIX века выложил. После чего долго возмущался в деканате. Кто бы ему посочувствовал…
Мне лично приходилось наблюдать вопли и слезы метавшихся в отчаянии прогульщиков, пытавшихся наверстать упущенное – тут уже много зависело от профессорского настроения и личной удачливости.
Много позже, когда я уже сама несколько лет колотилась на ниве просвещения, безуспешно пытаясь посеять разумное, доброе, вечное в маловосприимчивые к этим ценностям головы туземцев, коллега рассказала мне одну историю под большим секретом. Мы с ней как-то вечером закрыли дверь на кафедру, открыли окна и курили в свежий весенний воздух, обсуждая зашкаливавшую все мыслимые пределы дебильность студентов коммерческих отделений, сволочизм проректора по воспитательной работе, в прошлом школьного завуча, сохранившей все ухватки советской учительницы, и общую бесперспективность своей профессии, когда Ирка вдруг вспомнила случай, рассказанный ей одним приятелем. Он вместе с несколькими сокурсниками никак не мог сдать одному преподавателю экзамен. Уже и так пробовали, и эдак, и сами, и через знакомых – не получалось. Тогда они скинулись, заказали приличный ресторан и его пригласили. Преподаватель согласился, вечер удался на славу, под конец он смилостивился и решил проставить им оценки, пообещав, что в ведомости тоже будет все, как надо. Народ обрадовался, зачетки передал, преподаватель там что-то начеркал, его погрузили в вызванный таксомотор, воздушные поцелуи, преподавательское тело отчалило, публика продолжала веселиться, пока кому-то в голову не пришло посмотреть, что за оценки-то получены. Графы зачетки были оформлены по всем правилам: порядковый номер, наименование дисциплины, количество часов, фамилия преподавателя, подпись… И в графе «Оценка» стояло размашистое «Охуительно!»
Ирка, конечно, сказала, что фамилию преподавателя она назвать не может по конспиративным соображениям, но мне ее называть и не надо было – в этом городе такое позволить себе мог только один человек, профессор Х.
История эта, больше легендарная, чем достоверная, была, вероятно, одной из последних капель, переполнивших чашу моего прозябания преподавателем сельского вуза – я понимала, что достигну статуса, в котором смогу позволить себе такую выходку, еще не скоро, и решила, что оно того не стоит, есть вещи увлекательнее борьбы с баранами.
Но профессор, профессор Х… Легенды просто так не создаются.