и ее подруги, вдовы поэта Гога

[arbeka]

((Известно, что европейские союзники Гитлера, боевыми качествами похвастаться не могли.))
................
"Что касается личности Антонеску, создателя «новой Румынии», то это был худощавый, небольшого роста человек, являвший собой типичного гусарского офицера. Он был крайне тверд в обращении с людьми и очень хорошо и быстро ориентировался в любой военной обстановке. Он разъезжал по стране и по фронту всегда в сопровождении свиты. Хотя Антонеску и полностью доверял германскому командованию, тем не менее ходили слухи, что он питал сильную неприязнь к Гитлеру. Как бы то ни было, но у нас сложилось впечатление, что он чувствовал себя в нашем кругу как среди своих.

К лету 1944 года среди окружавших Антонеску людей, в кругу его жены и ее подруги, вдовы поэта Гога, а также его однофамильца, заместителя премьер-министра Михая Антонеску, уже появились первые признаки измены. Приказы маршала часто задерживались. Поэтому его решения не всегда выражались в соответствующих действиях.

https://e-libra.ru/read/402233-proigrannye-srazheniya.html

Не нужно много говорить о том, насколько важна для нас была позиция обеих стран, лежащих в тылу южного крыла фронта, — Румынии и Венгрии. Через них проходили все наши коммуникации, кроме того, мы делали на них большую ставку как на наших активных союзников. Участие обеих стран в войне во многом определялось политическим давлением и успехами германского оружия.

К сожалению, правительства обеих стран находились в почти открытой вражде друг с другом, которая усилилась в связи с решением Венского арбитража 30 августа 1940 года. Даже в период войны почти все их внешнеполитические интересы определялись старым спором из-за Трансильвании.

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

В течение летних месяцев предпринималось все возможное, чтобы улучшить подготовку и вооружение румын. Был обеспечен немецкий инструкторский состав, было поставлено немецкое оружие, румынская танковая дивизия "Великая Румыния" получила немецкие танки. Были созданы новые оборонительные рубежи. На северном крыле группы армий закончилось начатое еще до войны строительство оборонительной позиции "Траян", пересекавшей местность в самых высоких точках. На эту позицию были введены новые румынские дивизии. Многочисленные успехи в обороне, лучшее вооружение, тесное сотрудничество в области военной подготовки несколько повысили боевой дух румын и усилили их волю к сопротивлению. По крайней мере, у меня сложилось именно такое впечатление.

[belkafoto.livejournal.com]

Передний край обороны проходил от устья Днестра (Днестровский лиман) на север вдоль этой реки до района восточнее Кишинева. Здесь он поворачивал на запад и шел далее через Корнешты, Яссы, Куты в направлении Карпат. Общая протяженность линии фронта составляла 654 км, из них 267 км фронта обороняли румынские войска.

[belkafoto.livejournal.com]

Насколько я мог определить, войска повсюду энергично занимались оборудованием своих позиций, делали все возможное для подготовки к новому наступлению противника. У меня сложилось впечатление, что если бы имелось достаточное количество боевых средств, и прежде всего боеприпасов, если бы нам оставили хотя бы часть взятых у нас танковых дивизий, являвшихся до сих пор главной опорой фронта, и если бы моральный дух румынских частей хотя бы мало-мальски соответствовал моральному духу немецких войск, то мы могли бы противостоять натиску русских по крайней мере в первый период наступления.

К сожалению, упомянутые предпосылки отсутствовали. Кроме того, большую тревогу вызывал рост заболеваний малярией в частях, расположенных в низовьях Днестра. Малярия выводила из строя в среднем одну треть личного состава. А это уже чувствительно отражалось на боевой мощи наших войск в данном районе.

[belkafoto.livejournal.com]

Уже во время первых поездок на фронт до меня неоднократно доходили слухи о сомнительной надежности румынских офицеров. Хотя вначале никаких конкретных доказательств не было, многое говорило о том, что здесь далеко не все в порядке. Так, например, по указанию румынского военного министерства была произведена замена высших румынских офицеров, причем немецкий командующий не был поставлен об этом в известность. И все это совершалось накануне русского наступления! В качестве предлога была выдвинута версия о том, что румынские военачальники должны-де отдохнуть перед сражением. Среди них оказался, в частности, и командующий 4-й румынской армией генерал Раковица. На фронт он так и не вернулся. Позднее, когда уже был свергнут старый режим, он вновь появился на арене, теперь уже в роли румынского министра обороны.

Весьма подозрительными казались нам и регулярные совещания политических деятелей и генералов, происходившие в городе Алба-Юлия. Этих людей подозревали в том, что они ведут переговоры с вражескими державами и готовят свержение правительства Антонеску. Было ясно, что новое правительство, сформированное этими деятелями, займет враждебную позицию по отношению к Германии. Несмотря на то что мы неоднократно посылали верховному командованию тревожные донесения об упомянутых подозрительных явлениях, никаких мер для пресечения этой деятельности принято не было.

Еще одним узким местом нашего фронта был город Яссы с его 300-тысячным населением, большой процент которого составляли евреи. Нам говорили, что заставить население эвакуироваться невозможно, хотя линия фронта вплотную подошла к городу. Румынское правительство не желало предпринимать ничего. Это тоже было тревожным предзнаменованием.

[belkafoto.livejournal.com]

Я решил вначале заслушать доклад генерала Герстен-берга, который одновременно отвечал за оборону стратегически важного района нефтепромыслов Плоешти. Его хорошо подготовленное сообщение производило такое впечатление, будто безопасность этого района была гарантирована. Он заявил, что в случае беспорядков будет достаточно одной немецкой зенитной батареи, чтобы подавить в Бухаресте какой угодно путч. Однако зенитные части и полицейские формирования, которые в докладе были охарактеризованы как достаточные для такой цели, подчинялись не немецкому командующему группой армий, а в конечном итоге Герингу и Гиммлеру. Этот весьма неудачный порядок подчинения должен был привести к самым роковым последствиям.

[belkafoto.livejournal.com]

Когда я спросил Киллингера, есть ли у него по крайней мере несколько проверенных людей из числа румын, на которых он сможет опереться, если дело примет серьезный оборот, он вытащил из бумажника исписанную карандашом бумажку, на которой было перечислено несколько фамилий.

У меня сложилось впечатление, что этой проблемой занимались весьма наивно и крайне небрежно. Это заставило меня в лояльной форме уведомить Киллингера о том, что я обязан незамедлительно доложить о своих опасениях Гитлеру и министру иностранных дел Риббентропу. Посланник, по-видимому, так и не понял причину моего волнения. В связи с этим уместно привести характеристику, которую дал Киллингеру тогдашний румынский посланник в Берлине Ион Георге:

«Его знания о Румынии и национальном характере румын были равны нулю. Он еще кое-как ориентировался в запутанных политических интригах королевского двора, но совершенно ничего не знал о многочисленных заговорах, готовившихся в различных кругах. Неумышленно этот человек причинил своей стране и ее отношениям с Румынией огромный вред; результатом его деятельности было не сближение, а резкое ухудшение отношений»{3}.

[belkafoto.livejournal.com]

Я был поражен, когда повсюду начал сталкиваться с проявлением этой взаимной враждебности. Можно ли было думать об успешном ведении коалиционной войны при полном отсутствии доверия и при взаимной ненависти двух участников коалиции? В случае вынужденного отступления немецко-румынских войск румынские солдаты неизбежно должны были вступить на венгерскую территорию, а возможно, и сражаться за нее. Этот вопрос был в то время чрезвычайно сложным. Даже проблема снабжения румынских войск через венгерский тыл была урегулирована только после длительных переговоров.

Таким образом, линия фронта осталась на прежнем месте. В то же время численность личного состава группы армий постоянно сокращалась. С конца июня до 13 августа мы были вынуждены передать другим группам армий целых 11 дивизий! Буквально накануне русского наступления нам приказали снять с фронта некоторые немецкие дивизии, хотя командование группы армий, учитывая надвигающуюся опасность, выразило по этому поводу протест главному командованию сухопутных войск.

[belkafoto.livejournal.com]

Результаты деятельности нашей воздушной разведки вообще были весьма незначительными вплоть до последних дней перед началом наступления. Это объяснялось, вероятно, тем, что русские производили передвижение войск скрытно и только ночью. Так как русские умели хорошо маскировать подобные мероприятия, наша агентурная разведка смогла сообщить необходимые сведения также лишь с большим опозданием. Видимо, по этим причинам главное командование сухопутных войск и не реагировало так долго на угрозу крупного русского наступления на фронте моей группы армий.

[belkafoto.livejournal.com]

В ночь с 18 на 19 августа, после заключительной «вспышки» передвижений противника по всему фронту, всякое движение замирает. 19 августа во второй половине дня после примерно получасовой артиллерийской подготовки противник на нескольких участках фронта группы армий атакует наши войска, как правило, силами не более батальона. Это лишь прелюдия к настоящему наступлению — разведка боем, с помощью которой советское командование хочет еще раз прощупать нашу систему обороны, определить эшелонирование наших сил и выявить наиболее уязвимые места. Возможно, русские намерены захватить более удобные позиции и одновременно ввести нас в заблуждение относительно подлинного направления своего главного удара. Эти первые атаки удается успешно отразить; противник несет большие потери в людях.

[belkafoto.livejournal.com]

Ранним утром грохот залпов тысяч орудий возвестил о начале решающего сражения за Румынию. После сильнейшей полуторачасовой артподготовки советская пехота, поддержанная танками, перешла в наступление сначала в районе Ясс, а затем и на днестровском участке фронта. Многие стрелковые дивизии противника были сведены в ударные клинья. Огромное количество живой силы и техники позволило Советам, хотя и с большими потерями, прорвать наш фронт на многих участках. Однако причиной этого сравнительно быстрого успеха является не численное превосходство противника, а прежде всего недостаточная стойкость и ненадежность многих румынских соединений. Бросается в глаза тот факт, что русские атаки были направлены преимущественно против участков фронта, обороняемых румынскими войсками.

[belkafoto.livejournal.com]

На фронте армейской группы Думитреску главный удар русские направили против правого фланга 30-го армейского корпуса по обе стороны от стыка между 3-й румынской и 6-й немецкой армиями. Наступление было начато силами примерно пяти стрелковых дивизий, поддержанных сотней танков. Противнику удалось прорвать фронт 4-й румынской горно-пехотной дивизии и продвинуться на несколько километров вперед. Дивизия была полностью разгромлена. В результате дрогнула и соседняя 21-я румынская пехотная дивизия, которая после взятия русскими Раскети разбежалась. Значительная часть личного состава обеих румынских дивизий бросила свои позиции еще во время артиллерийской подготовки. В связи с этим вся тяжесть обороны легла почти исключительно на немецкие дивизии. В особенно трудное положение попали 9-я и 306-я пехотные дивизии. Оставленные на произвол судьбы своими союзниками, они вели ожесточенные бои на всех участках.

[belkafoto.livejournal.com]

Заявление Антонеску о позиции Болгарии впервые открыло мне глаза на то, какую угрозу могла создать нам соседняя «нейтральная» Болгария. Однако и здесь мы, к сожалению, опоздали. До сего времени я не получил от германского правительства никакой информации по этому вопросу. Лишь много позже, в плену, я узнал от тогдашнего румынского посланника в Берлине генерала Иона Георге, что наше министерство иностранных дел, а значит, и германское правительство были прекрасно осведомлены о позиции, занятой Болгарией. Это еще раз показывает, сколь неблагополучным было в то время положение дел в нашем высшем руководстве.

[belkafoto.livejournal.com]

Для пояснения своих дальнейших высказываний маршал Антонеску быстро набросал на бумаге несложную схему и продолжал:

«Германия готовила войну против России уже с 1930 года[5], но примерно за год до ее начала совершила крупную политическую ошибку, лишив себя своей правой руки. Я имею в виду неуклюжую перекройку румынских границ по Венскому арбитражу в пользу Венгрии и Болгарии, хотя уже тогда было ясно, что на всем пространстве от Балтийского до Черного моря у немцев будет только один активный союзник в борьбе с Советской Россией, а именно — Румыния.

Г-н Риббентроп, олицетворявший тогда Германию, вырвал из тела Румынии колыбель румынского народа — Северную Трансильванию и передал ее Венгрии, которая не имеет на нее никаких юридических прав. Я ссылаюсь на Риббентропа, так как в Вене с Италией и ее представителями вообще не считались,

[belkafoto.livejournal.com]

Теперь уже не могло быть и речи о проведении тех мероприятий, которые мы обсуждали с Антонеску 22 августа. Вечером 23 августа Антонеску был арестован по приказу короля Михая в королевском дворце в Бухаресте.

В тот же день поздно вечером, в 22.00, король Румынии, надеясь заключить перемирие с советским командованием, обратился по радио ко всем румынским войскам с приказом прекратить борьбу. Началась потрясающая трагедия, инспирированная кликой предателей во главе с несовершеннолетним королем.

Первое и не совсем еще ясное сообщение об этом пришло в штаб группы армий по телефону из германской военной миссии в Бухаресте: с Антонеску и заместителем премьер-министра Михаем Антонеску случилось что-то непонятное! Мой штаб сразу же связался по телефону с германскими инстанциями в Бухаресте, пытаясь выяснить обстановку. Эти телефонные разговоры подтвердили полное изменение ситуации.

[belkafoto.livejournal.com]

Когда мне стало известно об измене, я тотчас же связался но телефону с самым старшим по званию румынским генералом из тех, кто непосредственно подчинялся мне, и попросил его сообщить, как он относится к событиям в Бухаресте. Этим генералом был командующий 3-й румынской армией генерал-полковник Думитреску, старый опытный военачальник, с которым у меня уже установился неплохой контакт и которого я очень ценил. Он объяснил мне по телефону, что крайне поражен действиями своего правительства, но тем не менее будет и дальше выполнять поставленную ему задачу, пока не получит из Бухареста новых инструкций. Он весьма сожалел о случившемся и сказал, что намерен подать в отставку. «Однако не требуйте от меня, генерал, — добавил он, — чтобы я нарушил присягу, данную королю».

Немедленно ликвидируйте юшку предателей

[belkafoto.livejournal.com]

Около 23.00 я позвонил Гитлеру и доложил ему о событиях последних часов и о моем самостоятельном решении взять на себя всю власть над немецкими войсками и прочими инстанциями в Румынии. В последнем он со мной полностью согласился, особенно когда я указал ему на те не поддающиеся учету последствия, которые возникнут здесь и для наших войск, ведущих тяжелые бои на фронте, и для всех учреждений вермахта (госпиталей, складов, ремонтных мастерских и т.п.), расположенных в тыловой зоне. В качестве первоочередной задачи я предложил принять любые меры, чтобы переправить на территорию Венгрии всю ту живую силу и технику, которую еще можно было спасти, и там создать новый рубеж обороны. Гитлер сказал, что это будет утверждено соответствующей директивой, а потом приказал: «Немедленно ликвидируйте юшку предателей и создайте новое правительство!» Когда же я намекнул на невозможность выполнения этого приказа, он возбужденно воскликнул: «Тогда поручите кому-либо из самых надежных румынских генералов сформировать правительство, на которое можно было бы положиться!» В ответ я привел ему результаты моих переговоров с румынскими военачальниками и заметил, что румынские офицеры не желают нарушать присягу, данную ими своему верховному командующему… В некотором замешательстве Гитлер сказал, что через час я получу дальнейшие указания, и на этом закончил разговор.

[belkafoto.livejournal.com]

В падении Румынии кроме Гитлера повинны Геринг, Риббентроп, Киллингер — как политические руководители, и Кейтель — как представитель верховного командования. Просто непостижимо, как могли эти ответственные государственные лица бросить на произвол судьбы не только своего командующего на этом театре военных действий, но — что еще хуже — принести в жертву жизнь многих тысяч немецких солдат.

[belkafoto.livejournal.com]

В ночь на 24 августа пришла наконец обещанная «директива фюрера». Не учитывая ни одного из тех соображений, о которых я докладывал Гитлеру лично, эта директива требовала ликвидировать путч в Бухаресте и «арестовать короля и его камарилью».

В довершение всего в ту же ночь зенитно-артиллерийские части ВВС, дислоцировавшиеся в районе Плоешти, были направлены в Бухарест с приказом овладеть всеми ключевыми пунктами города и восстановить прежнее положение. Ответственным за выполнение этой задачи был назначен бригадный генерал войск СС Гофмейер, поскольку генерал Герстенберг вместе с германским посланником и главой германской военной миссии генералом Гансеном отсиживались в здании германского посольства под дулами орудий румынских танков и не имели возможности что-либо предпринять.

К нашему большому удивлению

[belkafoto.livejournal.com]

По приказу Гитлера, нам следовало теперь начать бомбардировки Бухареста с воздуха, причем главными их объектами становились королевский дворец и правительственный квартал города.

Я приказал своему начальнику штаба генералу Грольману снова попытаться обратить внимание ставки верховного командования на оговорку в коммюнике нового бухарестского правительства, отличавшуюся лояльностью и разрешавшую всем немецким войскам беспрепятственный отход из Румынии. При этом я просил обратить особое внимание на то, что в случае нашей бомбардировки румынской столицы румынские войска неизбежно начнут военные действия против всех немецких войск и тыловых учреждений — госпиталей, складов боеприпасов, складов военного имущества и продовольствия. Чтобы затянуть дело с выполнением приказа о бомбардировках, я отдал 4-му воздушному флоту распоряжение предварительно выяснить существующие для этого предпосылки. Сейчас все сводилось к тому, чтобы выиграть время.

К нашему большому удивлению, мы узнали, что бомбардировки уже начались, начались без ведома и участия главнокомандующего группой армий, без учета той обстановки, в которой немецкие солдаты вели тяжелые бои на румынской территории, без учета положения, в которое попадали, по сути дела, брошенные теперь на произвол судьбы тыловые органы группы армий!

[belkafoto.livejournal.com]

Лишь много позже, находясь в плену, я случайно узнал обстоятельства этого дела. Оказывается, Гитлер после моего телефонного звонка 23 августа сам поднял вопрос о бомбардировках Бухареста вечером того же дня в разговоре с Герингом. Тот немедленно связался по телефону с генералом Герстенбергом, который был одновременно и нашим военно-воздушным атташе в Румынии. В этом разговоре генерал Герстенберг, по-видимому, снова слишком поверхностно охарактеризовал обстановку и потребовал применения пикирующих бомбардировщиков, не задумываясь над последствиями этого шага. Геринг, тоже не задумываясь, отдал приказ. Я же был отодвинут в сторону.

Последствия оказались катастрофическими!

25 августа Румыния объявила

[belkafoto.livejournal.com]

Последствия оказались катастрофическими! Румынские войска получили от своего короля приказ обращаться со всеми немцами, как с врагами, разоружать их и вступать с ними в бой. Изменили свое отношение к нам даже те слои румынского населения, которые до сих пор не одобряли решений своего правительства и относились к нам лояльно. 25 августа Румыния объявила войну Германии! Так наши недавние союзники превратились в новых врагов. Хаос достиг своего апогея.

[belkafoto.livejournal.com]

Ни о каком планомерном и упорядоченном руководстве войсками в тех совершенно ненормальных условиях говорить, конечно, не приходилось. За исключением нескольких полевых радиостанций, у нас не было, по сути дела, почти никаких технических средств связи для управления войсками. Теперь главным фактором в борьбе стал сам человек, фронтовой солдат. Для обеспечения боеспособности войск мы прибегали к таким исключительным мерам, которых не отыщешь ни в одном уставе. В этих ведущихся без всяких правил тяжелых боях при отходе наиболее отличились те солдаты, которые не теряли голову в отчаянной обстановке и действовали самостоятельно и решительно ради выполнения общей задачи.

[belkafoto.livejournal.com]

Я только что прибыл на ее позиции, когда русские танки начали прорываться к расположенному у нее на правом фланге и несколько выдвинутому вперед немецко-румынскому бензоскладу, который незадолго до этого был обстрелян и подожжен зенитной артиллерией этой группы. На находившемся неподалеку полевом аэродроме, где приземлился мой «шторх», я увидел несколько исправных, но стоявших без дела самолетов. Я потребовал к себе командира этой авиационной части. Тогда появился некто майор Рудель и на мой вопрос, почему его самолеты не в воздухе и не громят приближающиеся русские танки, к моему удивлению, ответил, что у него почти нет горючего. Его могло хватить лишь на то, чтобы долететь до Будапешта и там произвести заправку, но никто не давал майору такого приказа. Я распорядился, и самолеты улетели.

[belkafoto.livejournal.com]

В этой всеобщей неразберихе, которая, разумеется, облегчила Советам продвижение вперед, отступающие немецкие войска с большим трудом сдерживали противника на далеко отстоящих друг от друга, разрозненных опорных пунктах. Некоторые из очагов сопротивления оказывались при этом глубоко в тылу наступающих советских войск и продолжали держаться там в течение многих дней, несмотря на огромное численное превосходство противника. Главные силы группы армий вели ожесточенные бои с устремившимися к нижнему Пруту с севера и с востока советскими войсками. Тяжелые бои завязались в проходящих с севера на юг долинах рек Прут, Бырлад и Серет, особенно у переправ через них. Время от времени отдельным немецким группировкам удавалось прорвать кольцо окружения. Где только было возможно, немецкая авиация поддерживала сухопутные войска, бомбардируя и обстреливая противника и доставляя окруженным предметы снабжения. Тем не менее все это сражение было в большей или меньшей степени импровизацией со стороны командования группы армий и сводилось, по существу, к подвижным действиям отдельных боевых групп. Не существовало уже ни штабов, ни тылов, ни специальных, ни боевых подразделений; все, от генерала до штабного писаря, превратились в обычных бойцов. Быстрая организация противотанковой обороны на отсечных позициях и в узлах сопротивления позволяла время от времени задерживать продвижение танковых соединений противника и тем самым облегчала отход других немецких частей. На промежуточные позиции выставлялись сводные отряды и комендантские подразделения населенных пунктов, обеспечивавшие отход главных сил и соединявшиеся с ними по мере их отступления. Несмотря на усталость от непрерывных марш-бросков, убийственной жары и тяжелых оборонительных боев, немецкие войска оказывали противнику упорное сопротивление.

[belkafoto.livejournal.com]

Многие боевые группы сумели с боями прорваться к предгорьям Карпат, другие вели бои на все сокращающемся пространстве в междуречье. Особенно упорный характер носили бои за населенные пункты между Прутом и восточными склонами Карпат. Некоторые из них, в частности Брэила и Фокшаны, верховное командование объявило так называемыми «крепостями». Командование группы армий неоднократно пыталось добиться от ОКХ отмены этого совершенно неуместного при сложившихся обстоятельствах распоряжения. Но все наши просьбы были отклонены. Идея создания «крепостей» явилась одной из бессмысленных причуд Гитлера; эти «крепости» потребовали от Германии на всех фронтах бесчисленных и никому не нужных жертв.

[belkafoto.livejournal.com]

Возможность взломать вражеское кольцо окружения с запада и тем облегчить положение ведущих тяжелые бои немецких войск была потеряна немецким командованием 25 августа, когда румынские войска начали боевые действия против немцев и во внутренних районах Румынии, в частности — в Валахии. Попытка немцев овладеть Бухарестом также встретила организованное сопротивление румын, а вокруг столицы и по всей стране завязались отчаянные бои за тыловые центры немецких войск: в Валахии — задунайские порты Галац и Брэила, за железнодорожный узел Бузэу и за нефтепромыслы Плоешти, в Добрудже — за военно-морскую базу Констанца.

[belkafoto.livejournal.com]

Под натиском наступающих на запад советских армий откатываются через юго-восточные отроги Карпат разрозненные части боевых дивизий, перемешанные с подразделениями снабжения, части аэродромного обслуживания ВВС, отдельные мелкие подразделения и т.д. Этот нескончаемый пестрый поток духовно и физически истощенных людей направляется в долину реки Бузэу, а потом поворачивает на северо-запад, в Венгрию. Ни в Западной Валахии, ни в Добрудже советские войска не встречают никакого сопротивления. Немецких войск в этом районе больше нет.

Две советские армии и два механизированных корпуса устремляются к болгарско-румынской границе и, форсировав Дунай в ряде мест, создают на территории Болгарии несколько плацдармов — у Силистры, Тутракана и Русе, хотя официально СССР не находится с Болгарией в состоянии войны. 5 сентября советское правительство обращается к Болгарии с требованием о вступлении в войну на его стороне, и через три дня Болгария объявляет войну Германии. В результате оказываются потерянными те немецкие войска южного крыла группы армий, которые незадолго до этого отошли на территорию страны, до сих пор остававшейся нейтральной. Столь неожиданный поворот советских войск в направлении Болгарии явился причиной того, что у высшего немецкого руководства сложилось совершенно ошибочное представление о дальнейшем развитии обстановки, а это имело для нас весьма неприятные последствия, о которых будет рассказано ниже.

31 августа советские войска вступили в Бухарест, не встретив никаких немецких войск, которые могли бы оказать им сопротивление. Лишь в районе нефтепромыслов Плоешти русские встретили сопротивление крупных немецких оперативных групп, шедших с боями из района Бузэу, Плоешти на север и намеревавшихся пробиться через перевалы Тэртлэу и Предял. Эти бои, проходившие на труднодоступной высокогорной местности, на высоте 2000 метров над уровнем моря, были особенно тяжелыми и привели к большим потерям с обеих сторон.

[belkafoto.livejournal.com]

К сожалению, и здесь нам, немцам, пришлось испытать наряду с нечеловеческой нагрузкой большие неприятности, предусмотреть которые заранее было невозможно. Оказалось, что большая часть венгерских войск не способна противостоять ударам русских. Участились случаи, когда венгерские батальоны покидали свои позиции и тем самым способствовали двухстороннему охвату противником позиций немецких войск. И в этом районе театра военных действий между союзниками возникни серьезные разногласия. Немалую роль сыграло то, что до сих пор относившаяся к нам дружелюбно словацкая армия с началом восстания в Словакии перешла на сторону восставших. Это означало новую серьезную угрозу для нашего северного крыла. Тем не менее даже в это время мы продолжали уделять главное внимание действиям противника на нашем южном участке фронта.

[belkafoto.livejournal.com]

5 сентября войска, сосредоточенные в районе Клуж, Тыргу-Муреш, получили приказ на наступление. Это явилось началом оборонительного сражения за Трансильванию.

В первый день наступление развивалось вполне успешно, несмотря на сильное сопротивление противника, поначалу застигнутого врасплох. В наступлении приняли участие соединения 2-й венгерской армии: 7-я резервная дивизия, 9-я резервная дивизия, 3-я танковая дивизия, поддержанные 1179-м немецким дивизионом самоходной артиллерии. Направление главного удара проходило вдоль шоссе Клуж—Турда. К вечеру передовые части наступающей группировки достигли намеченных рубежей, выполнив задачу дня. Они вышли на рубеж реки Арьеш на участке Корнсшти, Турда, Вийшоара, Людуш, а у Корнешти и Людуша сумели даже создать плацдармы на южном берегу реки Арьеш.

В тот же день из района юго-западнее Тыргу-Муреша начала наступление группа «Трансильвания», которая к вечеру достигла населенных пунктов Лехница и Огра в долине реки Муреш.

Советское командование своевременно поняло опасность, грозящую его войскам на перевалах. Оно ускоренными темпами развернуло частично уже вышедшую к Турде общевойсковую армию в новом направлении, а также подтянуло в район боев через перевалы Вулкан и Красный свою 6-ю танковую армию. В результате усилившегося сопротивления противника наше контрнаступление выдохлось уже на следующий день.

[belkafoto.livejournal.com]

На восточно-карпатском участке фронта, где в соответствии с общим планом эвакуации Секлерского выступа также осуществлялось перенесение переднего края обороны назад, немецкие и венгерские горные пехотинцы вели настоящую горную войну. Район боевых действий представлял собой типичную горную местность с отдельными вершинами высотой до 2000 метров. Позиции были оборудованы на непросматриваемых гребнях высот, проходили по узким ущельям и крутым обрывам. Очень часто это были просто обособленные опорные пункты, не имевшие связи друг с другом. Отчаянно цепляясь за высоты, прилегающие к перевалам, немецко-венгерские войска в течение нескольких недель упорно обороняли главные горные перевалы. Гарнизоны многих опорных пунктов часто оказывались окруженными со всех сторон противником, незаметно просачивавшимся по бесчисленным труднопроходимым ущельям, теснинам и горным тропам. Спустя долгие годы после войны перевалы Ойтуз, Гимеш, Биказ, Тулгеш, Барго, Роднз и Стиол, особенно первые четыре перевала, хранили на себе следы ожесточенной борьбы, которая велась за них в те сентябрьские дни 1944 года. Склоны гор и покрывающие их леса изрыты падавшим здесь железным дождем. День и ночь, не умолкая, гремело в горах эхо разрывов тяжелых снарядов и пулеметных очередей. Смерть пожинала кровавую жатву. Снайперы чувствовали себя словно в заповеднике: добыча была на каждом шагу.

[belkafoto.livejournal.com]

Полностью признавая успехи венгерских войск, я не могу, однако, умолчать о том, что многие венгерские соединения не выдерживали натиска противника. Это позволяло противнику вновь и вновь осуществлять глубокие вклинения в расположение немецких войск. Так, большая напряженность возникла в полосе обороны армейской группы Фреттер-Пико (6-я армия), когда 1-я венгерская горно-пехотная бригада без предупреждения оставила свои позиции. Подобные явления имели место и на фронте 8-й армии в Восточных Карпатах, где части 2-й венгерской резервной дивизии без всякого нажима со стороны противника бросили свои позиции и только после вмешательства немецких командиров были снова возвращены на передний край. С Секлерского выступа дезертировало 700 человек! А между тем в ставке верховного командования меня убеждали, что секлеры (венгерская горная пехота) — это отборные войска, что они дерутся не хуже тирольских стрелков времен кайзера или немецких горных егерей, а здесь будут сражаться еще лучше, так как будут защищать свою родную землю. Но именно последнее обстоятельство, очевидно, и заставило секлеров бежать с поля боя. Они не хотели бросать на произвол судьбы свои дома и семьи. По сути дела, это был своеобразный ландштурм, составленный из солдат самых различных возрастных групп. У них было плохое вооружение, но очень много самомнения. И, конечно, если бы не немецкие войска, развал фронта был бы неминуем.

[belkafoto.livejournal.com]

Несмотря на большое численное превосходство наступающих сил противника, на восточном участке трансильванского района боевых действий были отбиты все его атаки. 22 сентября советские войска после небольшой передышки снова перешли в наступление в районе Турды. Но пробить брешь им не удалось и на этот раз.

25 сентября наступление советских войск было остановлено. Расколоть фронт в Восточной Венгрии русские не смогли. Всего лишь несколько дивизий совместно с уцелевшими после румынской катастрофы немногочисленными немецкими боевыми группами добились крупного успеха в оборонительном сражении против трех советских общевойсковых и одной танковой армий, имевших в своем составе 31 стрелковую дивизию и 4 механизированных корпуса. Наши ВВС одинаково поддерживали наземные войска, ведущие оборонительные бои, как с воздуха, так и огнем зенитной артиллерии. Авиация совершила несколько тысяч боевых вылетов.

Главный успех этого сражения заключался в том, что противнику временно был прегражден доступ в Центральную Европу, его войска оказались измотанными в боях, а немецкое командование выиграло время для приведения своих войск в боеспособное состояние и для дальнейшего их усиления. Однако угроза нового нажима противника на группу армий ликвидирована не была.

[belkafoto.livejournal.com]

регенту Хорти.

Наша беседа протекала в обстановке дружелюбия и взаимопонимания. Хорти предстал в моих глазах много повидавшим на своем веку богатым помещиком. Как мне кажется, мы сразу же нашли друг с другом общий язык и мне удалось завоевать его доверие. Когда я в конце беседы сказал о необходимости сокращения линии фронта, благодаря чему можно было ослабить угрозу окружения группы армий и оккупации Венгрии, он тут же со мной согласился. Он хорошо разбирался в общей обстановке и внимательно отнесся к совету военного специалиста. Когда же я его заверил, что подобный шаг будет предпринят, разумеется, только в том случае, если этого потребуют общие интересы и если при этом будет учитываться вся обстановка, он заявил мне следующее:

«В этом я нисколько не сомневаюсь, господин генерал-полковник. Вы являетесь ответственным командующим в данном районе и должны сами решать, что вы считаете наиболее правильным. У меня есть только одна просьба, и она состоит в том, чтобы, несмотря на всю тяжесть борьбы, вы по мере возможности щадили население моей страны и его жилища».

В разговоре мы коснулись вопроса о боеспособности венгерских солдат. Я выразил свое удивление тем, что венгры, имея столько людей, способных носить оружие, не могут создать такую армию, которая была бы способна по крайней мере защищать границы своей страны. В ответ на это Хорти сказал:

«Видите ли, все это — последствия неправильной политики недавних лет. После подписания Трианонского договора военная служба в нашей стране, можно сказать, вообще прекратила свое существование. А ведь когда-то венгров считали хорошими солдатами… У венгерского народа, ранее питавшего большой интерес к армии, пропал вкус к военным делам. В нем не осталось солдатского духа, и в этом роковая для всех нас беда, потому что без солдатского духа нет и хорошей армии. Наше прошлое мстит нам сейчас…»

Этой же причиной Хорти объяснял и то, что во время русских танковых атак венгерские войска проявляют так мало стойкости. Я очень часто вспоминаю об этом разговоре с тогдашним венгерским регентом, особенно когда анализирую наше нынешнее положение. Может быть, опыт Венгрии имеет какое-то значение в свете сегодняшнего дня и для Западной Германии?

Беседа с венгерским главой государства до самого конца характеризовалась полной гармонией наших взглядов. Я тогда еще даже не догадывался, какая широкая и серьезная политическая интрига ведется Хорти. Я не подозревал, что опытный политик Хорти уже нащупывал нити, которые могли бы связать его с западными союзниками и с Советским Союзом. Узнав об этом позже, я испытал как солдат и как человек горькое разочарование.

[belkafoto.livejournal.com]

В эти дни политический курс Венгрии был довольно неопределенным. Срочно созванная сессия Совета короны потребовала от германского правительства немедленной (в течение 24 часов) переброски в Венгрию пяти немецких танковых дивизий. В противном случае, говорилось в обращении, Венгрия вынуждена будет просить о перемирии! Принимая во внимание общую обстановку, это было совершенно немыслимое требование, да и практически оно было уже неосуществимо. Однако во время нашей беседы Хорти ни словом не обмолвился об этом.

[belkafoto.livejournal.com]

Основная причина, по которой Гитлер не хотел сокращать линию фронта, заключалась в том, что поворот советских войск на юг с выходом их в нейтральную область — Болгарию был якобы связан с попыткой русских решить проблему Дарданелл и что это будто бы должно было создать в лагере противников Германии совершенно новую обстановку. Гитлер был целиком и полностью убежден, что русские преследуют свои старые политические цели и пойдут к Босфору и Дарданеллам, оставив фронт в Карпатах только в качестве флангового прикрытия.

[belkafoto.livejournal.com]

А за всем этим последовало неожиданное откровение: Гитлер заявил, что главной политической целью Советов является не Германия, а Босфор и Дарданеллы! По его мнению, этот вопрос становился отныне решающим. Через 14 дней — самое позднее через 6 недель — Балканы и Босфор должны были стать районом столкновения противоположных полюсов. Поэтому следовало ожидать, что в войне произойдет решающий перелом в нашу пользу. Англия, по всей вероятности, не желала превращать Германию в руины; Германия была нужна англичанам как буферное государство. Необходимо было отсидеться до поры до времени и выждать, в связи с чем следовало приложить все силы к тому, чтобы удержать фронт на Балканах.

Гитлер отметил в этой связи ошибочную политику Финляндии, Румынии и Болгарии, которые в последнюю минуту «ушли из-под общих знамен». Такая же судьба уготована и Венгрии, заявил он, если она не будет продолжать борьбу на стороне Германии.

[belkafoto.livejournal.com]

Ни один из присутствовавших на этом ночном совещании не высказал никаких сомнений по поводу оценки обстановки, сделанной Гитлером. Еще целый час, до самого конца совещания, мы сидели под впечатлением сказанных им слов. У всех нас действительно было такое чувство, словно и взаправду в войне еще может наступить какой-то перелом. Никто, конечно, не подозревал, что аргументы Гитлера являются лишь плодом его собственного больного воображения. Тот факт, что русские, форсировав Дунай, вступили на территорию Болгарии, говорил о возможности того, что вопрос о Босфоре встанет на повестку дня. Кроме того, как раз в это время между Великобританией и Советским Союзом появились первые признаки напряженности в отношениях. Мы сейчас знаем, что тогда между ними действительно были некоторые разногласия, особенно после того как Советский Союз договорился с Болгарией относительно совместных действий но оккупации той части Греции (это была Фракия), которую Болгария до тех пор оккупировала самостоятельно. Лишь на Московской конференции в октябре 1944 года Черчилль и Сталин пришли к соглашению, что вся территория Греции должна войти в сферу интересов Великобритании.

[belkafoto.livejournal.com]

Легко говорить сегодня о том, что все мы тогда «снова позволили ввести себя в заблуждение демонической силой Гитлера». Но если вспомнить, в каком положении оказались тогда мы — высшие военачальники, облеченные большой ответственностью не только за настоящее, но и за будущее своих солдат, — тогда дело представится совсем в ином свете. Для нас — командующих — не было другого пути, как держаться до последнего. И если бы мы не стали этого делать, то Красная Армия, вероятно, раньше других дошла бы до Атлантического вала.

Западный мир должен быть признателен немецким солдатам Восточного фронта за то, что они, сознавая огромную опасность, нависшую не только над Германией, но и над всей Западной Европой, сдержали натиск противника в неравном бою. Поэтому не следовало бы сейчас клеймить их всех — от генерала до простого солдата — позорной кличкой «затягивателей войны». Те, кто еще делает это на Западе, должны понять, что они не были бы сейчас на своих местах, если бы солдаты Восточного фронта не отдали тысячами свои жизни за то, чтобы сдержать противника.

[belkafoto.livejournal.com]

19 сентября русские перешли в наступление против западного крыла группы армий. Значительно уступавшие противнику в боеспособности и вооружении дивизии 4-го армейского корпуса венгров, дошедшие во время контрнаступления почти до горных отрогов в районе Липова, вынуждены были отойти назад к Араду Это случилось 20 сентября.

Вырвавшись из гор в районе Чезинта, передовые части наступающих русских войск достигли дороги Симандул-де-Юш — Арад, пересекли ее у Цимандеуша, севернее Арада, и двинулись дальше на запад. Создалась исключительно опасная обстановка для всей группы армий. Если бы противник использовал этот свой успех у Арада и продвинулся дальше на запад или на северо-запад, он встретил бы здесь в то время лишь слабое сопротивление разрозненных венгерских частей. Перед ним открылась бы свободная дорога для марша на Будапешт. Это было бы великолепное решение! Однако советское командование упустило эту возможность.

[belkafoto.livejournal.com]

Было ясно, что Венгрия ведет переговоры с противником, и не кто иной, как сам венгерский регент Хорти подтвердил это в своей книге «Жизнь для Венгрии», изданной в Бонне в 1953 году. В частности, он пишет там следующее: «Тайное соглашение с западными державами, по которому мы обязывались не причинять вреда их самолетам, а те в свою очередь обещали не предпринимать бомбардировок венгерских городов, могло только приветствоваться немцами, так как благодаря этому оставались нетронутыми столь важные в стратегическом отношении железные дороги и наша военная промышленность. Первый контакт с англичанами был установлен летом 1942 года…»{7}

[belkafoto.livejournal.com]

И далее, о переговорах осенью 1944 года он пишет: «В конце сентября 1944 года я направил в Москву начальника венгерской жандармерии фельдмаршал-лейтенанта Ласло Фараго, нашего бывшего военного атташе в Москве, хорошо говорившего по-русски. Вместе с ним туда выехали профессор университета граф Геза Телеки, сын трагически погибшего премьер-министра Пауля Телеки, и в качестве представителя министерства иностранных дел советник Домонкое фон Сент-Ивани. Один мадьярский помещик в Словакии, поддерживавший связи с партизанами, взял на себя подготовку этой миссии. Упомянутым представителям ставилась задача вести переговоры о перемирии. Они должны были попытаться обеспечить соблюдение следующих условий: немедленное прекращение боевых действий, участие англичан и американцев в оккупации Венгрии, беспрепятственная эвакуация немецких войск с территории страны… 11 октября в Москве было парафировано предварительное соглашение, не имевшее даты, о которой стороны должны были договориться в самое ближайшее время…»{8}

[belkafoto.livejournal.com]

Венгрия вступила в войну против союзных держав лишь под нажимом Германии. Тем не менее мы никогда не стремились увеличить нашу собственную мощь и никогда не замышляли отнять у кого-либо хотя бы один квадратный метр территории, принадлежащей ему по праву.

Ныне каждому трезвомыслящему человеку ясно, что Германия проиграла войну. Все ответственные за судьбы своих стран правительства должны сделать из этого факта соответствующие выводы, ибо, как однажды сказал великий немецкий государственный деятель Бисмарк, ни одна нация не обязана приносить себя в жертву ради союзника.

В полном сознании своей исторической ответственности я обязан предпринять все возможное для избежания дальнейшего бессмысленного кровопролития. Нация, которая допустила бы, чтобы земля, возделанная ее предками, превратилась в арену боев уже проигранной войны, нация, которая рабски защищала бы чужие интересы, потеряла бы всякое уважение в глазах мирового общественного мнения.

[belkafoto.livejournal.com]

Утром 16 октября оказалось, что 2-я венгерская танковая дивизия еще накануне ночью по приказу командующего 2-й венгерской армией, не поставив в известность немецкое командование и невзирая на роковые последствия для оборонявшихся рядом немецких частей, покинула свои позиции, находившиеся на особо важном участке обороны. Это подтвердило те сведения, которые накануне вечером сообщил мне генерал Велер, а именно: что командующий 2-й венгерской армией генерал-полковник Вереш получил непосредственно от венгерского генерального штаба приказ отойти на правый берег Тиссы и уже подготовил для этого соответствующие распоряжения. Я тут же отдал приказ одному из немецких командиров корпусов арестовать Вереша и доставить его ко мне. Еще день назад, полностью доверяя друг другу, мы подробно обсуждали с ним оперативную обстановку в моем штабе в Матрахазе. По окончании переговоров Вереш был моим гостем. Когда я спросил его относительно событий в Будапеште, он прямо и просто сказал: «Все остается по-старому». Теперь этот человек стоял передо мной как предатель.

Положение в Будапеште неожиданно быстро восстановилось. Рано утром 16 октября крепость без всякого боя перешла в руки немцев. Государственный регент был отправлен в Германию.

[belkafoto.livejournal.com]

Вместе с войсками уходили на запад и немецкие колонисты, жившие в Румынии и Венгрии. Добровольно или по принуждению политических функционеров Третьего рейха они оставили в Трансильвании, Банате и других областях, где они когда-то поселились, свой кров и все средства существования в надежде, что на немецкой земле они будут приняты с распростертыми объятиями и получат соответствующую компенсацию за все, что потеряли. Но какое разочарование! Они оказались в нищете, обездоленные и без всяких средств.

[belkafoto.livejournal.com]

22-я и 8-я кавалерийские дивизии СС немедленно нанесли контрудар с будапештского плацдарма и сумели вновь овладеть своими потерянными незадолго до этого позициями.

Первый этап сражения за Будапешт окончился, и когда на южной окраине столицы вновь стало спокойно, жизнь гражданского населения вошла в нормальное русло. Открылись торговые предприятия, возобновилось трамвайное движение, улицы оживил густой поток автомашин. Население вело себя так, как будто вообще не было никакой войны. А на окраине города шли бои! К своим позициям солдаты добирались трамваем. Когда мне стало известно, что венгерские офицеры ночуют на своих квартирах в городе, а не на позициях, я вынужден был принять радикальные меры.

В период, когда противник безуспешно напрягал свои силы, чтобы ворваться в Будапешт, он с неослабевающей силой предпринимал мощные атаки и в районе Цеглед, Сольнок.

Здесь против 57-го армейского и 4-го танкового корпусов, действовавших на левом фланге армейской группы Фреттер-Пико, вела бои 7-я советская гвардейская армия. В этом районе были сосредоточены также и основные силы авиации противника. Но пока противник еще только готовился к новому крупному наступлению, о чем свидетельствовало прибытие новых русских подкреплений в район Цегледа и Альберта. Наша авиация обнаружила эти новые скопления войск противника и подвергла их бомбардировкам и обстрелу.

Обстановка все более обострялась. 4 ноября нами были потеряны Цеглед, Абонь и Сольнок.

[belkafoto.livejournal.com]

Донесения, поступающие от войск, полностью подтвердились, когда я непосредственно на поле боя ознакомился с их состоянием. На отдельных участках фронта немецкие батальоны насчитывали всего лишь по 100— 200 человек. На каждые 100 метров фронта приходилось в среднем по 3,5 человека. Для противотанковых пушек не имелось необходимых средств тяги. Особое беспокойство внушало положение с танками. 13-я танковая дивизия имела не больше чем по одному боеспособному танку типа T-IV и T-V. В 24-й танковой дивизии боеспособных танков не осталась вообще; весь ее парк насчитывая 7 бронетранспортеров. Самые боеспособные танковые дивизии имели по 8, а большинство других — по 4-5 танков. Тревожным признаком являлось и то, что новые танки, поступившие за последнее время с заводов, очень часто выходили из строя.

[belkafoto.livejournal.com]

Впервые танки «Тигр» пошли в бой 29 августа 1942 года у станции Мга под Ленинградом, массированно начали применяться со сражения и взятия Харькова в феврале — марте 1943 года, использовались вермахтом и войсками СС вплоть до окончания Второй мировой войны.

Общее количество выпущенных машин, включая 10 Pz.Kpfw. VI Tiger (P) — 1357 единиц. Затраты на производство одного танка «Тигр» — 800 000 рейхсмарок (в два раза дороже любого танка тех времён).

[belkafoto.livejournal.com]

Прямых аналогов «Королевского тигра» не существовало. Танк имел очевидную направленность на истребление себе подобных, что не позволяет соотносить его с советским тяжёлым танком прорыва ИС-2, ориентированным в первую очередь на преодоление укреплённых позиций и поддержку пехоты. Однако, бронирование лба корпуса и противотанковые возможности орудия были крайне близки, а резко снизившееся в 1944 году качество приборов наблюдения Германии сократило разрыв между ними. Танки западных союзников M26 «Першинг», «Черчилль» и M6 по своим характеристикам даже близко не подошли к «Тигр II» и так же, как и ИС-2, основной своей целью имели поддержку пехоты и прорыв линий обороны. Единственным условным аналогом по массе можно считать советский танк ИС-7, но, как и ИС-2, он предназначался главным образом для прорыва мощных оборонительных полос противника. Это делает сравнение танков не совсем корректным, однако в литературе Тигр II и ИС-7 сравниваются именно по этому показателю.