По ветрие

[arbeka]

Казус Марии Ветровой

(Почему мы так говорим: "пламенные революционеры").

История рев. движения в России состоит из вполне забавных биографий. Школьным учителям есть что рассказать подрастающему поколению.

Мария Федосьевна Ветрова родилась в1870 году в селе Черниговской губернии. Мать Александра Николаевна Ветрова была казачка, отец - уездный нотариус. Брак их не был оформлен в церкви. Маруся числилась "внебрачной".
(Скромную биографию девы Марии, загоню в комменты).
Арестована была неожиданно в декабре 1896 года, уже в середине февраля ее должны были выпустить. Не дожидаясь этого радостного события, мария облила себя керосином из лампы, которую ей дали для чтения умных книг.
........................
"Александр Федорович Кони выполняя просьбу Льва Николаевича, опросил прокурора и ответил 14 марта 1897 Л. Н. ТОЛСТОМУ:
«по рассказу прокурора здешней Палаты Дейтриха, в действительности было вот что: Ветрова, была арестована 22 декабря, а последний допрос с нее был снят 28 января, и в половине февраля ее предполагалось освободить с вос¬прещением проживать в Петербурге в течение трех лет. За два дня до события она сказала посетившему ее комен¬данту генералу Эллису (очень хорошему и доброму чело¬веку): «У вас здесь не крепость, а публичный дом, когда я раздеваюсь, на меня в окно глядят мужчины, говорят не¬пристойности и показывают свои скрытые части». … Через два дня, получив для занятий лампу с керосином, она тотчас по выходе служи¬теля, принесшего лампу, облила себя и зажгла. В больнице она заявила, что над ней было учинено половое насилие, но врач, освидетельствовавший ее, по словам Дейтриха, на¬шел ее невинною и никаких следов насилия не обнаружил. Перед смертью, по свидетельству Эллиса, несчастная со¬жалела, что сделала «эту глупость». Вот все, что мне рассказывал Дейтрих. Этот ответ типичен для официального чиновника отводит вину с тюремной администрации. В какой степени он соответствует истине мы никогда не узнаем."

Comments

добились от неё признания?

[belkafoto.livejournal.com]

Допрашивавшие её жандармский офицер Шмаков, прокурор Кичин А. Е. и Семыкин, пользуясь душевной депрессией арестованной, добились от неё признания, что и привело Ветрову к роковому шагу (Меньшиков Л. П. Охрана и революция. 1928 г. т.1, стр 427).