Во дает...
Jun. 4th, 2018 07:14 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaТапок топал на войну
Сиеста была испорчена. Читал, ржал и бил копытом. Но (имхо) английская часть намного прелестней "африканской". Хотя и там юмор имеет место.
..................................
"Пользуясь наставлениями мужа, он прошел в спальню. Джулия еще не вставала, хотя часы показывали начало двенадцатого. Ее подвижное лицо, скрытое под слоем глины, было непроницаемым и грозным, как маска ацтека. Но она не лежала без дела. Рядом с постелью сидела ее секретарь мисс Холлоуэй, обложенная счетами, расходными книгами и письмами. Одной рукой миссис Ститч подписывала чеки, другой держала телефонную трубку, в которую диктовала детали костюмов для благотворительного балета. Элегантный молодой человек, стоявший на стремянке, расписывал потолок руинами замка. Дочь Джулии, Джозефина, восьмилетний чудо-ребенок, штудировала дневную порцию Вергилия. Бритлинг (горничная) вписывала слова в кроссворд, который миссис Ститч решала с половины восьмого утра.
...............................
— Самый умный журналист на Флит-стрит.
Уильям посмотрел еще раз. Паппенхакер был смуглым молодым человеком в гигантских роговых очках и со щетиной на скошенном подбородке. Он отчитывал официанта.
— Да?
— Едет в Эсмаилию от «Дейли Грош».
— По-моему, он чем-то очень раздражен.
— Не думаю. Он всегда так себя ведет с официантами. Дело в том, что он коммунист. Большинство сотрудников «Гроша» — коммунисты, они все учились в университете. Паппенхакер считает, что вежливо обращаться с пролетарием — значит поддерживать капиталистическую систему. Конечно, он очень умный, но его недолюбливают.
— Похоже, он собирается драться.
— Ничего удивительного. С ним это бывает. Его даже перестали пускать в некоторые рестораны. Видите, с какими интересными людьми вы познакомитесь, когда поедете в Эсмаилию.
..........................
"— По-моему, война идет между Красными и Черными.
— Да, но это не так просто. Видите ли, они все негры. Но фашисты запрещают называть себя черными из-за расовой гордости, поэтому они называют себя Белыми, в честь русской Белой армии. А большевики, наоборот, хотят, чтобы их называли черными — и тоже из-за расовой гордости. Поэтому, когда говорят «черные», то подразумевают «красные», а когда подразумевают «красные», то говорят «белые», а когда партия, которая называет себя «черные», говорит «предатели», то подразумевают тех, кого «черными» называем мы, но что имеем в виду мы, когда говорим «предатели», я вам сказать не могу. Впрочем, с нашей точки зрения, все будет просто. Лорду Копперу нужны только победы Патриотов, а ими называют себя обе стороны, так что все победы будут Патриотическими. На самом деле это, конечно, война между Россией, Германией, Италией и Японией, которые сражаются друг с другом на стороне Патриотов. Надеюсь, я ясно выражаюсь?
— В общем, да, — ответил Уильям, успевший освоить местный жаргон.
https://www.e-reading.club/chapter.php/1010172/3/Vo_-_Sensaciya.html
Сиеста была испорчена. Читал, ржал и бил копытом. Но (имхо) английская часть намного прелестней "африканской". Хотя и там юмор имеет место.
..................................
"Пользуясь наставлениями мужа, он прошел в спальню. Джулия еще не вставала, хотя часы показывали начало двенадцатого. Ее подвижное лицо, скрытое под слоем глины, было непроницаемым и грозным, как маска ацтека. Но она не лежала без дела. Рядом с постелью сидела ее секретарь мисс Холлоуэй, обложенная счетами, расходными книгами и письмами. Одной рукой миссис Ститч подписывала чеки, другой держала телефонную трубку, в которую диктовала детали костюмов для благотворительного балета. Элегантный молодой человек, стоявший на стремянке, расписывал потолок руинами замка. Дочь Джулии, Джозефина, восьмилетний чудо-ребенок, штудировала дневную порцию Вергилия. Бритлинг (горничная) вписывала слова в кроссворд, который миссис Ститч решала с половины восьмого утра.
...............................
— Самый умный журналист на Флит-стрит.
Уильям посмотрел еще раз. Паппенхакер был смуглым молодым человеком в гигантских роговых очках и со щетиной на скошенном подбородке. Он отчитывал официанта.
— Да?
— Едет в Эсмаилию от «Дейли Грош».
— По-моему, он чем-то очень раздражен.
— Не думаю. Он всегда так себя ведет с официантами. Дело в том, что он коммунист. Большинство сотрудников «Гроша» — коммунисты, они все учились в университете. Паппенхакер считает, что вежливо обращаться с пролетарием — значит поддерживать капиталистическую систему. Конечно, он очень умный, но его недолюбливают.
— Похоже, он собирается драться.
— Ничего удивительного. С ним это бывает. Его даже перестали пускать в некоторые рестораны. Видите, с какими интересными людьми вы познакомитесь, когда поедете в Эсмаилию.
..........................
"— По-моему, война идет между Красными и Черными.
— Да, но это не так просто. Видите ли, они все негры. Но фашисты запрещают называть себя черными из-за расовой гордости, поэтому они называют себя Белыми, в честь русской Белой армии. А большевики, наоборот, хотят, чтобы их называли черными — и тоже из-за расовой гордости. Поэтому, когда говорят «черные», то подразумевают «красные», а когда подразумевают «красные», то говорят «белые», а когда партия, которая называет себя «черные», говорит «предатели», то подразумевают тех, кого «черными» называем мы, но что имеем в виду мы, когда говорим «предатели», я вам сказать не могу. Впрочем, с нашей точки зрения, все будет просто. Лорду Копперу нужны только победы Патриотов, а ими называют себя обе стороны, так что все победы будут Патриотическими. На самом деле это, конечно, война между Россией, Германией, Италией и Японией, которые сражаются друг с другом на стороне Патриотов. Надеюсь, я ясно выражаюсь?
— В общем, да, — ответил Уильям, успевший освоить местный жаргон.
https://www.e-reading.club/chapter.php/1010172/3/Vo_-_Sensaciya.html
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
Ниже талии я одет
Date: 2018-06-04 06:24 pm (UTC)Солнца днем, луны в ночи, —
блаженно распевал дядя Теодор, надевая брюки, и в его памяти дискант взмывал к сумеречным церковным сводам, трогая даже самые холодные подростковые сердца. Воспоминания были неточны, но эмоциональны.
Мистер Солтер слушал с полнейшим равнодушием. В отчаянии он принялся колотить в дверь зонтиком. Пение прекратилось, и баритон прозаически спросил:
— Эй, кто это там?
Мистер Солтер, ковыляя, спустился из-под навеса и увидел в обрамленном плющом окне второго этажа цветущее патрицианское лицо и пухлый голый торс.
— Добрый вечер, — вежливо произнес он.
— Добрый вечер.
Дядя Теодор высунулся, сколько мог, из окна, разглядывая мистера Солтера через монокль.
— С места, на котором вы стоите, — сказал он, — может показаться, что я полностью обнажен. Спешу вас разуверить. Ниже талии я одет в достойнейшие черные брюки. А вы, наверное, тот самый человек, которого ожидает мой племянник Уильям?
— Да… Я уже давно звоню.
— А мне показалось, — строго произнес дядя Теодор, — что вы колотили в дверь палкой.
— Да. Видите ли…
— Вы опоздаете к ужину, если будете стоять под дверью и буйствовать. Я, кстати, тоже, если буду продолжать этот разговор. Надеюсь вскоре увидеть вас в более подходящих обстоятельствах. Пока же — arivederci.[35]
Голова исчезла, и мелодия снова взмыла в сумерки к верхушкам деревьев и галдящим грачам.