![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbeka"Закон, что дышло" - утверждали русские крестьяне.
«Казус Прокофьева»
Лину Прокофьеву всегда возмущало, когда она слышала о себе выражение «первая жена русского композитора Прокофьева». В 1938 году С. С. Прокофьев познакомился с Мирой Александровной Мендельсон[23]. Через год у композитора и молодой переводчицы начался роман. В начале 1941 года Прокофьев ушёл из семьи[23]. В 1947 году вышел получивший обратную силу (ex post facto) Указ Президиума ВС СССР «О воспрещении браков между гражданами СССР и иностранцами». Таким образом, заключённый в Эттале брак был признан недействительным, так как он не был оформлен в консульстве СССР, что сделало возможной официальную регистрацию брака С. С. Прокофьева с М. А. Мендельсон 15 января 1948 года[23]. В октябре 1954 года Указ Президиума Верховного Совета СССР «О воспрещении браков между гражданами СССР и иностранцами» был отменён. Это позволило Лине Прокофьевой в 1957 году юридически восстановить права жены композитора в судебном порядке. После выдачи свидетельства о браке с С. С. Прокофьевым вдова добилась признания её единственной женой и получения персональной пенсии. Однако 12 марта 1958 года Верховным судом также была признана вдовой Мира Мендельсон. По словам сына композитора Святослава и В. Н. Чемберджи, в советской юридической практике этот случай получил название «казус Прокофьева», беспрецедентность которого состоит в том, что суд признал оба брака действительными. Саймон Моррисон писал: «У Прокофьева было две вдовы, и его состояние было поделено между двумя его женами и двумя сыновьями»[24].
Подробнее:
http://www.e-reading.club/chapter.php/1042507/31/Chemberdzhi_-_XX_vek_Liny_Prokofevoy.html
«Казус Прокофьева»
Лину Прокофьеву всегда возмущало, когда она слышала о себе выражение «первая жена русского композитора Прокофьева». В 1938 году С. С. Прокофьев познакомился с Мирой Александровной Мендельсон[23]. Через год у композитора и молодой переводчицы начался роман. В начале 1941 года Прокофьев ушёл из семьи[23]. В 1947 году вышел получивший обратную силу (ex post facto) Указ Президиума ВС СССР «О воспрещении браков между гражданами СССР и иностранцами». Таким образом, заключённый в Эттале брак был признан недействительным, так как он не был оформлен в консульстве СССР, что сделало возможной официальную регистрацию брака С. С. Прокофьева с М. А. Мендельсон 15 января 1948 года[23]. В октябре 1954 года Указ Президиума Верховного Совета СССР «О воспрещении браков между гражданами СССР и иностранцами» был отменён. Это позволило Лине Прокофьевой в 1957 году юридически восстановить права жены композитора в судебном порядке. После выдачи свидетельства о браке с С. С. Прокофьевым вдова добилась признания её единственной женой и получения персональной пенсии. Однако 12 марта 1958 года Верховным судом также была признана вдовой Мира Мендельсон. По словам сына композитора Святослава и В. Н. Чемберджи, в советской юридической практике этот случай получил название «казус Прокофьева», беспрецедентность которого состоит в том, что суд признал оба брака действительными. Саймон Моррисон писал: «У Прокофьева было две вдовы, и его состояние было поделено между двумя его женами и двумя сыновьями»[24].
Подробнее:
http://www.e-reading.club/chapter.php/1042507/31/Chemberdzhi_-_XX_vek_Liny_Prokofevoy.html
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
почти по теме
Date: 2017-05-29 04:30 am (UTC)"Показательна и судьба матери Дашковой, М. И. Сурминой. Ирландская компаньонка княгини Марта Уилмот (Вильмот) записала рассказ покровительницы: «Госпожа Сурмина… еще девочкой была выдана замуж за князя Юрия Долгорукова. Вскоре после этого семья Долгоруковых попала в опалу, и императрица Анна [Иоанновна] приговорила князя к пожизненному изгнанию в Сибирь. Мать Сурминой… бросилась к ногам императрицы, умоляя разрешить развод дочери, получила разрешение и через несколько месяцев выдала ее замуж за графа Романа Воронцова»[14]. После возвращения из ссылки в 1741 году Долгоруковы встретились с Воронцовыми. Бывшие супруги узнали друг друга и «были чрезвычайно смущены», но ни о каком «возвращении к старому» речи уже идти не могло. Тем более что Марфа Ивановна для получения развода написала под диктовку матери прошение, в котором заявляла несогласие с «образом мыслей» мужа[15]. Как не вспомнить недавние печальные времена, жен и детей «врагов народа», писавших отказы от мужей и родителей, чтобы не разделить их судьбу и не попасть в лагерь?