Вера, племянница

[arbeka]

Вера, племянница

Как известно, С. Ковалевская написала книжку "Нигилистка". Прообразом героини послужила племянница жены Пушкина, Вера Сергеевна Гончарова ( 7 июль 1850).

С помощью самой Ковалевской и Достоевского, ей удалось выйти замуж за Исаака Яковлевича Павловского, 1852 Таганрог - 1924 Париж, соседа и знакомого (?)Чехова.

..."по распоряжению министра внутренних дел был выслан в апреле 1878 года под надзор полиции в Архангельскую губернию. В ссылке проживал в Пинеге. 30 мая 1878 года бежал из Пинеги и эмигрировал за границу, в Америку."

Внук Павловского известен, а вот следы Веры Гончаровой, кажется, теряются.

Comments

записанных им многочисленных адресов.

[belkafoto.livejournal.com]

" Высокообразованный, с широким научным кругозором, блестящий оратор с огромным революционным темпераментом, Лопатин имел много шансов весьма успешно справиться с возложенным на него поручением. Он был очень популярен и в революционных, и в прогрессивных кругах и имел друзей и почитателей по всей России. Правда, Лопатин не укладывался в партийные рамки, но момент был слишком серьезный, и Лопатин себя безоговорочно отдал в распоряжение "Народной воли". Его снабдили множеством адресов, и он, со свойственным ему мужеством, пустился в путь.
Благополучно переехав границу и посетив несколько провинциальных городов, он наконец прибыл в Петербург.
Сообщил ли жандармам о выезде Лопатина в Россию заграничный шпион, или Лопатин подцепил охранника в пути, но в Петербурге ему жандармы не дали развернуться. Он был арестован на улице вскоре после своего приезда и, к великому несчастью, так внезапно, что ему не удалось уничтожить записанных им многочисленных адресов.
Начались аресты по всей России, не только революционеров, случайно уцелевших, но и людей, сочувствующих партии и оказавших ей те или иные услуги.
Это был новый разгром революционных сил и новый страшный удар для лежавшей и без этого в развалинах партии.
В связи с арестом Лопатина была сметена вся группа П.Ф. Якубовича, провалились участники убийства Судейкина -- Стародворский, Куницкий и Росси -- и арестованы многие видные общественные деятели, имевшие весьма отдаленное отношение к революционным кругам.
Трудно передать, какое страшное впечатление все эти аресты произвели на революционно настроенные элементы и в особенности на русское прогрессивное общество. Тревога, близкая к панике, охватила всех. Партия снова была скомпрометирована. Ее ругали, винили в том, что она ничего не делает и в то же время губит массу народу. Жандармы ликовали, а мы, старые революционеры, вынуждены были молчаливо выслушивать самые жестокие упреки, ибо сами чувствовали, что все идет из рук вон плохо.