arbeka

На фоне терпеливой кирпичной стены, как бы легально, шелестит все еще зеленая ветка. Это, если смотреть налево, за римский профиль соседки.
У школьной доски, динамичная Анна уверяет доверчивых слушателей в том, что работать полезно. Когда наша руко-водительница вздымает лапки, ее полосатая футболка образует подобие жабер. И наводит на странный, неудобный вопрос: давно ли тряпочка плескалась в стиральной машинке?

Дева слева именуется Гизела.
У нее две небольшие, вполне приятные на вид груди. А еще, 12 козочек и курочки. Новогоднюю судьбу одного из козликов, предстоит вскоре с ней обсудить.

"Бьют не по паспорту...", - вспомнилось мне, поглядывая на Марка, соседа сзади: ну, вылитый араб. Его трудовой и со-путствующей биографией, в нашей деревне, можно было бы гордиться.
10 детско-юношеских лет ушли на грызение наук на острове Ибица. После чего последовали курсы "эбаностерии" и долгое сладостное погружение в йогу, и свою будущую (теперь уже бывшую) жену. В перерывах между подработками в Лондоне, испанскими ярмарках и прочей борьбой под солнцем, неутомимый Марк продолжил свой род. Детки, мальчик и девочка, должны были получиться прелестными, если не пошли личиком в папу.

Удивленно взирая на длинный, все еще недописанный ("терпения нэ хватило") послужной список псевдо-араба, вопрошаю, какую самую странную работенку он поимел.
"Бесплатную, - улыбается Марк, - ну, хорошо, условно бесплатную. Мне задарма отремонтировали пасть (демонстрирует), а я, тоже бесплатно, 4 месяца вкалывал на ферме."

- А ты не хочешь за денежку учить йоге?
"Дух непродажен", - смиренно ответствует sant Marc.