Страшно далеки они
Sep. 19th, 2016 09:09 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaСтрашно далеки они от народа (с)
"Учиться, учиться и учиться" (умри, Платон, лучше не скажешь)
"Здесь нам кажется уместным добавить, что и приятельница Ольги Филипповны, княгиня Нина Сергеевна Оболенская (муж которой умер за границей), также не совсем потерялась после 1917 года. Очень вскоре она уже в Москве, и в ее речи вместо упоминания имен светлейших князей Голицыных и родственных ее мужу Толстых начинают скользить совершенно другие имена: наркома здравоохранения Н.А.Семашко и управляющего делами Совнаркома В.Д.Бонч-Бруевича. А когда двум ее дочерям отказывают в праве поступать в ВУЗы на том основании, что они, мол, княжны и, притом из Рюриковичей, то ответственный секретарь «Правды» Мария Ильинична Ульянова по просьбе Нины Сергеевны добывает у брата справку, на которой написано: «Принять, как потомков декабриста».
http://www.mccme.ru/~vitar/glinka/hranitel2/02-comments.htm
"Учиться, учиться и учиться" (умри, Платон, лучше не скажешь)
"Здесь нам кажется уместным добавить, что и приятельница Ольги Филипповны, княгиня Нина Сергеевна Оболенская (муж которой умер за границей), также не совсем потерялась после 1917 года. Очень вскоре она уже в Москве, и в ее речи вместо упоминания имен светлейших князей Голицыных и родственных ее мужу Толстых начинают скользить совершенно другие имена: наркома здравоохранения Н.А.Семашко и управляющего делами Совнаркома В.Д.Бонч-Бруевича. А когда двум ее дочерям отказывают в праве поступать в ВУЗы на том основании, что они, мол, княжны и, притом из Рюриковичей, то ответственный секретарь «Правды» Мария Ильинична Ульянова по просьбе Нины Сергеевны добывает у брата справку, на которой написано: «Принять, как потомков декабриста».
http://www.mccme.ru/~vitar/glinka/hranitel2/02-comments.htm
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
и те пошли на лесоповал
Date: 2016-09-19 07:14 pm (UTC)Смущение, чувство неуместности своего присутствия, неловкости — были О.Ф. незнакомы. Ее невозмутимая неторопливость и уверенность в праве на особое отношение почти гипнотически действовали на людей, и в глухом городке, окруженном лесами (где эвакуированные сюда племянницы композитора Стравинского, и те пошли на лесоповал) ей, шестидесятилетней даме, сразу предложили место работы в музее."
Андрей Иванович Корсун (1907–1963), переводчик
Date: 2016-09-19 07:31 pm (UTC)Я учился тогда в военно-морском училище, а, точнее, в училищах. Выпускали нас на волю скупо, и, возможно, от этого я начал слагать вирши. «Стоит на скалах капитан,/ Во тьму уставив взгляд. /А ниже — воет океан, /А ниже — смерть и ад…». Мне надо было, чтобы кто-нибудь меня слушал. Дядя Андрей переводил тогда для «Литературных памятников» древнеисландскую поэзию. Я выбрал его. Слушая, как я рифмованно завываю, он, мягко улыбался и, отводя глаза, тепло клал мне руку на плечо. Перед тем, как мне уйти, он снабжал меня тоненькими книжечками издания 1910-х и начала 1920-х годов. Страницы книжечек были желтоватые, твердые, с неровно обрезанными краями. Несколькими годами позже, чтобы купить такую книжечку у букиниста, надо было два месяца работать."
Про обувь ничего не помню
Date: 2016-09-19 07:37 pm (UTC)Союз Андрея Ивановича и моей приемной матери Марианны Евгеньевны — это союз Филемона и Бавкиды, кстати, именно от них миф о счастливо старящейся чете я впервые и услышал. Каким был тогда Андрей Иванович? Какой была Марианна Евгеньевна? Им обоим было уже под пятьдесят. В прошлом у Андрея Ивановича был брак и развод с мятущейся поэтессой Лидией Аверьяновой, смерть в блокадном городе неустроенных стариков, и все то, что книжный, знающий языки деликатный человек мог увидеть, ощутить и понять, пройдя в солдатских погонах пешком до Берлина. У тети в прошлом была пришедшаяся на ее тридцать с небольшим блокадная зима, затем четыре года эвакуации, сравнимой только с отбыванием трудовой повинности, повисшая на ней семья убитого на войне брата мужа — двое детей и старуха, оставшиеся без кола, без двора. И безденежье.
А теперь постепенно наступал покой. Он работал в заветной гавани — библиотеке Эрмитажа, она — в здании Кунсткамеры неторопливо исследовала портреты Ломоносова.
Оба были бессребрениками, оба существовали, словно поверх быта. Про его галифе уже сказано, Марианна же Евгеньевна, замечательно красивая в молодости, склонности имела почти монастырские — дешевая юбка, застежка которой могла оказаться с любой стороны, пара блузок, не имеющий цвета берет, старый плащ, старое пальто. Почти болезненная худоба, пачка «Беломора». Про обувь ничего не помню.
У них впереди (они так думали) были спокойные, а, значит, счастливые годы — помешать этому, казалось, не могло ничто. Но конец этого союза был иным, нежели у мифа. У дяди Андрея все чаще бывало черно-желтое, почти зеленое лицо. В пятьдесят с небольшим он выглядел на двадцать лет старше. Он умер той осенью, когда убили Кеннеди, и когда он умирал, рядом была лишь гудящая короткими сигналами висящая на шнуре телефонная трубка.
Владимир Дмитриевич Метальников (1901–1968), переводчик, д
Date: 2016-09-19 08:03 pm (UTC)..................
Как год рождения Владимира Дмитриевича Метальникова (1901), так и год его смерти (1968) совершенно точно совпадают с годами рождения и смерти его друга, знаменитого театрального режиссера Николая Павловича Акимова. Более того, Метальникова не стало не только в том же году, не только в том же месяце, но в ту же неделю, что и Акимова. Ни у кого из тех, кто близко знал Владимира Дмитриевича, не было ни тени сомнений, что одна смерть явилась прямым следствием другой, хотя, сам факт все-таки изумлял. Пережить то, что выпало на долю всему их поколению, и умереть в 60-х годах от горя, от потрясения, что не стало друга — в этом было что-то выходящее за рамки понимания, что-то не нынешнее…
Уже много позже того, как его не стало, от кого-то из того самого круга людей я услышал, что семье Метальниковых до семнадцатого года принадлежали в Крыму земли, на которых впоследствии разместился пионерский лагерь Артек. Так это или нет, уточнить не привелось, а уж теперь такое ощущение, что не только какое-то имение или курортный лагерь, а и сам Крым отплыл в небытие…
Виктор Андроникович Мануйлов (1903–1987), литературовед
Date: 2016-09-19 08:19 pm (UTC)В том году в литфондовском доме творчества отдыхала балерина Галина Уланова. Ее номер в лучшем из корпусов, выходившем своими лоджиями в парк, соседствовал с номером Виктора Андрониковича Мануйлова (см. о нем «Хранитель», книга первая, с. 34-36), человека в Коктебеле известнейшего.
Виктор Андроникович был лермонтоведом, при том не каким-нибудь заурядным, а самым что ни на есть ведущим. При этом он был редкостным, химически чистым бессребреником. Авторам, которые писали статьи для задуманной им лермонтовской энциклопедии, он зачастую платил из собственного кармана. У нас до сих пор нет «Пушкинской энциклопедии», нет «Толстовской», нет «Чеховской». Но, исключительно благодаря Мануйлову, есть энциклопедия «Лермонтовская».
Профессор Ленинградского университета, он был к тому же хиромантом. То есть являлся, призовем на помощь всю гибкость русского языка, научной гадалкой по руке.
Девичья фамилия мадам Маньян
Date: 2016-09-19 08:40 pm (UTC)В 1971 году я оказался включенным в тур от Союза писателей по Франции. В день отлета из Москвы вдова А.Н.Толстого Людмила Ильинична (шапочное знакомство по Коктебелю) снабдила меня какими-то парижскими телефонами «на всякий случай». День был сумасшедший, и я ни о чем не переспросил. А через неделю, оказавшись в Париже, я позвонил некой Аля, от которой тут же получил приглашение приехать в гости (все по-русски). Дом был на эспланаде Инвалидов, и против кнопок звонков кроме фамилий стояли титулы: «барон», «графиня», и только против одной, на которую надо было нажать мне, не было обозначено титула.
— Повторите, вашу фамилию, — сказала старая дама, когда я переступил порог. — Я по телефону не все расслышала …
Я повторил.
— Отчество вашего отца? Отчество деда? Кто ваш дед был по профессии? Где он жил? Город?
Несколько изумляясь, я отвечал. Впрочем, чуть позже все разъяснилось. Аля (она же Элизабет Маньян) родилась в Старой Руссе, и мой дед лечил всю их семью. Девичья фамилия мадам Маньян звучала просто — Прокофьева. У нее, оказывается, еще была сестра, с которой в 1930-х они отправились в Москву, где и вышли замуж за иностранных коммунистов — Аля за француза (который потом стал редактором «Юманите»), ее сестра — за немца (который потом стал министром Госплана ГДР).
Но сейчас я был в Париже, и допрос еще не кончился.
— Кто такой «Манная каша»? — спросила мадам Маньян. У нее был вид человека, который знает, что уж сейчас-то, как бы обманщик ни изощрялся, ему крышка.
— Это контр-адмирал Сергей Валентинович Кудрявцев, — ответил я с ощущением, что для сохранения жизни выдаю государственную тайну.
— Ну, что ж… — сказала Аля. — Проходите.
Жил под чужим именем
Date: 2016-09-19 08:45 pm (UTC)Мы плыли путем из греков в варяги, и я не подозревал того, что кругом полным-полно тех, кто совсем не хотел бы, чтобы о них знали больше. Подробности прошлого некоторых из моих тогдашних товарищей я узнавал потом лет через сорок. Их так же, как и меня в детстве, подолгу держали в неведении. Жил под чужим именем, оказывается, даже тот пароход, на котором мы плыли. Много лет спустя, я узнал, что «Всесоюзный староста Калинин» начинал свою жизнь, как «Отец Иоанн Кронштадтский», да еще и строился он в Англии, в стране, которая, как нам внушали, что-то постоянно замышляла против СССР. Мы плыли сквозь годы, когда уже не только множество людей, но и множество объектов неодушевленного мира как будто задались целью не иметь прошлого.
внучка "красного графа"
Date: 2016-09-19 09:07 pm (UTC)почти что подставлял подножку рабочим
Date: 2016-09-20 07:22 pm (UTC)"В автобусе Лева вел себя вызывающе, почти что подставлял подножку рабочим, возвращавшимся домой с какого-то заводика.
В своей мятой фуражке он выглядел бывшим офицером. Его ненавидели, но боялись из-за его дерзости. Он вообще любил препираться в трамваях, чтоб последнее слово оставалось за ним."
было способом самоутверждения
Date: 2016-09-21 08:09 am (UTC)чтобы устроить их счастье
Date: 2016-09-21 03:00 pm (UTC)Неожиданно раздался междугородный телефонный звонок.
Подзывают брата. Я видела, как он разговаривал с выражением полного недоумения на лице. Это была Ариша. Она обращалась к нему на «ты» и кричала. Вскоре посыпался град безграмотных писем, кем-то написанных по установленному опытными вымогателями образцу. Для вящей убедительности указывалась точная дата, когда произошло мнимое происшествие. Мой брат отнесся к этой истории чрезмерно спокойно. Получив повестку в народный суд, он пошел к судье до заседания и установил свое алиби, кажется, показав справку об отсутствии в Москве в указанный день. Но защитница Ариши не смутилась: «Бедная неграмотная женщина, разве она может помнить дни и числа при таких переживаниях?» – и вычеркнула дату из иска гражданки Грачевой. Суд, конечно, присудил брату платить алименты до достижения новорожденной восемнадцати лет. Потянулось длительное, выматывающее нервы дело. У Грачевой появился новый образованный адвокат. Он даже Достоевского читал. Указание на безобразную внешность Грачевой ловко отвел, ссылаясь на Федора Карамазова, польстившегося на Елизавету Смердящую. Так или иначе, история, воспринятая нами вначале как анекдот, закончилась тем, что из зарплаты моего брата долгие годы вычиталась третья или четвертая часть на содержание девочки Грачевой, которая была названа матерью в честь своей бывшей хозяйки Надей.
Эта история оказала гнетущее действие на моих родителей. От последних иллюзий светлой новой жизни волей-неволей приходилось отказываться.
Трехгорка
Date: 2016-09-23 09:48 am (UTC)