Regeneration
Oct. 4th, 2025 08:43 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaRegeneration
((В рус. Вику не попал и в прокате с грохотом провалился.))
"Фильм начинается с открытого письма Зигфрида Сассона от июля 1917 года — «Закончил с войной: декларация солдата», в котором он выступает против «политических ошибок и неискренности, ради которых жертвуют солдатами».
Письмо было опубликовано в The Times и привлекло большое внимание, потому что Сассон считается героем за проявленную храбрость — которая порой была почти самоубийственно безрассудной — и получил Военный крест, который позднее Сассон выбрасывает. Благодаря вмешательству и поддержке Роберта Грейвза, поэта и друга, армия отправляет Сассона в психиатрическую больницу для военнослужащих Крэглокхарт, вместо того чтобы судить его. Там Сассон встречает доктора Уильяма Риверса, психиатра-фрейдиста, который поощряет пациентов выражать воспоминания о войне как форму терапии.
Фильм не сосредоточен на одном главном герое и его сюжетной линии, а показывает переплетение нескольких историй: доктора Риверса и его пациентов — Зигфрида Сассона и Билли Приора. Уилфред Оуэн появляется как второстепенный персонаж, связанный с историей Сассона.
Приор, поначалу вызывающий неприязнь персонаж, становится вызовом для Риверса, которому нужно понять, какой опыт вызвал его немоту. Приор внезапно возвращает речь, затем ищет женской компании и начинает отношения с Сарой, работницей боеприпасного завода. У него сильное чувство социальной принадлежности — он один из немногих солдат рабочего класса, допущенных к офицерскому обучению и получивших комиссию, что отличает его от других офицеров и заставляет ссылаться на случаи, из-за которых он утратил доверие к властям. В фильме упоминаются различия в лечении офицеров и рядовых, включая сам Крэглокхарт, который принимает только офицеров. Когда Приор готов к гипнозу, он и Риверс обнаруживают, что его травму вызвала смерть одного из его подчинённых, убитого бомбой. Приор потерял речь, когда поднял глаз солдата и спросил, что делать с «этой конфетой-гобстоппером». Это удивляет Приора, который ожидал, что его состояние вызвано чем-то, за что он сам несёт ответственность. Он чувствует необходимость вернуться на фронт, чтобы доказать себе и другим, что он так же компетентен, как раньше.
Сассон подружился с другим пациентом — Уилфредом Оуэном. Оуэн стремится быть поэтом и уважает творчество Сассона; Сассон соглашается помочь ему с поэзией.
Между тем Риверс развивает собственные проблемы с психическим здоровьем из-за работы с травмами пациентов и берёт отпуск, чтобы посетить практику Льюиса Йилланда в Лондоне. Йилланд лечит пациентов — рядовых и унтер-офицеров — не как травмированных людей, а как машины, которые нужно быстро «починить». Риверс наблюдает за экспериментальной электротерапией на пациенте, потерявшем речь, как и Приор. Процедура заключается в применении электрического тока к ротовой полости пациента для стимуляции речи у немого. Риверса шокирует жестокость метода, и он возвращается в Крэглокхарт, продолжая производить то, что Сассон называет «нежными чудесами», пусть это и сказывается на его собственном психическом здоровье, в отличие от Йилланда, который лишён эмпатии, но гордится успехом в лечении немоты.
Сассон, хотя и остаётся противником продолжения войны, решает вернуться во Францию, чтобы заботиться о своих солдатах. Во время оценки Сассона ревизионной комиссией Риверс удивлён, что Сассон настаивает, что он не изменил своего мнения. Таким образом, он всё ещё соответствует предыдущей оценке психического заболевания. Однако на самом деле Сассон не qualifies как психически больной и желает вернуться на фронт. Риверс признаёт его годным. Сассона показывают раненым, после чего он смеётся, избежав смерти, к удивлению своих людей. Степень травмы раскрывается позже, когда Риверс читает его письмо после войны.
Тем временем Приор предстает перед комиссией и назначен на домашние обязанности, вероятно из-за астмы, что не позволяет точно определить, вылечен ли он. В последний раз его видят в постели с Сарой.
Заключительные сцены показывают тело Уилфреда Оуэна в французском канале в последние дни войны и печаль Риверса, когда он узнаёт об этом. Его показывают плачущим, когда он читает «Притчу о старике и юном», присланную Сассоном. Визуальный мотив канала, который был мечтой Оуэна, теперь завершён. В отличие от снов других пациентов, визуализирующих травмирующие события, сны Оуэна предсказывают его смерть.
Regeneration is a 1997 British film, directed by Gillies MacKinnon, an adaptation by Allan Scott of the 1991 novel of the same name by Pat Barker. It was released as Behind the Lines in the US in 1998.
Box office $225,519[1]
((В рус. Вику не попал и в прокате с грохотом провалился.))
"Фильм начинается с открытого письма Зигфрида Сассона от июля 1917 года — «Закончил с войной: декларация солдата», в котором он выступает против «политических ошибок и неискренности, ради которых жертвуют солдатами».
Письмо было опубликовано в The Times и привлекло большое внимание, потому что Сассон считается героем за проявленную храбрость — которая порой была почти самоубийственно безрассудной — и получил Военный крест, который позднее Сассон выбрасывает. Благодаря вмешательству и поддержке Роберта Грейвза, поэта и друга, армия отправляет Сассона в психиатрическую больницу для военнослужащих Крэглокхарт, вместо того чтобы судить его. Там Сассон встречает доктора Уильяма Риверса, психиатра-фрейдиста, который поощряет пациентов выражать воспоминания о войне как форму терапии.
Фильм не сосредоточен на одном главном герое и его сюжетной линии, а показывает переплетение нескольких историй: доктора Риверса и его пациентов — Зигфрида Сассона и Билли Приора. Уилфред Оуэн появляется как второстепенный персонаж, связанный с историей Сассона.
Приор, поначалу вызывающий неприязнь персонаж, становится вызовом для Риверса, которому нужно понять, какой опыт вызвал его немоту. Приор внезапно возвращает речь, затем ищет женской компании и начинает отношения с Сарой, работницей боеприпасного завода. У него сильное чувство социальной принадлежности — он один из немногих солдат рабочего класса, допущенных к офицерскому обучению и получивших комиссию, что отличает его от других офицеров и заставляет ссылаться на случаи, из-за которых он утратил доверие к властям. В фильме упоминаются различия в лечении офицеров и рядовых, включая сам Крэглокхарт, который принимает только офицеров. Когда Приор готов к гипнозу, он и Риверс обнаруживают, что его травму вызвала смерть одного из его подчинённых, убитого бомбой. Приор потерял речь, когда поднял глаз солдата и спросил, что делать с «этой конфетой-гобстоппером». Это удивляет Приора, который ожидал, что его состояние вызвано чем-то, за что он сам несёт ответственность. Он чувствует необходимость вернуться на фронт, чтобы доказать себе и другим, что он так же компетентен, как раньше.
Сассон подружился с другим пациентом — Уилфредом Оуэном. Оуэн стремится быть поэтом и уважает творчество Сассона; Сассон соглашается помочь ему с поэзией.
Между тем Риверс развивает собственные проблемы с психическим здоровьем из-за работы с травмами пациентов и берёт отпуск, чтобы посетить практику Льюиса Йилланда в Лондоне. Йилланд лечит пациентов — рядовых и унтер-офицеров — не как травмированных людей, а как машины, которые нужно быстро «починить». Риверс наблюдает за экспериментальной электротерапией на пациенте, потерявшем речь, как и Приор. Процедура заключается в применении электрического тока к ротовой полости пациента для стимуляции речи у немого. Риверса шокирует жестокость метода, и он возвращается в Крэглокхарт, продолжая производить то, что Сассон называет «нежными чудесами», пусть это и сказывается на его собственном психическом здоровье, в отличие от Йилланда, который лишён эмпатии, но гордится успехом в лечении немоты.
Сассон, хотя и остаётся противником продолжения войны, решает вернуться во Францию, чтобы заботиться о своих солдатах. Во время оценки Сассона ревизионной комиссией Риверс удивлён, что Сассон настаивает, что он не изменил своего мнения. Таким образом, он всё ещё соответствует предыдущей оценке психического заболевания. Однако на самом деле Сассон не qualifies как психически больной и желает вернуться на фронт. Риверс признаёт его годным. Сассона показывают раненым, после чего он смеётся, избежав смерти, к удивлению своих людей. Степень травмы раскрывается позже, когда Риверс читает его письмо после войны.
Тем временем Приор предстает перед комиссией и назначен на домашние обязанности, вероятно из-за астмы, что не позволяет точно определить, вылечен ли он. В последний раз его видят в постели с Сарой.
Заключительные сцены показывают тело Уилфреда Оуэна в французском канале в последние дни войны и печаль Риверса, когда он узнаёт об этом. Его показывают плачущим, когда он читает «Притчу о старике и юном», присланную Сассоном. Визуальный мотив канала, который был мечтой Оуэна, теперь завершён. В отличие от снов других пациентов, визуализирующих травмирующие события, сны Оуэна предсказывают его смерть.
Regeneration is a 1997 British film, directed by Gillies MacKinnon, an adaptation by Allan Scott of the 1991 novel of the same name by Pat Barker. It was released as Behind the Lines in the US in 1998.
Box office $225,519[1]
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2025-10-04 06:56 pm (UTC)Вот почему это произошло — шаг за шагом:
🕯️ 1. Неподходящий жанр для массовой аудитории
Фильм — не про героизм, не про сражения, а про травму, молчание, бессилие и психиатрию.
Нет действия, почти нет музыки, почти нет войны на экране — только разговоры, стихи и терапия.
Это типичная "медленная интеллектуальная драма", интересная критикам и университетам, но не зрителям, покупающим билеты в кино.
🎞️ 2. Слабая маркетинговая кампания
Картина выпускалась маленьким дистрибьютором (PolyGram/Artisan) без мощной рекламной поддержки.
В США её вообще переименовали в “Behind the Lines” — нейтрально и непонятно.
Никакого фестивального хайпа, громких трейлеров или интервью с актёрами не было.
Релиз прошёл ограниченно — несколько кинотеатров в Лондоне и нескольких городах США.
🎓 3. Академическая, “британская” манера
Это кино — очень британское по стилю: сдержанное, сухое, без мелодрамы.
Диалоги почти театральные, съёмка камерная.
Для зрителя, привыкшего к “эпическим” военным драмаам (в духе Saving Private Ryan или The English Patient), всё это выглядело слишком «плоско» и «кабинетно».
Критики отмечали, что фильм больше похож на пьесу BBC, чем на кино для широкого экрана.
💰 4. Отсутствие “звёздного” состава
Хотя в фильме снимались талантливые актёры — Jonathan Pryce, James Wilby, Jonny Lee Miller, в то время они не были кассовыми именами.
Не было "лица" для постера — ни Хопкинса, ни Ральфа Файнса, ни Джуда Лоу, чтобы привлечь публику.
📅 5. Неудачное время выхода
Фильм вышел в 1997 году, когда в кино доминировали крупные проекты вроде:
Titanic (1997)
Good Will Hunting
L.A. Confidential
The Full Monty
И на фоне этих хитов «медленная британская драма про военную психиатрию» выглядела совсем беспомощно в коммерческом плане.
🧠 6. Сложная структура и отсутствие катарсиса
В отличие от привычных военных фильмов, здесь нет кульминации и развязки.
История заканчивается не победой, не смертью героя, а новым витком бессмысленного возвращения на фронт.
То есть фильм нарочно не даёт зрителю эмоциональной разрядки — а массовая публика этого не прощает.
📉 Итого
Причина провала — не в плохом качестве, а в сочетании:
артхаусной темы (травма, психиатрия, стихи),
отсутствия маркетинга и звёзд,
неподходящего времени релиза,
отсутствия “действия”.
Фильм стал академическим успехом и учебным пособием по травме Первой мировой, но не коммерческим продуктом.