в стране началось усиление
Aug. 16th, 2025 09:13 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaКак пишет историк Яков Басин, после разрыва дипломатических отношений между СССР и Израилем из-за Шестидневной войны в стране началось усиление антисемитских настроений, и идентификация героини подполья как еврейки оказалась противоречащей идеологической позиции власти.
....................
"Фотографии девушки и двух её товарищей вошли во многие книги о Великой Отечественной войне. Они фигурировали на Нюрнбергском процессе в качестве документов обвинения нацистских преступников[3]. Они также экспонируются в Минском музее истории Великой Отечественной войны[14].
Имя Кирилла Ивановича Трусова удалось установить быстро, его опознала жена, когда фото появилось в газете. Володю Щербацевича опознали в середине 1960-х годов, благодаря усилиям следопытов 30-й Минской средней школы. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 мая 1965 года К. И. Трус и В. И. Щербацевич были посмертно награждены орденом Отечественной войны 1-й степени[15]. Девушка, изображённая на фотографиях, долго оставалась (и числилась в документах) Неизвестной.
Первыми публикациями о Маше Брускиной стала серия статей Владимира Фрейдина в газете «Вечерний Минск» 19, 23 и 24 апреля 1968 года под названием «Они не стали на колени» и статья Льва Аркадьева «Бессмертие» в газете «Труд» 24 апреля 1968 года[16]. В результате журналистского расследования по установлению имени М. Б. Брускиной, проведённого Л. Аркадьевым и А. Дихтярь, её имя было официально подтверждено заместителем начальника научно-технического отдела УООП (Управление охраны общественного порядка) Мосгорисполкома экспертом-криминалистом подполковником Ш. Г. Куна́финым. Однако реакция официальных инстанций на идентификацию девушки была отрицательной. Как пишет историк Яков Басин, после разрыва дипломатических отношений между СССР и Израилем из-за Шестидневной войны в стране началось усиление антисемитских настроений, и идентификация героини подполья как еврейки оказалась противоречащей идеологической позиции власти. Журналисты Владимир Фрейдин и Ада Дихтярь, занимавшиеся сбором материалов для установления личности М. Брускиной, были вынуждены сменить работу[17].
Официального признания не было, но дискуссия продолжалась. В неё были вовлечены учёные, криминалисты, журналисты и общественные деятели. Публичное обсуждение вопроса возобновилось в 1985 году после выхода документальной повести Льва Аркадьева и Ады Дихтярь «Неизвестная»[2][16].
Ряд историков (например, заведующий отделом военной истории Института истории Национальной академии наук Беларуси доктор исторических наук Алексей Михайлович Литвин) настаивали, что документы и свидетельства не позволяют сделать однозначный вывод о том, что девушка, изображённая на фотографиях, именно Мария Брускина[18]. Другие (например, доктор исторических наук, профессор Эммануил Иоффе) считали, что идентификация произведена корректно[19].
Мемориальный музей Холокоста в США присудил выпускнице 28-й Минской школы Марии Борисовне Брускиной Медаль Сопротивления с такой формулировкой[20]:
Маше Брускиной. Присуждено посмертно в память о её мужественной борьбе со злом нацизма и стойкости в момент последнего испытания. Мы всегда будем помнить и чтить её.
................
Мари́я Бори́совна Бру́скина (бел. Марыя Барысаўна Брускіна; 1924, Минск — 26 октября 1941, там же) — участница минского подполья начального периода (август — сентябрь 1941 года) Великой Отечественной войны. Была повешена в числе двенадцати казнённых во время первой на оккупированной территории СССР публично-показательной казни, проведённой оккупационными властями Минска 26 октября 1941 года[2]. Её имя долгое время оставалось не установленным.
............................
....................
"Фотографии девушки и двух её товарищей вошли во многие книги о Великой Отечественной войне. Они фигурировали на Нюрнбергском процессе в качестве документов обвинения нацистских преступников[3]. Они также экспонируются в Минском музее истории Великой Отечественной войны[14].
Имя Кирилла Ивановича Трусова удалось установить быстро, его опознала жена, когда фото появилось в газете. Володю Щербацевича опознали в середине 1960-х годов, благодаря усилиям следопытов 30-й Минской средней школы. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 мая 1965 года К. И. Трус и В. И. Щербацевич были посмертно награждены орденом Отечественной войны 1-й степени[15]. Девушка, изображённая на фотографиях, долго оставалась (и числилась в документах) Неизвестной.
Первыми публикациями о Маше Брускиной стала серия статей Владимира Фрейдина в газете «Вечерний Минск» 19, 23 и 24 апреля 1968 года под названием «Они не стали на колени» и статья Льва Аркадьева «Бессмертие» в газете «Труд» 24 апреля 1968 года[16]. В результате журналистского расследования по установлению имени М. Б. Брускиной, проведённого Л. Аркадьевым и А. Дихтярь, её имя было официально подтверждено заместителем начальника научно-технического отдела УООП (Управление охраны общественного порядка) Мосгорисполкома экспертом-криминалистом подполковником Ш. Г. Куна́финым. Однако реакция официальных инстанций на идентификацию девушки была отрицательной. Как пишет историк Яков Басин, после разрыва дипломатических отношений между СССР и Израилем из-за Шестидневной войны в стране началось усиление антисемитских настроений, и идентификация героини подполья как еврейки оказалась противоречащей идеологической позиции власти. Журналисты Владимир Фрейдин и Ада Дихтярь, занимавшиеся сбором материалов для установления личности М. Брускиной, были вынуждены сменить работу[17].
Официального признания не было, но дискуссия продолжалась. В неё были вовлечены учёные, криминалисты, журналисты и общественные деятели. Публичное обсуждение вопроса возобновилось в 1985 году после выхода документальной повести Льва Аркадьева и Ады Дихтярь «Неизвестная»[2][16].
Ряд историков (например, заведующий отделом военной истории Института истории Национальной академии наук Беларуси доктор исторических наук Алексей Михайлович Литвин) настаивали, что документы и свидетельства не позволяют сделать однозначный вывод о том, что девушка, изображённая на фотографиях, именно Мария Брускина[18]. Другие (например, доктор исторических наук, профессор Эммануил Иоффе) считали, что идентификация произведена корректно[19].
Мемориальный музей Холокоста в США присудил выпускнице 28-й Минской школы Марии Борисовне Брускиной Медаль Сопротивления с такой формулировкой[20]:
Маше Брускиной. Присуждено посмертно в память о её мужественной борьбе со злом нацизма и стойкости в момент последнего испытания. Мы всегда будем помнить и чтить её.
................
Мари́я Бори́совна Бру́скина (бел. Марыя Барысаўна Брускіна; 1924, Минск — 26 октября 1941, там же) — участница минского подполья начального периода (август — сентябрь 1941 года) Великой Отечественной войны. Была повешена в числе двенадцати казнённых во время первой на оккупированной территории СССР публично-показательной казни, проведённой оккупационными властями Минска 26 октября 1941 года[2]. Её имя долгое время оставалось не установленным.
............................
