все настроены прогермански
Aug. 10th, 2025 01:05 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbeka"За двумя исключениями все настроены прогермански."
((Вполне забавно. Идет 1936 год. На носу - война в Испании.
А про-германские настроения не миновали и СССР.
Вначале - союз с Гитлером, потом вражда.))
...................
11.3.36
Последние два вечера в «дискуссионных группах»: раз в неделю люди собираются, слушают радиопередачу, а затем ее обсуждают. В понедельник это были в основном безработные, и, думаю, «дискуссионные группы» были организованы или, по крайней мере, идея их предложена людьми из социального обеспечения, которые ведают центрами занятости. В понедельник вечер был чинный и довольно скучный. Тринадцать человек, включая нас (еще одна женщина, кроме М[арджори]), собрались в комнате, прилегающей к публичной библиотеке. Беседовали о пьесе Голсуорси «Без перчаток»{49}, после чего большинство из нас отправились в паб поесть хлеба с сыром и выпить пива. Доминировали в собрании двое: громадный упрямый мужчина по фамилии Роу, оспаривавший каждого высказывавшегося и чудовищно противоречивший самому себе, и другой, помоложе, очень разумный и хорошо информированный человек по фамилии Крид. По чистому выговору, тихому голосу и широкой осведомленности я определил его как библиотечного работника. Оказалось, он держит табачный магазин, а прежде был коммивояжером. Во время войны сидел в тюрьме за принципиальный отказ от воинской службы. Другое собрание состоялось в пабе, с участниками более высокого социального статуса. М[арджори] и Х[амфри] принесли портативный радиоприемник, а владелец бара предоставил им на вечер комнату. На этот раз радиобеседа была «Если бы Платон жил сегодня», но, кроме М. и меня, никто практически не слушал – Х. уехал в Бедфорд. Когда беседа закончилась, ввалились хозяин бара, совершенно лысый канадец, огородник, уже сильно навеселе, и еще один человек и началась попойка, с которой мы через час не без труда сбежали. Оба вечера было много разговоров о ситуации в Европе, и большинство участников говорили (некоторые с плохо скрываемой надеждой), что война неизбежна. За двумя исключениями все настроены прогермански.
Сегодня в Барнсли, договаривался о жилье. Уайлд, секретарь Йоркширского отделения Союза рабочих клубов и институтов, все устроил. Адрес: Агнес-авеню, 4. Обычный дом, 2 комнаты наверху, 2 – внизу, с раковиной в общей комнате, как в Шеффилде. Муж – шахтер, был на работе, когда мы пришли. В доме беспорядок – день уборки, но чисто. Уайлд любезен, готов помочь, но личность туманная.
До 1924 года работал шахтером, но, как обычно, обуржуазился.
Элегантно одет, в перчатках, с зонтом, говор почти не слышен – по виду я принял бы его за юриста-солиситора.
Барнсли чуть меньше Уигана – около 70 000 жителей, но определенно не такой нищий, во всяком случае внешне. Магазины гораздо лучше, и заметно активнее деловая жизнь. С утренней смены идут домой шахтеры. Большинство в деревянных башмаках, но с квадратными носами, в отличие от ланкаширских.
((Вполне забавно. Идет 1936 год. На носу - война в Испании.
А про-германские настроения не миновали и СССР.
Вначале - союз с Гитлером, потом вражда.))
...................
11.3.36
Последние два вечера в «дискуссионных группах»: раз в неделю люди собираются, слушают радиопередачу, а затем ее обсуждают. В понедельник это были в основном безработные, и, думаю, «дискуссионные группы» были организованы или, по крайней мере, идея их предложена людьми из социального обеспечения, которые ведают центрами занятости. В понедельник вечер был чинный и довольно скучный. Тринадцать человек, включая нас (еще одна женщина, кроме М[арджори]), собрались в комнате, прилегающей к публичной библиотеке. Беседовали о пьесе Голсуорси «Без перчаток»{49}, после чего большинство из нас отправились в паб поесть хлеба с сыром и выпить пива. Доминировали в собрании двое: громадный упрямый мужчина по фамилии Роу, оспаривавший каждого высказывавшегося и чудовищно противоречивший самому себе, и другой, помоложе, очень разумный и хорошо информированный человек по фамилии Крид. По чистому выговору, тихому голосу и широкой осведомленности я определил его как библиотечного работника. Оказалось, он держит табачный магазин, а прежде был коммивояжером. Во время войны сидел в тюрьме за принципиальный отказ от воинской службы. Другое собрание состоялось в пабе, с участниками более высокого социального статуса. М[арджори] и Х[амфри] принесли портативный радиоприемник, а владелец бара предоставил им на вечер комнату. На этот раз радиобеседа была «Если бы Платон жил сегодня», но, кроме М. и меня, никто практически не слушал – Х. уехал в Бедфорд. Когда беседа закончилась, ввалились хозяин бара, совершенно лысый канадец, огородник, уже сильно навеселе, и еще один человек и началась попойка, с которой мы через час не без труда сбежали. Оба вечера было много разговоров о ситуации в Европе, и большинство участников говорили (некоторые с плохо скрываемой надеждой), что война неизбежна. За двумя исключениями все настроены прогермански.
Сегодня в Барнсли, договаривался о жилье. Уайлд, секретарь Йоркширского отделения Союза рабочих клубов и институтов, все устроил. Адрес: Агнес-авеню, 4. Обычный дом, 2 комнаты наверху, 2 – внизу, с раковиной в общей комнате, как в Шеффилде. Муж – шахтер, был на работе, когда мы пришли. В доме беспорядок – день уборки, но чисто. Уайлд любезен, готов помочь, но личность туманная.
До 1924 года работал шахтером, но, как обычно, обуржуазился.
Элегантно одет, в перчатках, с зонтом, говор почти не слышен – по виду я принял бы его за юриста-солиситора.
Барнсли чуть меньше Уигана – около 70 000 жителей, но определенно не такой нищий, во всяком случае внешне. Магазины гораздо лучше, и заметно активнее деловая жизнь. С утренней смены идут домой шахтеры. Большинство в деревянных башмаках, но с квадратными носами, в отличие от ланкаширских.
