в ту пору скромный

[arbeka]

"На площадке третьего этажа стоял с газетой в руках Борис
Соловьев, в ту пору скромный молодой человек, секретарь ре
дакции журнала «Звезда»,

а в наши дни — вялый, вызывающий
отвращение одной своей раскоряченной бабьей походкой, блед
ный, с мертвенно-тусклым лицом старик, от которого так и не
сет предательством и нравственным разложением. Заместитель
главного редактора издательства «Советский писатель», он,
пользуясь своим положением, издает и переиздает (в роскошном
оформлении) свою бездарную и лживую книгу о Блоке

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

Мне кажется, что он отказывался судить людей, легко про
щая им подлости, пошлости, даже трусость. Катаев — близкий
друг — предал его, проголосовав за его исключение из Союза пи
сателей. В большом зале Дома ученых 17 сентября 1946 года он
выступил против него, утверждая, что «провал Зощенко не дол
жен набросить тень на работу московских сатириков», и т.д. От
чет об этом собрании напечатан в «Литературной газете» 21 сен
тября 1946 года.
Зощенко простил его и даже (судя по манере, с которой это
было рассказано мне) отнесся к этому поступку с живым интере
сом. Через полгода (или раньше) пьяный Катаев, вымаливая
прощение, стоял перед ним на коленях.
Я спросил:
— Откупался?
В ответ Михаил Михайлович только пожал плечами. Каза
лось, он огорчился, расстроив меня своим рассказом.

[belkafoto.livejournal.com]

Но Зощенко был щедр, швырялся деньгами (в лучшую пору),
любил женщин, к которым относился по-офицерски легко.
Эта легкость не мешала ему, однако, нежно заботиться о них
после неизменно мягкого, но непреклонного разрыва. Он выда
вал их замуж, пировал на свадьбах, одаривал приданым и оставал
ся другом семьи, если муж не был человеком особенно глупым.
Женщины были хорошенькие, иногда красивые, но, за редкими
исключениями, средние, без блеска ума или чувства. Когда од
72
нажды, где-то на юге, две стройные, высокие красавицы сестры
Тернавцевы внезапно явились перед ним из пены морского при
боя, он был поражен, восхищен, но, слабо махнув рукой, сказал:
— Это не для меня.