по сути дела спасенных от Гитлера
May. 15th, 2025 07:05 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbeka((Пытаюсь вспомнить, было ли что-то подобное в СССР?
Вряд ли, ведь мы же с Гитлером были союзщниками...))
.................
"Брэгг не обманул – случилось маленькое рукотворное чудо. Мир не без добрых людей. Как это все-таки прекрасно…
Когда стало понятно, что поток немецких беженцев из академической среды будет только увеличиваться, английские университеты сообща организовали Комитет академической помощи. Отцом-основателем комитета был Уильям Беверидж, директор Лондонской школы экономики. Беверидж начал с небольшого фонда в Школе экономики, но быстро понял, что это капля в море и что проблему не решить без широкой общественной поддержки. Ему нужен был знаменосец – человек, чье имя было бы известно каждому англичанину. Резерфорд! Убедить Резерфорда возглавить Комитет было непросто. Беверидж с блеском справился с этой задачей. 24 мая 1933 года все основные английские газеты опубликовали меморандум, подписанный пятью нобелевскими лауреатами. Среди них был и лорд Резерфорд, президент вновь созданного комитета.
Комитет существовал за счет частных пожертвований. Только за первые месяцы поступило около двенадцати тысяч фунтов! Начали работать комиссии экспертов по основным наукам, которые и распределяли гранты типа Рокфеллеровских, чтобы помочь ученым, изгнанным из Германии (а позднее и других европейских стран), в первые год-два, самые трудные. Грант на год составлял от 200 до 250 фунтов, в зависимости от семейного положения, – вполне приличные деньги по тем временам.
Комитет работал очень эффективно, практически без затрат. У них были лишь две штатные единицы – генеральный секретарь, лондонский историк Уолтер Адамс, и его ассистент, Эстер Симпсон. Она совмещала в одном лице должности секретаря, бухгалтера, ассистента по связям с университетами, по организации встреч и проводов, по решению любых других проблем, включая бытовые. Эстер была заботливой матерью для сотен семей, которых она опекала. Через много лет мы с ней близко познакомились. Как-то в разговоре Эстер упомянула, что до начала войны через нее прошло около девятисот семей, по сути дела спасенных от Гитлера. Не всем удалось найти место в Англии. Около пятидесяти научных работников из Германии Эстер пристроила в университете Стамбула, некоторые отправились в Южную Америку или Индию.
Именно к ней и обратился Брэгг. В результате Руди получил двухлетний грант для работы в университете Манчестера. В тот же день мы поехали в Манчестер, чтобы подыскать жилье. С моим животом я не могла ходить долго, и мы решили заночевать. Но оказалось не все так просто. Нас подвело наше незнание тонкостей английского языка.
Руди взял телефонную книгу и выписал несколько адресов неподалеку из раздела «Отели». Куда бы он ни звонил, на другом конце провода ему отвечали крайним изумлением и не могли понять, чего же он хочет. Кто бы мог подумать, что «отель» в книге означает вовсе не гостиницу, а пивную (паб), а отели в европейском смысле слова идут под рубрикой «Жилье и частные пансионы»!
Вряд ли, ведь мы же с Гитлером были союзщниками...))
.................
"Брэгг не обманул – случилось маленькое рукотворное чудо. Мир не без добрых людей. Как это все-таки прекрасно…
Когда стало понятно, что поток немецких беженцев из академической среды будет только увеличиваться, английские университеты сообща организовали Комитет академической помощи. Отцом-основателем комитета был Уильям Беверидж, директор Лондонской школы экономики. Беверидж начал с небольшого фонда в Школе экономики, но быстро понял, что это капля в море и что проблему не решить без широкой общественной поддержки. Ему нужен был знаменосец – человек, чье имя было бы известно каждому англичанину. Резерфорд! Убедить Резерфорда возглавить Комитет было непросто. Беверидж с блеском справился с этой задачей. 24 мая 1933 года все основные английские газеты опубликовали меморандум, подписанный пятью нобелевскими лауреатами. Среди них был и лорд Резерфорд, президент вновь созданного комитета.
Комитет существовал за счет частных пожертвований. Только за первые месяцы поступило около двенадцати тысяч фунтов! Начали работать комиссии экспертов по основным наукам, которые и распределяли гранты типа Рокфеллеровских, чтобы помочь ученым, изгнанным из Германии (а позднее и других европейских стран), в первые год-два, самые трудные. Грант на год составлял от 200 до 250 фунтов, в зависимости от семейного положения, – вполне приличные деньги по тем временам.
Комитет работал очень эффективно, практически без затрат. У них были лишь две штатные единицы – генеральный секретарь, лондонский историк Уолтер Адамс, и его ассистент, Эстер Симпсон. Она совмещала в одном лице должности секретаря, бухгалтера, ассистента по связям с университетами, по организации встреч и проводов, по решению любых других проблем, включая бытовые. Эстер была заботливой матерью для сотен семей, которых она опекала. Через много лет мы с ней близко познакомились. Как-то в разговоре Эстер упомянула, что до начала войны через нее прошло около девятисот семей, по сути дела спасенных от Гитлера. Не всем удалось найти место в Англии. Около пятидесяти научных работников из Германии Эстер пристроила в университете Стамбула, некоторые отправились в Южную Америку или Индию.
Именно к ней и обратился Брэгг. В результате Руди получил двухлетний грант для работы в университете Манчестера. В тот же день мы поехали в Манчестер, чтобы подыскать жилье. С моим животом я не могла ходить долго, и мы решили заночевать. Но оказалось не все так просто. Нас подвело наше незнание тонкостей английского языка.
Руди взял телефонную книгу и выписал несколько адресов неподалеку из раздела «Отели». Куда бы он ни звонил, на другом конце провода ему отвечали крайним изумлением и не могли понять, чего же он хочет. Кто бы мог подумать, что «отель» в книге означает вовсе не гостиницу, а пивную (паб), а отели в европейском смысле слова идут под рубрикой «Жилье и частные пансионы»!
