Phan Thị Kim Phúc
Sep. 24th, 2024 05:41 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekaФан Тхи Ким Фук (вьет. Phan Thị Kim Phúc; род. 2 апреля 1963 года), более известная как Ким Фук
.................
64 % погибших американских военнослужащих были моложе 21 года, среди убитых наибольшую региональную группу составили выходцы из Калифорнии[205].
К 1975 году в Южном Вьетнаме насчитывалось 83 тыс. ампутантов, 30 тыс. слепых, 10 тыс. глухих по причине войны[206].
В ходе войны армия США в среднем теряла один вертолёт на 18 000 боевых вылетов. Эти потери считаются уникально ма́лыми для боевых летательных аппаратов в условиях интенсивных боевых действий.
.................
"Группа мирных жителей, среди которых находилась и девятилетняя Ким Фук, третий день пряталась в бомбоубежище рядом с храмом Каодай, который охраняли южновьетнамские солдаты. Когда солдаты увидели, как цветная метка упала на территорию храма, они закричали детям быстрее убегать, так как это означало, что скоро начнётся бомбардировка. Дети бежали первыми, остальные гражданские и сами солдаты побежали сзади. Ким Фук бежала посередине между детьми и взрослыми. Когда она была напротив храма, внезапно появился самолёт и быстро снизился, поражённая громким звуком двигателей Ким Фук остановилась, повернула голову и увидела, как 4 бомбы выпали из самолёта и взорвались. Всё вокруг загорелось, одежда на девочке сгорела сразу. Она увидела, как горит её левая рука, правой ладонью она смахнула горящую жидкость, из-за чего кисть также обгорела. Её ноги не пострадали, поэтому она смогла выбежать из огня и догнать других детей, в том числе её брата и кузенов[1].
Знаменитое фото из серии, сделанной Ником Утом
Ким Фук бежала с братом и плакала, пока у неё не кончились силы. Тогда она увидела перед собой толпу людей и закричала: «Nóng quá, nóng quá» («слишком жарко, слишком жарко»). Один из солдат дал ей попить воды и, желая облегчить страдания, полил девочку водой, из-за чего напалм, оставшийся на коже, среагировал с водой, из-за чего девочка снова загорелась[2] и потеряла сознание, что, как она сказала в ТВ-интервью в 2017 году, «хорошо, так я перестала чувствовать боль, и это помогло»[1].
Ник Ут запечатлел момент сразу после атаки — группу детей на фоне клубов дыма, в центре которой выделялась обнажённая рыдающая девочка с искажённым от боли лицом. Некоторые из корреспондентов снимали видео.
Сначала Ким Фук доставили в местную больницу, а затем, в связи с тяжёлыми ожогами, увезли в одну из больниц Сайгона. Когда через три дня мать с братом приехали навестить девочку, то нашли её тело в соседнем морге. Мать увидела, что её кожа начала гнить. После чего девочку перевезли в другую больницу, где она провела 14 месяцев и пережила 16 операций. 17-ю операцию ей сделали в 1984 году в Германии[1][3].
.................
64 % погибших американских военнослужащих были моложе 21 года, среди убитых наибольшую региональную группу составили выходцы из Калифорнии[205].
К 1975 году в Южном Вьетнаме насчитывалось 83 тыс. ампутантов, 30 тыс. слепых, 10 тыс. глухих по причине войны[206].
В ходе войны армия США в среднем теряла один вертолёт на 18 000 боевых вылетов. Эти потери считаются уникально ма́лыми для боевых летательных аппаратов в условиях интенсивных боевых действий.
.................
"Группа мирных жителей, среди которых находилась и девятилетняя Ким Фук, третий день пряталась в бомбоубежище рядом с храмом Каодай, который охраняли южновьетнамские солдаты. Когда солдаты увидели, как цветная метка упала на территорию храма, они закричали детям быстрее убегать, так как это означало, что скоро начнётся бомбардировка. Дети бежали первыми, остальные гражданские и сами солдаты побежали сзади. Ким Фук бежала посередине между детьми и взрослыми. Когда она была напротив храма, внезапно появился самолёт и быстро снизился, поражённая громким звуком двигателей Ким Фук остановилась, повернула голову и увидела, как 4 бомбы выпали из самолёта и взорвались. Всё вокруг загорелось, одежда на девочке сгорела сразу. Она увидела, как горит её левая рука, правой ладонью она смахнула горящую жидкость, из-за чего кисть также обгорела. Её ноги не пострадали, поэтому она смогла выбежать из огня и догнать других детей, в том числе её брата и кузенов[1].
Знаменитое фото из серии, сделанной Ником Утом
Ким Фук бежала с братом и плакала, пока у неё не кончились силы. Тогда она увидела перед собой толпу людей и закричала: «Nóng quá, nóng quá» («слишком жарко, слишком жарко»). Один из солдат дал ей попить воды и, желая облегчить страдания, полил девочку водой, из-за чего напалм, оставшийся на коже, среагировал с водой, из-за чего девочка снова загорелась[2] и потеряла сознание, что, как она сказала в ТВ-интервью в 2017 году, «хорошо, так я перестала чувствовать боль, и это помогло»[1].
Ник Ут запечатлел момент сразу после атаки — группу детей на фоне клубов дыма, в центре которой выделялась обнажённая рыдающая девочка с искажённым от боли лицом. Некоторые из корреспондентов снимали видео.
Сначала Ким Фук доставили в местную больницу, а затем, в связи с тяжёлыми ожогами, увезли в одну из больниц Сайгона. Когда через три дня мать с братом приехали навестить девочку, то нашли её тело в соседнем морге. Мать увидела, что её кожа начала гнить. После чего девочку перевезли в другую больницу, где она провела 14 месяцев и пережила 16 операций. 17-ю операцию ей сделали в 1984 году в Германии[1][3].
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2024-09-25 06:52 am (UTC)Двухсотая баллада
(Игорь Петров)
Мне жарко, бес! Прости за спойлер: ты не прикрутишь фитилек? а я, чтоб вас развлечь, исполню свой бенефисный монолог. Промеж причастных оборотов предстанут скорбные вдвойне страданья русских патриотов в украденной у них стране. Уже рожденье было пыткой, хотелось жрать – терпи, кяфир! а в люльке рядом ч*рка прыткий пил из бутылочки кефир.
Я рос, бледнея и хирея, ведь под бренчание гитар повсюду шмыгали евреи за исключением татар. То над Кремлем зловеще кружат, то в телевизоре галдят – они богам нерусским служат, а сало русское едят. И я, устав в пейзаже мглистом месить калошами дерьмо, решил стать националистом, чтобы с народа снять ярмо. Прочел Бердяева, Шестова, Флоренского и Ильина, уж на курантах пол-шестого, а не понятно ни хрена.
Сказал себе: не дрыгай вехой, а парадигму упрости, допустим: русский должен ехать, нерусский – саночки везти. Зипун я подпоясал гордо поверх этических границ, а сам махнул в уездный город учить пейзанок и юниц. Люблю я волжское раздолье, просторы заповедных троп, какими за тобой с дрекольем бежит рогатый хлебороб. Вернувшись, выкинул зипун, поскольку вырядился фертом, стал завсегдатаем трибун и политическим экспертом. Креп во внезапных ретирадах мой полемический запал. Я мог бы пасть на баррикадах, но, к сожалению, проспал.
Итогом личного свиданья мне разонравился народ: ему желаешь процветанья, а он и ухом не моргнет. Ну как вам объяснить, чертям, то пресыщенье нищим бытом? А фалды целовать властям приятней, чем работать с быдлом. И новой парадигмой бредит мой великодержавный зуд: главнокомандующий едет, а русских в саночках везут к приютам вечного покоя. Дивясь как падает листва, я написал эссе такое о нравственности кумовства.
Я в трусости винил бомонд и, защищая справедливость, чуть сам не угодил на фронт – был комиссован за потливость. Всё в ход: молитва и матюк за рюсски дух, за фау с цетом, и каждый боевой утюг орал «Вперед!» моим фальцетом. Пока их гнали на убой, за околачиванье груш, бес, мне дали орден голубой и повышение по службе.
Но все намеренья благие, увы, рассеялись как сон, когда я прям на литургии (простите, черти дорогие) был негативно вознесен. Концепцию предать не вправе, я выступаю, помудрев, за ваш нормированный график и наш умеренный нагрев.