Andrzej Krystyn Wróblewski

[arbeka]

/из Вики/

"Andrzej Krystyn Wróblewski (15 June 1927 – 23 March 1957)[1] was a Polish figurative painter who died in a mountaineering accident in 1957 when he was only 29. He is recognized by many as one of Poland's most prominent artists in the early post World War II era, creating a distinctly individualistic approach to representational art.

n the early 1950s in the People's Republic of Poland Wróblewski adopted the state-favoured style of socrealism. After the death of Soviet premier Joseph Stalin and resulting destalinization lessened governmental pressures on various spheres of life, art included.[5]

Wroblewski died in a mountaineering accident in Tatry on 23 March 1957.[6] He was the author of over 150 oil paintings, 1400 drawings, dozens of other art forms and over 80 published articles. His works are featured in the collections of many Polish museums and exhibitions.

Comments

[belkafoto.livejournal.com]

С Врублевским я встретился, едва поступив в Академию.
Однажды на выставке, организованной «Братской помощью»,
я увидел небольшой холст — вишни в стеклянной вазе, напи
санные легкими лессировочными касаниями краплака. Стек
ло переливалось светом и голубизной. Это был красивый на
тюрморт &1а Бонар. На холсте стояла подпись: Анджей Вруб
левский. Я с завистью смотрел на работу товарища. Мне было
известно, что он учится в нашей Академии на факультете ис
тории искусства, знаком с Тадеушем Кантором и другими ху-
дожниками-авангардистами, что для нас, большинства сту

дентов АИИ, было заоблачной мечтой. В 1948 году Врублев
ский выставлялся уже с «Современными», а его картина
«Солнце и другие планеты» висела над входом в краковский
Дворец искусств на площади Щепанских.
В следующий раз я увидел Врублевского только через год.
Положение студентов, да и самой Академии, к тому времени
изменилось. Наша юношеская мечта выразить себя как можно
более полно натолкнулась на серьезные препятствия. Нас не
очень вдохновляла колористическая живопись. Три яблока
и луковица на тарелке, в которых Сезанн выразил тайну бы
тия, день ото дня становились нам все более безразличны. Мы
видели войну на расстоянии вытянутой руки. Мы знали, что
воплощение векового стремления человека к полету — само
лет — существует для того, чтобы убивать, а пулемет, любимая
игрушка всех мальчишек, наносит страшные раны. Мы были
участниками великих перемен. Познали несправедливость
и унижение. Способна ли вазочка с вишнями выразить все
это? Вот в чем был наш главный вопрос.
Мы чувствовали, что увязаем в глубоком кризисе и топчем
ся на распутье. Настоящее искусство, высокие требования уже
отравили нас. Их нам показали и привили наши профессора-
фовисты. В этот трудный момент мы начали объединяться, ис
кать друг у друга поддержки, чтобы вместе осмыслить нашу си
туацию. Так возникла Группа самообразования.
Анджей Врублевский несколько месяцев был болен, а когда
вернулся, почему-то среди всех ребят выбрал меня, чтобы по
казать, что он написал за этот год. Тогда я увидел нечто такое,
что поразило меня на всю жизнь.
На белом, не тронутом краской фоне спиной (как в кинока
дре) обозначен полусилуэт (без головы) стреляющего эсэсовца.
Перед ним как-то очень по-страшному рассыпающаяся фигу
ра жертвы: в воздух летят брюки, пиджак, жалкие и неказис
тые. Я увидел образ убивания, какой знал по жизни. Так выгля
дели люди, раздавленные танками. Их я видел в последние дни
войны. Одежда осталась, а человек куда-то исчез, испарился,
чтобы не дать себя уничтожить.
Я посмотрел на Анджея. На нем был изображенный на кар
тине пиджак

[belkafoto.livejournal.com]

В определенный период своего творчества Анджей Вруб
левский хотел найти средства для выражения своей граждан
ской позиции. Он не скрывал того, что считает происходящие
в нашей стране перемены положительными. Он видел себя ху
дожником социально ангажированным, но при этом настаи
вал, что не менее ангажирован идеологией художественного
творчества. Он знал: то, что он намерен сказать, он может вы
разить через новый эстетический строй, и нельзя делать вид,
что не замечаешь той эволюции живописной формы, которую
она претерпела на протяжении последнего столетия. Он был
по-настоящему образованным художником. Отвергая живо
пись профессоров краковской АИИ и одновременно — после
выставки 1948 года — порвав с «Современными», он сосредо
точился на непопулярной тогда теме войны. И таким образом
обрек себя на одиночество.
После персональной выставки Врублевского в Кракове,
в 1996 году, я прочитал в прессе, что последние работы худож
ника наконец-то, после его романа с соцреализмом, представ
ляют собой настоящее искусство. Я позволю себе высказать
противоположное мнение. По моему глубокому убеждению,
Врублевский наиболее полно реализовался как художник в не
скольких холстах, написанных в 1948—1949 годах. Для меня
эти картины, созданные им по зову внутренней потребности,
поселили в нем глубокую, непреходящую неудовлетворенность
собой

[belkafoto.livejournal.com]

Некоторое время назад, будучи в Бразилии, я принял учас
тие в макумбе, особом обряде, во время которого живые испол
няют желания своих умерших и таким образом помогают им
окончательно оставить этот временный мир. Именно это зада
ние возложил на себя Анджей, делая свои картины как бы ру
49
кою ушедших, которые хотели, чтобы именно он, живой, ока
зал им эту услугу. Заплатив этот долг, он пробовал и дальше ос
таваться живописцем, художником с большой буквы. Он делал
интересные вещи, оригинальные, временами даже прекрас
ные, но его миссия медиума исчерпала себя, а с нею пропал
подлинный импульс творчества. В других, лучших условиях,
в другой, вероятно, более счастливой стране, он мог бы напи
сать больше таких произведений. К сожалению, у нас никто не
хотел на них смотреть: образ смерти в них был слишком реаль
ным и впечатляющим, а потому отторгался живыми.

[belkafoto.livejournal.com]

По сути дела Анджей Врублевский никогда не был просто
студентом, никогда не был одним из нас. Я видел в нем послед
него польского живописца-романтика, потому что он не отно
сился к искусству просто как к занятию, профессии. Он испове
довал убеждение, что живопись — только средство, которое
должно чему-то служить. Поэтому он так страстно искал пони
мания у зрителя, а не только у своего окружения. Он хотел, что
бы зрителей было больше, жаждал до них достучаться

[belkafoto.livejournal.com]

О Врублевском принято говорить: трагический художник,
но большинство видит его таковым из-за его ранней смерти. Меж
ду тем было нечто глубоко трагическое во всех обстоятельствах его
жизни. Он был одинок в своей позиции ангажированного худож
ника, вокруг его работ образовался заговор молчания профессио
нальной среды, рецензии, которые он писал, раздражали, вызыва
ли ненависть из-за высказанных в них суждений о других худож
никах. Он писал иначе, чем товарищи, с которыми выставлялся
в 1948 году. «Современные» обвиняли его в тупом натурализме. Ну
и полностью не принимали его профессора из Академии.
Не поддерживали его и соцреалисты, которые, казалось бы,
должны были видеть в нем своего союзника, человека, искрен
не отданного общему делу. Не поддерживали по двум причи
нам. Во-первых, его воспринимали как еще одного, кто хотел
бы примоститься у небольшого корыта, к которому соцреалис
ты не намерены были никого подпускать. Во-вторых, они не
принимали его эстетики. Ничего удивительного, что Врублев
ский был одержим манией сочинения манифестов, которые
рассылал по разным адресам, с поистине детской наивностью
ожидая, что на них придут какие-нибудь ответы.
Врублевский хотел, чтобы Группа самообразования органи
зовала выставку, которая была бы нашей манифестацией
в борьбе за мир. Он полагал, что такая выставка обязана отве
чать общим формальным критериям: все картины должны быть
одного и того же заранее оговоренного формата, фигуры людей
также должны иметь одинаковые размеры, их следует помещать
на определенном фоне. Такое не могло получиться. Никто из
нас не желал действовать в режиме, установленном Анджеем,
каждый мучительно искал собственную дорогу. У нас не было
ключа, в котором мы бы написали то, что он предлагал, мы бы
ли не в состоянии создать достаточно сильную и выразитель
ную форму. А имитировать его работы нам не нравилось. Так
и получилось, что вся деятельность Группы оказалась чисто те
оретической, все кончилось проектами. Встречались мы каж
дую неделю не для того, чтобы писать, а для того, чтобы разго
варивать на темы, которые в Академии не затрагивались

[belkafoto.livejournal.com]

Тогда же Анджей Врублевский пробовал записаться в пар
тию. Он был убежден, что обязан принимать активное участие
в жизни не только как живописец, но и как общественный де
ятель. Согласно своим принципам он рисовал такие вещи, как
«Вокзал на Западных землях», серию «Расстрелов» или шофера
в устремленном к красному небу автобусе, которые никак не
могли понравиться товарищам, поскольку не соответствовали
эстетике соцреализма. Он бескомпромиссно и упорно искал
собственный жизненный и художественный путь. И именно
поэтому был обречен на одиночество.
Правда, его окружала группа друзей, принимавших его, не
смотря на трудный характер и иронию, за которой скрывалась
тайна его жизни и поведения. Он крайне неохотно говорил
о своих трудностях, не любил откровенничать, все обращал
в шутку. Как-то я спросил его: «Почему ты все фигуры убитых
пишешь только синим цветом?» Он ответил: «У меня имеется
большая туба синего, вот я и не экономлю ее».
Продолжать разговор не имело смысла: у него была боль
шая упаковка берлинской лазури, и он не нуждался в моих со
ветах, как ею воспользоваться. Я бы не обобщал, но мне ка
жется, что он относился к нам, как к людям, которые могут
предложить ему не самые для него интересные решения. Его
живописный мир уже сложился, и он не хотел начинать с на
ми обсуждать его. Просто он знал, как рисовать, и постепенно
реализовывал свой план. Именно Анджей Врублевский за
много лет до американцев сформулировал постулат о фотогра
фическом реализме. Я поступил в Киношколу, где много зани
маются фотографией, он же написал замечательные картины
в фотографическом стиле. Это большая разница. И я о ней ни
когда не забывал

[belkafoto.livejournal.com]

Если бы Врублевский занимался своей живописью с убеж
дением, что его будут смотреть через десять—пятнадцать-
двадцать лет, все было бы нормально. Но он хотел немедленно
го признания и отважно боролся за свое место здесь и сейчас.
Он жаждал, чтобы его картины смотрели еще невысохшими,
на выставках ли, но лучше на площади, и не только в Кракове.
Могло ли это не раздражать? Поэтому, куда бы он ни обращал
ся, всюду натыкался на недоброжелательность и, как следст
вие, на неуспех. Каждое дело он доводил до максимума проти
воречий. Вокруг него воздвигалась стена равнодушия и враж
дебности коллег, которые видели в нем человека, одержимого
политическим успехом.

[belkafoto.livejournal.com]

Тем временем в Польше праздновали победу эпигоны со
ветского соцреализма. Им помогали в первую очередь их пар
тийные и деловые связи. Концепция выставки «Молодежь
в борьбе за мир» была для них платформой оголтелых форма
листов. В награду Врублевский получил кирпичом по голове,
брошенным неизвестными на темной краковской улице.

[belkafoto.livejournal.com]

Однако Анджей неизменно появлялся среди нас в сером кос
тюме с галстуком и в шляпе вместо берета.
54
Это был не наш стиль.
Анджей Врублевский был одиночкой и в жизни, и в живо
писи. За десять лет до новой фигуративности он не стыдился
писать человека. Человека в действии, человека что-то делаю
щего. Он писал упорно и некрасиво. Сегодня, спустя многие
годы, безобразное обрело силу и красоту обобщения. Он не бо
ялся писать картины a these* в цикле «Социальные неравенст
ва», потому что, живя с открытыми глазами, знал, что есть бед
ные и есть богатые.
Он прожил только тридцать лет. Сознательно работал девять.
Столько ему потребовалось, чтобы стать, может быть, самым
оригинальным и самым самостоятельным живописцем в после
военной Польше. Сознание своих задач и своего пути он вырабо
тал уже в самом начале, а потом просто не терял времени даром.

[belkafoto.livejournal.com]

Когда я возвращаюсь воспоминаниями к впечатлениям тех
лет, я спрашиваю себя: что поразило нас сильнее всего в сценах
расстрелов, прогулок обрученных, в шоферах, едущих в никуда,
Анджея? Сегодня я убежден, что поражала безличность людей
и их одежд. Мы тогда не имели понятия, что возможна такая
степень унификации человека. Каждый из нас был для другого
кем-то, каждый стремился выстроить собственную жизнь, про
ложить свою дорогу. Между тем человек на картинах Врублев
ского — это современный киборг. Создание кинотелекомпью-
терного мозга. На это страшно было смотреть. Причина общего
неприятия его живописи коренилась в том, что Врублевский
писал какую-то чужую форму будущего, а не, как нам хотелось,
хорошо известное военное прошлое.

[belkafoto.livejournal.com]

Это наша давняя польская про
блема, наш злосчастный проигрыш, постоянно нас преследую
щий. Идея обгоняет реальность, а искусство состоит на службе
общества. Один из создателей предвоенной Краковской груп
пы живописцев Хенрик Вицинский справедливо утверждал:
«Социальная задача искусства? Согласен, но только как ре
зультат, а не как стимул художественной деятельности».
Именно так действовал Анджей Врублевский. Он был глу
боко современным художником, образованным, трудолюби
вым, систематичным в своей деятельности, гражданственным.
Во вступлении к каталогу выставки своих рисунков 1956 года
он написал: «При работе над ними (рисунками) я избегал како
го бы то ни было собственного стиля и собственной эстетики,
по законам которых я был бы обязан формировать каждый за
мысел. Разумеется, при такой методе возникает опасность не
обрести свое творческое лицо... но слишком ранняя специали
зация принуждает многих закрывать глаза на мир еще до того,
как они внимательно его разглядят».

[belkafoto.livejournal.com]

Эта послевоенная дискуссия не исчер
пана. С краковских времен я помню горячие дискуссии о том,
какое искусство нам нужно и на какую традицию мы должны
опираться. В Киношколе в Лодзи уже было не с кем об этом
спорить.
Так или иначе, но для мега стало невозможным возвращение
к старым друзьям. Мне не удалось осуществить того, о чем я гре
зил в детстве и все долгие годы оккупации. Я не стал художни
ком, не выстоял, дезертировал. Я боялся, что останусь не более
чем только одним из многих выпускников краковской АИИ

[malpa.livejournal.com]

Скажите, а кто это написал?

кто это написал?

[belkafoto.livejournal.com]

https://imwerden.de/pdf/wajda_kino_i_vse_ostalnoe_2005__ocr.pdf

Вайда А.
В 14 Кино и все остальное / Анджей Вайда. — М .:
Вагриус, 2005. — 352 с . : ил. — (Мой 20 век)

Глава называется «РИСУЙ, РИСУЙ, ВСЕ РАВНО
МАТЕЙКО НЕ СТАНЕШЬ...»
страница 44.

RE: кто это написал?

[malpa.livejournal.com]

Спасибо! :-)

Re: кто это написал?

[belkafoto.livejournal.com]

Всегда пожалуйста.