Про уроки и учеников
Feb. 24th, 2024 09:26 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
arbekahttps://www.globalaffairs.ru/articles/ot-speczialnoj-k-voennoj/
От «специальной» к «военной»
Уроки двух лет операции на Украине
.................
В начале третьего года специальной военной операции (СВО) России на Украине можно констатировать, что события, начавшиеся в феврале 2022 г., подобно любой большой войне последних столетий, привели к крушению многих представлений, теорий и авторитетов в политической и военной областях. Инициаторы, основные участники, да и наблюдатели со всех сторон получили и увидели то, чего не планировали и не ожидали.
Два года боевых действий намечают контуры революционизирующих изменений в военном деле, возможно, предопределяющих облик войны и военного искусства на всё XXI столетие.
Несостоявшийся «Дунай»
Возвращаясь к началу, можно сделать вывод, что замысел кампании действительно предусматривал проведение в первую очередь специальной, а уже во вторую – военной операции, и предполагал, что задачу возможно решить без широкомасштабных военных действий и организованного военного сопротивления. Будущие историки ответят, почему в Москве считали возможным реализацию такого сценария, особенно с учётом того, что вооружённые силы Украины (ВСУ) с 2014 г. уже вели непрерывную «малую» войну в Донбассе. Сам же план СВО узнаваем и, по сути, воспроизводил советский план ввода войск в Чехословакию в 1968 г., известный как операция «Дунай». Ему соответствовали основные элементы замысла СВО, включая захват десантом столичного аэропорта с последующей переброской туда частей ВДВ для блокирования столицы и массированные стремительные марши бронетанковых и механизированных частей к крупным городам для их блокирования и последующей быстрой «зачистки» силами «лёгких частей», спецназов и спецслужб.
Отличием обстоятельств «Дуная» от операции февраля 2022 г. стало не только то, что политическое руководство Украины и командование ВСУ оказали сопротивление. «Дунай» проводился мощной отмобилизованной группировкой войск Организации Варшавского договора, значительно превосходившей силы Чехословацкой народной армии. Инициаторы же СВО пошли на ввод войск в государство, намного превосходившее Чехословакию по площади, силами ограниченной группировки, оцениваемой примерно в 185 тысяч человек (хотя и включавшей большую часть российских Сухопутных войск и ВДВ), или около 140 батальонных тактических групп. Даже с учётом мобилизации сил ДНР и ЛНР (ещё около 110 тысяч), она уступала по численности вооружённым силами и силовым структурам Украины, уже частично отмобилизованным. Начатая же на Украине за день до начала СВО мобилизация первоочередного резерва, пополнившая ВСУ в считанные дни 150 тысячами военнослужащих с опытом боевых действий в Донбассе (участники «антитеррористической операции» – «Операции объединённых сил») и позволившая доукомплектовать основные бригады первой линии, сделала соотношение сил полностью неблагоприятным для России.
В этих условиях исход первого этапа СВО определился уже одним только соотношением сил. Распылённые по восьми направлениям российские группировки были быстро остановлены и вынуждены ввязаться в бои с численно превосходящим противником. На севере основные ударные группировки сил СВО, продвигаясь из Белоруссии через Припятские болота и с российской территории через Сумскую и Черниговскую области, достигли Киева, однако не смогли ни блокировать его (не говоря уже о занятии), ни обеспечить свои растянутые коммуникации. Десант в Гостомеле в условиях ожесточённого сопротивления и артобстрелов превратился из плацдарма в ловушку. На Харьковском направлении войска были остановлены на подходах к Харькову и у линии границы. Попытки наспех отмобилизованных и недостаточно оснащённых сил ДНР и ЛНР отбросить окопавшиеся с 2014 г. украинские силы от линии боевого соприкосновения в Донбассе оказались малоуспешными. Неспособность подавить украинскую ПВО резко ограничила эффективность действий российской авиации над всей линией фронта и территорией Украины, лишив ВС РФ одного из главных козырей.
Наибольшие успехи достигнуты на юге, где, видимо, сработали (и только там) некие «договорняки», «спящие» агенты и сторонники России. Это позволило войскам, вышедшим из Крыма, в считанные дни при минимальном сопротивлении ВСУ занять территории Херсонской и южной части Запорожской областей, на востоке выйти к Мариуполю, а на западе – развить наступление на Николаев и в обход его с севера на Одессу. Однако эти два главных приза Причерноморья заполучить не удалось. Собранные заранее со всех трёх европейских флотов ВМФ России десантные корабли с силами морской пехоты были остановлены минами и «неожиданно» оказавшимися на вооружении Украины противокорабельными ракетами собственного производства «Нептун». Пришедшие же в себя на суше ВСУ быстро остановили бравшие скорее внезапностью передовые силы российских войск у Николаева и у Вознесенска, а к середине марта отбросили их до границы Херсонской и Николаевской областей.
Россия обнаружила себя в состоянии крупномасштабной войны на громадном фронте с многочисленным и хорошо вооружённым противником, на помощь которому пришли все державы Запада, введшие беспрецедентные экономические санкции и начавшие массированные и нараставшие поставки вооружения Киеву.
Наиболее проблемным с самого начала стало Киевское направление, где, по сути, группировка войск двух военных округов ВС РФ была «засажена» в леса и болота вокруг Киева без видимых перспектив её эффективного использования и с постоянным риском для коммуникаций, «нанизанных» на лесные дороги через Сумскую и Черниговскую области, фактически оставшиеся под контролем киевских сил. Для взятия и даже охвата и осады Киева группировки не хватало. По большому счёту, только крайняя медлительность и непредприимчивость украинского командования и ВСУ не дали положению на Киевском направлении перерасти в острый кризис для российской стороны. При более энергичном противнике российским войскам под Киевом грозило бы повторение Варшавы-1920.
Российское командование осознало положение вещей, уже где-то в середине марта 2022 г. принято решение об отводе войск от Киева, к 5 апреля они полностью ушли из Киевской, Сумской и Черниговской областей и с севера Харьковской области за границы Украины. По сути, на этом кампанию с решительными целями на Украине можно считать завершённой, поскольку её главной целью был, очевидно, захват Киева. Российское руководство, естественно, представило отвод войск из-под Киева и с севера Украины в качестве «акта доброй воли» во время мирных переговоров в Стамбуле. Судя по всему, именно этот «акт» – а не интриги Бориса Джонсона – и привёл к крушению стамбульских переговоров. Отступление армии от столицы противника никогда не служило компромиссному миру.
Киев посчитал вывод российских войск с севера триумфом политики сопротивления и воспринял его как поворотную точку, решив, что сможет добиться полного изгнания российских войск. Это подкреплялось валом западной общественно-политической и военной поддержки, достигшей пика весной 2022 года. 9 мая 2022 г. Конгресс США принял даже закон о ленд-лизе для Украины, теоретически открывавший доступ к неограниченному объёму американской военной помощи. Запад уверовал в возможность при помощи комплекса военных и экономических мер нанести «стратегическое поражение» России, которое при благоприятных условиях может привести к смене власти в Москве.
После неудачной попытки компромиссного выхода из войны и получения ряда болезненных ударов (13–14 апреля был потоплен флагман Черноморского флота ракетный крейсер «Москва») российской стороне оставалось только продолжить военную кампанию, переосмыслив цели и возможности. Насколько можно судить, новый план предусматривал использование войск, отведённых с севера Украины, для полного освобождения территории ДНР и ЛНР и, возможно, частичного окружения сил ВСУ на Левобережье Украины. Предположительно, достижение этих задач считалось возможным к маю-июню. С середины марта 2022 г. велось наступление в районе Изюма, усиленное в апреле; первоначальный план, видимо, заключался в выходе в тыл северодонецкой группировке ВСУ через Славянск и более амбициозном и масштабном наступлении в сторону Запорожья навстречу российским силам на юге. В дальнейшем наступательные действия начались ещё на нескольких направлениях в Харьковской области и ЛНР. Однако ВС РФ столкнулись с серьёзной нехваткой сил и средств. После вывода части батальонных тактических групп на пополнение в РФ российские ВС имели к середине апреля 2022 г. не более ста поредевших БТГ на всю линию фронта, а перебрасываемые с северного направления БТГ вводились в бой поочерёдно, не давая нужного наращивания сил.
На Украине же в марте 2022 г. была объявлена уже третья волна мобилизации, распространявшаяся на выпускников военных кафедр и лиц, ранее не проходивших срочную службу, что к середине апреля довело численность ВСУ до 400 тысяч человек, не считая находящихся в учебках, а к концу мая – до 600 тысяч человек. Таким образом, ВСУ получили значительное численное превосходство над объединённой группировкой ВС РФ, сил ДНР и ЛНР и ЧВК, и российское наступление велось, по сути, на численно превосходившего противника.
Важным фактором первого этапа боевых действий стала борьба за Мариуполь со 2 марта по 16 мая 2022 года. Осада города стала предвестником будущей «позиционности» в этом конфликте и сковала 30-тысячную группировку «союзных сил», во многом предопределив невозможность развить российские успехи на юге или наступательные действия у Донецка. Наступление же ВС РФ на Изюмском направлении по причине отсутствия превосходства в силах над противником тоже развивалось медленно и тяжело и в итоге вместо окружений свелось просто к «выталкиванию» противника на тактическом уровне. В начале мая 2022 г. российские силы столкнулись с серьёзными трудностями и потерями при попытках форсирования Северского Донца у Белогоровки, когда выявилась неработоспособность в условиях этой войны «традиционных» способов массирования сил и средств. К началу июля 2022 г. после занятия Лисичанска российское наступление выдохлось. Была занята практически вся территория Луганской области (ЛНР) и восточной части Харьковской области, но у Украины оставалась большая часть Донецкой области (ДНР). Не удалось дойти даже до Славянска и Краматорска. Данная кампания обескровила силы ВС РФ, в основе своей остававшиеся группировкой, вошедшей на Украину в феврале 2022 года. Украина же запустила «перманентную мобилизацию», получая всё более ощутимое численное превосходство.
От «специальной» к «военной»
Уроки двух лет операции на Украине
.................
В начале третьего года специальной военной операции (СВО) России на Украине можно констатировать, что события, начавшиеся в феврале 2022 г., подобно любой большой войне последних столетий, привели к крушению многих представлений, теорий и авторитетов в политической и военной областях. Инициаторы, основные участники, да и наблюдатели со всех сторон получили и увидели то, чего не планировали и не ожидали.
Два года боевых действий намечают контуры революционизирующих изменений в военном деле, возможно, предопределяющих облик войны и военного искусства на всё XXI столетие.
Несостоявшийся «Дунай»
Возвращаясь к началу, можно сделать вывод, что замысел кампании действительно предусматривал проведение в первую очередь специальной, а уже во вторую – военной операции, и предполагал, что задачу возможно решить без широкомасштабных военных действий и организованного военного сопротивления. Будущие историки ответят, почему в Москве считали возможным реализацию такого сценария, особенно с учётом того, что вооружённые силы Украины (ВСУ) с 2014 г. уже вели непрерывную «малую» войну в Донбассе. Сам же план СВО узнаваем и, по сути, воспроизводил советский план ввода войск в Чехословакию в 1968 г., известный как операция «Дунай». Ему соответствовали основные элементы замысла СВО, включая захват десантом столичного аэропорта с последующей переброской туда частей ВДВ для блокирования столицы и массированные стремительные марши бронетанковых и механизированных частей к крупным городам для их блокирования и последующей быстрой «зачистки» силами «лёгких частей», спецназов и спецслужб.
Отличием обстоятельств «Дуная» от операции февраля 2022 г. стало не только то, что политическое руководство Украины и командование ВСУ оказали сопротивление. «Дунай» проводился мощной отмобилизованной группировкой войск Организации Варшавского договора, значительно превосходившей силы Чехословацкой народной армии. Инициаторы же СВО пошли на ввод войск в государство, намного превосходившее Чехословакию по площади, силами ограниченной группировки, оцениваемой примерно в 185 тысяч человек (хотя и включавшей большую часть российских Сухопутных войск и ВДВ), или около 140 батальонных тактических групп. Даже с учётом мобилизации сил ДНР и ЛНР (ещё около 110 тысяч), она уступала по численности вооружённым силами и силовым структурам Украины, уже частично отмобилизованным. Начатая же на Украине за день до начала СВО мобилизация первоочередного резерва, пополнившая ВСУ в считанные дни 150 тысячами военнослужащих с опытом боевых действий в Донбассе (участники «антитеррористической операции» – «Операции объединённых сил») и позволившая доукомплектовать основные бригады первой линии, сделала соотношение сил полностью неблагоприятным для России.
В этих условиях исход первого этапа СВО определился уже одним только соотношением сил. Распылённые по восьми направлениям российские группировки были быстро остановлены и вынуждены ввязаться в бои с численно превосходящим противником. На севере основные ударные группировки сил СВО, продвигаясь из Белоруссии через Припятские болота и с российской территории через Сумскую и Черниговскую области, достигли Киева, однако не смогли ни блокировать его (не говоря уже о занятии), ни обеспечить свои растянутые коммуникации. Десант в Гостомеле в условиях ожесточённого сопротивления и артобстрелов превратился из плацдарма в ловушку. На Харьковском направлении войска были остановлены на подходах к Харькову и у линии границы. Попытки наспех отмобилизованных и недостаточно оснащённых сил ДНР и ЛНР отбросить окопавшиеся с 2014 г. украинские силы от линии боевого соприкосновения в Донбассе оказались малоуспешными. Неспособность подавить украинскую ПВО резко ограничила эффективность действий российской авиации над всей линией фронта и территорией Украины, лишив ВС РФ одного из главных козырей.
Наибольшие успехи достигнуты на юге, где, видимо, сработали (и только там) некие «договорняки», «спящие» агенты и сторонники России. Это позволило войскам, вышедшим из Крыма, в считанные дни при минимальном сопротивлении ВСУ занять территории Херсонской и южной части Запорожской областей, на востоке выйти к Мариуполю, а на западе – развить наступление на Николаев и в обход его с севера на Одессу. Однако эти два главных приза Причерноморья заполучить не удалось. Собранные заранее со всех трёх европейских флотов ВМФ России десантные корабли с силами морской пехоты были остановлены минами и «неожиданно» оказавшимися на вооружении Украины противокорабельными ракетами собственного производства «Нептун». Пришедшие же в себя на суше ВСУ быстро остановили бравшие скорее внезапностью передовые силы российских войск у Николаева и у Вознесенска, а к середине марта отбросили их до границы Херсонской и Николаевской областей.
Россия обнаружила себя в состоянии крупномасштабной войны на громадном фронте с многочисленным и хорошо вооружённым противником, на помощь которому пришли все державы Запада, введшие беспрецедентные экономические санкции и начавшие массированные и нараставшие поставки вооружения Киеву.
Наиболее проблемным с самого начала стало Киевское направление, где, по сути, группировка войск двух военных округов ВС РФ была «засажена» в леса и болота вокруг Киева без видимых перспектив её эффективного использования и с постоянным риском для коммуникаций, «нанизанных» на лесные дороги через Сумскую и Черниговскую области, фактически оставшиеся под контролем киевских сил. Для взятия и даже охвата и осады Киева группировки не хватало. По большому счёту, только крайняя медлительность и непредприимчивость украинского командования и ВСУ не дали положению на Киевском направлении перерасти в острый кризис для российской стороны. При более энергичном противнике российским войскам под Киевом грозило бы повторение Варшавы-1920.
Российское командование осознало положение вещей, уже где-то в середине марта 2022 г. принято решение об отводе войск от Киева, к 5 апреля они полностью ушли из Киевской, Сумской и Черниговской областей и с севера Харьковской области за границы Украины. По сути, на этом кампанию с решительными целями на Украине можно считать завершённой, поскольку её главной целью был, очевидно, захват Киева. Российское руководство, естественно, представило отвод войск из-под Киева и с севера Украины в качестве «акта доброй воли» во время мирных переговоров в Стамбуле. Судя по всему, именно этот «акт» – а не интриги Бориса Джонсона – и привёл к крушению стамбульских переговоров. Отступление армии от столицы противника никогда не служило компромиссному миру.
Киев посчитал вывод российских войск с севера триумфом политики сопротивления и воспринял его как поворотную точку, решив, что сможет добиться полного изгнания российских войск. Это подкреплялось валом западной общественно-политической и военной поддержки, достигшей пика весной 2022 года. 9 мая 2022 г. Конгресс США принял даже закон о ленд-лизе для Украины, теоретически открывавший доступ к неограниченному объёму американской военной помощи. Запад уверовал в возможность при помощи комплекса военных и экономических мер нанести «стратегическое поражение» России, которое при благоприятных условиях может привести к смене власти в Москве.
После неудачной попытки компромиссного выхода из войны и получения ряда болезненных ударов (13–14 апреля был потоплен флагман Черноморского флота ракетный крейсер «Москва») российской стороне оставалось только продолжить военную кампанию, переосмыслив цели и возможности. Насколько можно судить, новый план предусматривал использование войск, отведённых с севера Украины, для полного освобождения территории ДНР и ЛНР и, возможно, частичного окружения сил ВСУ на Левобережье Украины. Предположительно, достижение этих задач считалось возможным к маю-июню. С середины марта 2022 г. велось наступление в районе Изюма, усиленное в апреле; первоначальный план, видимо, заключался в выходе в тыл северодонецкой группировке ВСУ через Славянск и более амбициозном и масштабном наступлении в сторону Запорожья навстречу российским силам на юге. В дальнейшем наступательные действия начались ещё на нескольких направлениях в Харьковской области и ЛНР. Однако ВС РФ столкнулись с серьёзной нехваткой сил и средств. После вывода части батальонных тактических групп на пополнение в РФ российские ВС имели к середине апреля 2022 г. не более ста поредевших БТГ на всю линию фронта, а перебрасываемые с северного направления БТГ вводились в бой поочерёдно, не давая нужного наращивания сил.
На Украине же в марте 2022 г. была объявлена уже третья волна мобилизации, распространявшаяся на выпускников военных кафедр и лиц, ранее не проходивших срочную службу, что к середине апреля довело численность ВСУ до 400 тысяч человек, не считая находящихся в учебках, а к концу мая – до 600 тысяч человек. Таким образом, ВСУ получили значительное численное превосходство над объединённой группировкой ВС РФ, сил ДНР и ЛНР и ЧВК, и российское наступление велось, по сути, на численно превосходившего противника.
Важным фактором первого этапа боевых действий стала борьба за Мариуполь со 2 марта по 16 мая 2022 года. Осада города стала предвестником будущей «позиционности» в этом конфликте и сковала 30-тысячную группировку «союзных сил», во многом предопределив невозможность развить российские успехи на юге или наступательные действия у Донецка. Наступление же ВС РФ на Изюмском направлении по причине отсутствия превосходства в силах над противником тоже развивалось медленно и тяжело и в итоге вместо окружений свелось просто к «выталкиванию» противника на тактическом уровне. В начале мая 2022 г. российские силы столкнулись с серьёзными трудностями и потерями при попытках форсирования Северского Донца у Белогоровки, когда выявилась неработоспособность в условиях этой войны «традиционных» способов массирования сил и средств. К началу июля 2022 г. после занятия Лисичанска российское наступление выдохлось. Была занята практически вся территория Луганской области (ЛНР) и восточной части Харьковской области, но у Украины оставалась большая часть Донецкой области (ДНР). Не удалось дойти даже до Славянска и Краматорска. Данная кампания обескровила силы ВС РФ, в основе своей остававшиеся группировкой, вошедшей на Украину в феврале 2022 года. Украина же запустила «перманентную мобилизацию», получая всё более ощутимое численное превосходство.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2024-02-24 08:33 am (UTC)К концу весны – началу лета 2022 г. определяющими факторами боевых действий стало получение Украиной западного вооружения и технических средств. С самого начала на службу ВСУ были поставлены колоссальные разведывательные возможности Запада, что обеспечило превосходство в разведке и целеуказании. Особенно это касается космической разведки, обеспечиваемой комплексом западных военных разведывательных спутников и многочисленными коммерческими спутниковыми западными компаниями – поставщиками геоизображений. Это позволяет вести мониторинг зоны боевых действий и территории РФ непрерывно и практически в режиме реального времени.
Система «всеобщего» спутникового интернета Starlink компании SpaceX Илона Маска быстро стала ключевой украинской системой боевого управления и передачи данных, катапультировав ВСУ в XXI век. Обладая возможностями функционирования в любой точке, распределённого доведения потоковой информации до огромного количества индивидуальных потребителей, поддержания интернет-связи в движении и управления транспортными средствами на любой дистанции, Starlink дал военным возможности, которые даже вооружённые силы США рассчитывали получить не ранее середины 2030-х годов. Со Starlink реальностью стало подключение любого «юнита» к сети в любом месте, обмен видеопотоками онлайн, создание боевых чатов и других систем управления для обмена данными между тысячами абонентов в режиме реального времени, высокая скрытность связи за счёт узконаправленного на спутник канала связи, возможность при помощи вай-фай снабжать сети для тактической связи в каждой точке доступа. Фактически каждый боевой «юнит» и каждое огневое средство при подключении к Starlink превращались в сетецентрические с возможностями целеуказания, наведения и корректировки в реальном масштабе времени и с потенциалом высокоточного оружия.
155-мм современная дальнобойная артиллерия и начавшие применяться с конца июня 2022 г. наземные ракетные системы HIMARS и MLRS с высокоточными реактивными снарядами GMLRS дальностью до 90 км, в сочетании с вышеуказанными средствами разведки, целеуказания и сетецентрическими средствами связи, управления и передачи данных, позволили украинской стороне получить во второй половине 2022 г. огневое превосходство и возможности высокоточного дальнего удара, значительно осложнив положение ВС РФ.
Главным результатом применения ВСУ HIMARS с ракетами GMLRS летом 2022 г. стали не столько поражения штабов и складов с боеприпасами, сколько удары по расположениям воинских частей и резервов. Российской стороне пришлось оттянуть резервы вглубь контролируемой территории, а частично даже и на территорию РФ. В сочетании с общей нехваткой сил у ВС РФ и количественным превосходством ВСУ именно это стало предпосылкой успешного украинского наступления в Харьковской области в сентябре 2022 года. Не имея возможности быстро и эффективно ввести в бой оттянутые резервы, российская сторона оставила восточную часть Харьковской области и выстроила из введённых резервных сил линию на западной границе ЛНР, на которой украинский набег был остановлен и которая сформировала основу линии фронта на севере, существующую поныне.